[Ой? Кольцо?]
Из статуи с сияющими глазами раздался женский голос.
Афродита, Владычица Очарования. В Чертоге Олимпа она носила высший ранг.
[Какая прелесть.]
Голос у неё был лёгкий, мягкий и совершенно не торжественный.
[Сразу кольцо... Это ведь не предложение руки и сердца, правда? Я, конечно, неотразима, но с места в карьер — это уже слишком.]
— Я женат.
[Так вы ещё и женаты?! После свадьбы приличный мужчина хотя бы лет сто должен держать себя в руках. Вот уж правда: кобелизм от ранга бытия не зависит!]
Иэн промолчал.
Вот и ещё один тип.
Аналитик из кожи вон лез, изображая суровое величие. Геракл оказался простым, добродушным человеком. Теперь Афродита болтала из статуи так, будто встретила старого знакомого.
Похоже, владыки различались характерами ничуть не меньше обычных людей.
И это даже радовало.
Если бы каждый из них держался как тот аналитик, иметь с владыками дело было бы куда тяжелее.
Иэн решил немного проверить её реакцию. Сейчас любая мелочь могла стать полезной информацией.
Он протянул руку к чаше и забрал Кольцо Могриан.
— Если подношение вам не по вкусу, я приду в другой раз с чем-нибудь подходящим.
[О! Всё-таки одумались?]
— Я не делал вам предложения. Я люблю жену и дочь больше всего на свете. Но если вы продолжите приписывать мне подобные намерения, у меня просто не останется выбора — придётся заменить дар.
Голос Иэна звучал спокойно и твёрдо.
Разумеется, разговор был частью разведки. Но даже ради неё он не хотел отказываться от семьи хотя бы на словах. В конце концов, именно ради близких и всех, кого считал почти семьёй, он вообще оказался в этом мире.
— Тогда увидимся позже.
[Стойте! Я всё поняла. Положите кольцо обратно. Сейчас же!]
Похоже, подарок ей действительно понравился.
Странно. Кольцо было довольно простым на вид.
— Значит, больше не будете считать это предложением?
[В вашей верности супруге я уже нисколько не сомневаюсь. А теперь верните кольцо в чашу...]
— Хорошо. Оно ваше.
Кольцо снова звякнуло о камень.
Свет в глазах статуи стал ещё ярче.
Затем Кольцо Могриан само поднялось над чашей, обратилось в тонкий луч и исчезло.
[М-м. Всё-таки мне больше всего идут простые вещи. Я и без украшений достаточно яркая.]
В голосе Афродиты и раньше слышалось хорошее настроение, а теперь она почти мурлыкала от удовольствия.
[А вы как считаете?]
— Я вас не вижу, но если ваша внешность сама по себе яркая, перегружать её украшениями незачем.
[Откуда такая уверенность?]
— Насмотрелся.
[На кого же?]
— На жену.
А-а!
Теперь Афродита уже явно улыбалась.
[Вот это ответ на все сто. Последнее время жертвователи только и умеют, что льстить. И ладно бы придумали что-нибудь новое — нет, одно и то же, до тошноты. Ужас ведь, правда?]
— Когда постоянно слышишь одинаковую лесть, она быстро превращается в пытку. Понимаю.
Иэн говорил искренне.
Лести в своей жизни он наслушался столько, что мог считать себя специалистом.
[Я знала, что вы поймёте! Редко попадается человек, с которым можно нормально поговорить.]
Похоже, он действительно ей понравился. Афродита разговорилась и уже не спешила заканчивать беседу.
Для Иэна это было только на руку.
[Ну хорошо. В отличие от кое-кого, вы у нас примерный муж, верный одной жене. Так зачем вы принесли мне дар?]
Интересно, кого она имела в виду под «кое-кем»? Впрочем, сейчас лучше не спрашивать.
— Я хочу пройти Двенадцать испытаний.
Иэн наконец перешёл к делу.
Судя по воспоминаниям, владыки обычно благосклонно относились к тем, кто добровольно рисковал жизнью, выполняя их поручения.
Но Афродита ответила не сразу.
[Странно.]
В её голосе появилась настороженность.
[Вы только что сказали, что обожаете жену и дочь. И теперь хотите полезть в Двенадцать испытаний, где почти все умирают. Нет, тут я без объяснения не соглашусь. Зачем вам это?]
Вот же привязалась.
Иэн на секунду задумался, подбирая историю, которая не вызовет лишних вопросов.
— Одной любви недостаточно, чтобы быть хорошим мужем и отцом. Я отвечаю за семью и обязан подняться выше, чтобы дать ей больше возможностей.
М-м-м...
— Чем выше положение главы семьи, тем спокойнее и благополучнее живут его близкие. Я в это верю. Поэтому готов рискнуть жизнью и пройти все двенадцать заданий, которые вы, владыки, сочтёте нужным мне дать.
