Сефилия Улисесс Кайндель фон Орсерк.
Жизнь единственной принцессы величайшей империи континента была невыносимо серой.
Любое занятие наскучивало ей в считаные мгновения, а любая наука давалась столь легко и играючи, что не вызывала ни капли азарта.
Изысканные блюда казались безвкусной травой.
Величественные пейзажи не трогали струн души.
Что бы она ни делала, мир вокруг оставался плоским, блеклым и мертвым.
— Ваше Высочество, ко двору прибыл прославленный сказитель из дальних земель. Не соизволите ли выслушать его повесть?
Фрейлины и придворные дамы из кожи вон лезли, пытаясь развеять вечную скуку своей госпожи.
Во дворец приглашали лучших бардов и менестрелей.
Перед ее троном кувыркались искусные шуты и фокусники.
Ей представляли первейших красавцев империи, чьи лица заставляли трепетать знатных девиц.
А когда принцесса вошла в пору совершеннолетия, служанки тайком подсовывали ей даже иллюстрированные любовные романы.
Окружение искренне обожало Сефилию за ее кукольную красоту, безупречный ум и железное чувство долга.
Вот только все их старания неизменно шли прахом. Ничто не могло высечь искру интереса из этих алых глаз — даже мимолетная полуулыбка на ее устах считалась редчайшим чудом.
— О-о! Онни-и-и!!
Лишь один человек во всем белом свете обладал ключом к ее эмоциям.
Главный профессор Академии, архимаг Елена.
Стоило знакомой женской фигуре переступить порог тронного зала, как холодная, надменная правительница, глядевшая на подданных как на пыль, в мгновение ока превращалась в восторженного ребенка.
Сефилия срывалась с высокого помоста и со всех ног летела в распахнутые объятия наставницы.
Словно щенок, дождавшийся хозяина, она ластилась, обнимала наставницу за талию и всем своим существом излучала неподдельное счастье:
— Онни! Где ты пропадала столько времени?! Я же истосковалась вся!
— Хи-хи... ну тише, глупышка. Дел было невпроворот, сама знаешь.
— Пф. В следующий раз возьмешь меня с собой, ясно?
— Ой ли? А кто вчера жаловался, что тонет в императорских отчетах? Кто вздыхал, что государственные дела вытягивают из нее все соки?
— У-у-у... ну было дело. Ха-ах. Не хочу ничего подписывать! Ну почему вся эта рутина валится именно на мою бедную голову?! — капризно надув губки, возмутилась Сефилия.
Елена окинула царственную воспитанницу теплым, полным нежности взглядом.
Шутливо ущипнув принцессу за круглую щечку, архимаг наставительно протянула:
— Чтобы править империей, нужно трудиться не покладая рук~~~ Ваше. Высо. Чество.
— Ай, ну перестань!
— Хи-хи. Ладно, пойдем пообедаем?
— ...Угу.
Девушка, которая целую неделю могла сидеть с каменным выражением лица, расцветала целой палитрой чувств стоило появиться Елене.
Потому что архимаг была особенной.
Как бы Сефилия ни напрягала зрение, как бы широко ни распахивала свои Магические Глаза... Елена оставалась единственным существом, чьи помыслы и суть невозможно было прочесть.
В то время как весь остальной мир представал перед ее взором примитивным программным кодом из нулей и единиц, где каждый шаг и эмоция смертных просчитывались наперед...
Елена оставалась монолитной, недосягаемой тайной.
Именно поэтому принцессу непреодолимо тянуло к ней. Рядом с наставницей ей хотелось одного — чтобы эти загадочные чары никогда не рассеивались. Чтобы мысли Елены навсегда остались скрыты за плотной завесой.
— М-м-м! Какое чудо! Хрустящая корочка просто божественна!
— Хи-хи. Рада, что тебе нравится. Ешь на здоровье.
Более того, в присутствии Елены давящее проклятие родовых глаз слегка отступало.
Сефилия, привыкшая раскладывать любое блюдо на сухие химические цепочки и формулы лишь одним взглядом, рядом с наставницей могла наконец почувствовать настоящий, живой вкус сочного мяса и пряных трав.
Мир обретал краски. Черно-белое полотно расцветало жизнью, и жизнь без Елены казалась принцессе невыносимой ссылкой.
— Кстати... Граф Фикс и в этот раз был с тобой?
Впрочем, за последнее время на горизонте появился еще один человек, не дававший ей покоя.
Эдгар Фикс.
Поначалу он привлекал ее просто как занятная диковинка, но дни шли, а мысли о наглом простолюдине посещали ее голову все чаще и чаще.
Главная странность заключалась в том, что до их экспедиции к эльфам она прекрасно видела структуру его сущности. Да, он был сложнее прочих смертных, но не являлся непроницаемой загадкой.
Однако стоило ему вернуться из королевства Эльдар, как ее Магические Глаза наткнулись на глухую стену.
Ни формул, ни кода, ни скрытых мотивов. Он стал вторым существом в мире после Елены, чьи мысли оставались для нее абсолютной тайной.
— Эд? Ну да, мы держались вместе. Я прихватила его на случай непредвиденных осложнений, но он почти все время возился со своими чертежами. Наследники великих герцогов прекрасно со всем справились.
...Наследники герцогов.
Принцесса с легким раздражением вонзила вилку в сочный край бифштекса.
Нож с яростным скрежетом полоснул по тарелке.
Жуя мясо с неожиданной свирепостью, Сефилия невольно вспомнила донесения тайной стражи: Эдгар Фикс проводит с молодыми дворянами дни и ночи напролет, весело шутя и переругиваясь.
И почему эта идиллическая картина вызывала у нее такое глухое бешенство?
«Наглец. В упор меня не замечает, да? Хотя я создала для него все условия».
Принцесса прекрасно отдавала себе отчет в природе своего раздражения.
При всем ее недосягаемом происхождении, безупречной красоте и выдающемся уме...
Эдгар Фикс бегал вокруг герцогских девиц.
Хотя первой руку помощи ему протянула именно она.
«Это я утвердила его зачисление по просьбе онни! Это я открыла ему доступ к имперской казне! Это мои указы позволили ему заложить кили дредноутов! Я расчистила ему дорогу к славе! И какова благодарность?! Ни капли личного внимания!»
Чем больше она об этом думала, тем сильнее закипала кровь.
Разумеется, благодаря покровительству графу Фиксу закрома империи ломились от звонкой монеты, а престиж державы взлетел на недосягаемую высоту...
Но то были государственные дела.
А простого, человеческого тепла со стороны изобретателя не наблюдалось вовсе.
Четыре года совместной работы! Разве они не заслужили права хотя бы запросто разделять трапезу вдвоем?!
Или он робеет перед ее священным венцом?
Ослеплен неземной красотой?
Пасует перед ее талантами?
Будь это правдой, подобную робость можно было бы счесть трогательной... но Эдгар Фикс был хитрющим, расчетливым лисом. Он никого и ничего не боялся.
Чавк! Чавк!
Мало того, до нее долетели слухи, что он начал оказывать знаки внимания девице из разоренного клана Вердиан!
Принцесса лично просмотрела архивные выписки: три года назад эта замухрышка плелась в самом хвосте успеваемости, заикалась и не представляла собой ровным счетом ничего!
Чавк! Скрежет!
Ха!
Какое убожество!
Да, сейчас Шарлотту превозносили как «чудо рода Вердиан», а ее яды стали незаменимы для фронта...
Но разве ее собственный дар и стать хоть в чем-то уступали лесной травнице?!
Да и в бою, пусть принцесса никогда не обнажала клинка на арене... дом Орсерк не знал поражений среди людей. С мощью Магических Глаз, способных подчинять чужую волю и замораживать само течение времени, ни один воин мира не смел бросить вызов трону.
Исключением были лишь Елена и сам Эд...
Но по абсолютной шкале силы она стояла на вершине.
— Э-э... Сефи? Что с тобой? Все нормально? — осторожно поинтересовалась Елена, выдернув принцессу из пучины мрачных размышлений.
Вздрогнув, Сефилия торопливо пролепетала, что все в полном порядке.
Архимаг мягко применила телекинез, подняла с блюдца белоснежную салфетку и принялась заботливо промокать губы венценосной ученицы:
— О чем ты так глубоко задумалась, что размазала соус по всем щекам, неряха?
— ......
Принцесса зарделась до корней волос. Ей до безумия нравилась эта простая сестринская забота. Она потеряла мать в младенчестве, а отец с какого-то момента стал смотреть на нее как на чужой, пугающий сосуд.
— Кстати, Сефи... Мне придется уйти сразу после обеда.
Слова наставницы прогремели как гром среди ясного неба.
Они не виделись столько недель... и она снова убегает?!
— ...Ты настолько занята? Мы же едва успели перекинуться парой фраз...
— Прости, милая. Время сейчас такое. На кону стоят миллионы жизней.
Сефилия понуро опустила голову.
Она знала. Прекрасно знала.
Мир трещал по швам. Катастрофа такого масштаба нависла над континентом, что целые королевства приходилось эвакуировать в спешном порядке.
Именно поэтому Эдгар, ее онни и Великие Герцоги работали на износ, готовясь к решающей битве.
Людская молва сошлась на том, что спастись можно лишь под крылом империи, ведомой гением Фикса. Десятки государей молили о защите, и вся канцелярская махина по их размещению легла на хрупкие плечи принцессы.
Все вокруг были завалены делами государственной важности. В такое время капризничать и требовать к себе внимания было верхом ребячества.
— ...Я понимаю. Ничего не поделаешь.
Принцесса с трудом проглотила вставший поперек горла кусок мяса, вновь показавшийся ей безвкусным картоном.
Краски вокруг опять начали выцветать.
— Прости меня, Сефи! В следующий раз я обязательно выкрою целый свободный день, и мы будем веселиться с утра до вечера!
— ...Угу.
И наставница ушла.
Огонек в глазах наследницы престола погас.
Вскоре она уже сидела в рабочем кабинете, погребенная под кипами бумаг.
— Ваше Высочество, я принесла ваш ужин.
За окнами давно сгустились сумерки.
Сефилия даже не подняла головы от пергамента, бросив ледяным тоном:
— Унеси. Я не голодна.
— Н-но вы же ничего не ели с самого утра, это длится уже несколько дней...
— Я сказала: унеси.
Глаза принцессы на миг полыхнули зловещим алым пламенем. Служанка испуганно затрепетала и, низко кланяясь, попятилась к дверям.
Оставшись одна, Сефилия механически продолжила ставить гербовые печати на одобренные приказы и черкать резолюции на отклоненных прошениях.
Время дипломатических аудиенций наступило строго по расписанию.
Наступали часы, когда следовало лично выслушивать венценосных особ и послов чужих земель.
— Приветствую лучезарную принцессу Священной Империи. Я — Имахал, принц королевства Асрахал.
Сефилия окинула вошедшего гостя скучающим взглядом.
Породистый, холеный юноша, чей взор лучился уверенностью в собственной неотразимости.
Но в глазах принцессы он выглядел не более чем жалким шутом.
Она видела насквозь каждую мысль в его черепной коробке.
«А слухи не лгали. Девка на редкость хороша собой».
Принц откровенно раздевал ее взглядом, оценивая изгибы талии и бедер.
Уголки губ Сефилии дрогнули в саркастичной усмешке.
Очередной надутый индюк, мнящий себя вершиной эволюции. Почти все принцы из уцелевших стран страдали подобной манией величия.
— ...Имахал. Я наслышана о вас. «Оплот державы Асрахал», если не ошибаюсь?
— Ха-ха. Мне неловко слышать столь громкие эпитеты, но да, народ зовет меня именно так. Я польщен вашей осведомленностью.
— В вас чувствуется стать великого мужа. Присаживайтесь.
— Благодарю.
Принц опустился в кресло с подчеркнутым изяществом. Покосившись на холодную красавицу, он сладострастно подумал:
«Сбить бы с нее эту спесь. Посмотреть, как эта неприступная гордячка будет хныкать и извиваться подо мной на шелках... От одной мысли дух захватывает».
— Этого никогда не произойдет.
Принц осекся на полуслове, моргнув от неожиданности:
— ...Прошу прощения?
— ...Хи-хи. Забудьте. Итак, королевство Асрахал желает войти в состав империи на правах автономии?
— А... кхм, да. Именно так.
— И каковы же ваши требования? Что именно вы желаете выторговать в обмен на мирную капитуляцию?
Имахал откашлялся, лихорадочно выстраивая в уме цепочку дипломатических уловок. Он был готов к любым контраргументам.
— Во-первых, мы требуем предоставить нам право приоритетных переговоров с лордом Фиксом в обход общей очереди.
И торг начался.
Принц пространно расписывал, какими несметными богатствами и нетронутой армией располагает его страна, требуя для своего дома исключительных привилегий.
— Исключено.
— Это требование нелепо.
— На подобных условиях империя попросту захлопнет перед вами врата.
Каждый выпад чужеземца разбивался о железную логику принцессы в пух и прах.
Честного спора получиться не могло изначально: Сефилия знала каждый его следующий шаг за секунду до того, как он открывал рот, в то время как принц барахтался вслепую.
Она методично растаптывала его аргументы.
«Дрянь высокомерная. Да как эта соплюшка смеет так со мной разговаривать?! Она у меня еще—»
— Советую заткнуть свой грязный мысленный поток прямо сейчас.
Стоило принцу мысленно перейти к оскорблениям, как Сефилия мгновенно сбросила маску вежливости.
Ее зрачки налились кровавым светом.
— Имахал. Неужели в вашей провинции не знают древнего правила? В присутствии династии Орсерк опасно даже думать неосторожно.
— Ч-что за вздор?.. О чем вы?!
— Ты всерьез полагал, что сможешь оскорблять меня безнаказанно? Как смеет жалкий червь вести со мной дела, брызжа в душе помоями?
— Это произвол! Дипломатическое хамство!.. Я лишь...
— «Откуда она знает?»
— ...?!
— «Неужели читает мои мысли?»
— ...!!
— «Что это за ведьма?! Этого не может быть!..»
Сефилия с ледяным презрением дословно зачитала каждую фразу, только что промелькнувшую в его мозгу.
Имахал в ужасе вскочил на ноги, но в тот же миг взгляд Магических Глаз пригвоздил его к месту.
Воля наследника престола была сломлена мгновенно. Мышцы отказались повиноваться.
— Сядь.
Бум!
Тело принца рухнуло обратно в кресло как куль с мукой. Он уставился на принцессу глазами, полными животного ужаса.
Только сейчас до высокомерного юнца дошло, какой несокрушимой силой правители Орсерк держали континент в ежовых рукавицах на протяжении веков.
— У тебя два пути. Либо ты отправишься в подземный каземат, лишившись чести, имени и свободы за оскорбление императорской особы... либо без единого звука подпишешь этот свиток и покоришься. Выбирай.
Она небрежно толкнула вперед готовый пергамент с условиями безоговорочной капитуляции.
— Н-но... это же... полное подчинение державы...
— Все народы, нашедшие убежище за нашими стенами, приняли эти правила. Империя вернет вам ровно столько, сколько вы заслужите.
— Н-но я не могу...
— Значит, выбираешь темницу? Чудесно. За дерзость я запечатаю твои каналы маны и выставлю на всеобщее обозрение. Королевство Асрахал мы поглотим и без твоего согласия.
Сефилия слегка шевельнула пальцами.
Принц, не контролируя собственное тело, против своей воли встал и принялся дрожащими руками расстегивать пуговицы на камзоле, повинуясь безмолвному приказу чужой воли.
— П-пощадите!.. Я все подпишу! Пощадите, молю!
В панике рухнув на колени, Имахал торопливо вывел свою закорючку на пергаменте, подобрал оброненные вещи и в панике вылетел из зала, спотыкаясь на каждом шагу.
Оставшись одна, Сефилия прижала ладонь к пульсирующему виску. От частого применения силы глаза болезненно покалывало.
А за дверью дожидались аудиенции следующие послы...
Бумажная волокита казалась бесконечной.
— Ваше Высочество, — раздался из-за портьеры робкий голос главной распорядительницы.
— Приглашай следующего...
— Прошу прощения, но прибыл граф Фикс. Он настаивает на срочной приватной аудиенции.
Сефилия замерла.
Эдгар Фикс? Лично?
— ...Он один?
— Да, миледи. Сказал, что дело государственной важности... Но если вы утомлены, я могу перенести визит на завтра...
— Нет!
Опомнившись от резкого вскрика, принцесса спешно взяла себя в руки:
— Впусти его немедленно. Все остальные аудиенции отменить до завтрашнего утра.
— Слушаюсь.
Тяжелые створки отворились, и в зал бесшумным, уверенным шагом вошел Эдгар Фикс.
Помня свои недавние обиды на его холодность, Сефилия тут же активировала Магические Глаза, мысленно приказывая наглецу рухнуть на колени и молить о прощении за долгое отсутствие.
— Приветствую лучезарную принцессу Сефилию.
Но юноша лишь отвесил безупречный, идеально выверенный поклон.
Никакого эффекта.
Ни малейшего трепета.
Сердце принцессы пропустило сокрушительный удар и забилось с бешеной скоростью.