Слова находились сами собой.
Когда-то Иэн ещё ребёнком умудрялся направлять взрослых туда, куда ему было нужно. Навык никуда не делся и в другом измерении.
[В этом... есть смысл.]
Афродита задумалась.
[Если вы каким-то чудом закончите весь цикл... Нет, даже одно выполненное испытание понемногу повышает ранг бытия. А значит, возможностей у вас и правда станет намного больше.]
Некоторое время она молчала, а потом решилась.
[Хорошо. Я понимаю, зачем вам понадобились испытания.]
— Значит...
[У меня как раз есть одно дело. Но давайте я сразу скажу честно?]
— Говорите.
[Скорее всего, вы погибнете.]
Она предупреждала всерьёз.
Иэн успел прийтись Афродите по душе, поэтому посылать его на почти верную смерть ей не хотелось.
— Пока не попробую, не узнаем.
Иэн отказываться не собирался. Если задание называют испытанием для будущего владыки, оно и не должно быть безопасным.
— Дайте мне его.
Он опустился на одно колено.
Таков был ритуал: перед началом священных Двенадцати испытаний исполнитель опускался на одно колено.
[Ну что с вами делать... Раз уж вы так настаиваете.]
Больше Афродита его не отговаривала.
Дело было важным, и выполнить его всё равно требовалось. Если бы подходящего исполнителя не нашлось, Афродита собиралась вскоре заняться им сама.
[Как только будете готовы, отправляйтесь в Землю титанов. В открытую туда, конечно, не войдёшь. Придётся проникнуть тайком.]
Титаны оставались единственным народом, который до сих пор не вошёл в объединение под названием Супериор и сохранял собственную власть.
Их земля, как говорили, постоянно парила в небе над самой дальней северной окраиной.
Титаны и гиганты происходили от одного корня. И те и другие были потомками древней владычицы Геи. Титаны сохранили верность ей, а гиганты отделились и со временем присоединились к Супериору.
«Но почему Афродите понадобилось отправлять его именно туда?»
В памяти сразу всплыли предупреждения: Земля титанов — место смертельно опасное. Шансы выбраться оттуда живым были ничтожны.
[Найдите там женщину по имени Эос и убейте её. Эту бесстыжую дрянь, которая только и умеет зариться на чужое.]
Стоило Афродите произнести имя, как лёгкость из голоса исчезла. Теперь в нём слышалась чистая ярость.
[Пусть на своей шкуре узнает, что бывает с теми, кто зарится на чужое. Особенно на моё. Покажите ей это как следует! Если справитесь, я, Афродита, дам вам сильнейшее благословение, какое вообще могу даровать исполнителю.]
На этом приказ закончился.
Афродита ещё какое-то время сердито сопела, никак не успокаиваясь.
Потом всё же взяла себя в руки.
[Кстати...]
Спросить она явно хотела с самого начала, но разговор затянулся, и дело дошло до испытания раньше, чем до знакомства.
[Жертвователь... Хотя нет, теперь уже исполнитель. Как вас зовут?]
Вопрос проще некуда.
Только не для Иэна.
Назвать настоящее имя он не мог.
Но и медлить было нельзя: слишком долгая пауза выглядела бы подозрительно.
— Калиду.
Первое, что пришло в голову, само сорвалось с языка.
Иэн внутренне поморщился, но отступать было поздно.
— Калиду Ватанка.
Так Иэн Пейдж совершенно не по своей воле исполнил пророчество Геракла.
* * *
Земля титанов. Эос.
Древняя Владычица Рассвета.
Перед тем как отпустить исполнителя, Афродита сообщила ещё кое-какие сведения. Эос принадлежала к потомкам тех существ, которые правили этим миром задолго до нынешних владык. Более того, когда-то она сама носила их ранг.
А задача сводилась к убийству.
Причина оказалась до смешного бытовой: ревность.
Афродита была супругой Ареса, другого владыки высшего ранга. По её словам, Арес изменял ей с Эос.
Иэн только сильнее разозлился.
Владыки бывали самыми разными, но тут всё оказалось до смешного обыденно. Они походя решили уничтожить его родной мир и при этом сами сидели здесь, устраивая семейные разборки из-за измен.
Впрочем, это могло оказаться преимуществом.
Если враги после всего содеянного живут так беспечно, значит, Срединные миры они вообще не считают серьёзной угрозой. Чем меньше внимания они обращают вниз, тем свободнее сможет действовать Иэн.
Надо оставаться в слепой зоне. Наращивать силу шаг за шагом. А потом однажды обрушить всё накопленное разом.
Он уже выстраивал в голове дальнейший маршрут, когда перед ним возникла маленькая фигура.
[Стой, исполнитель испытаний.]
По росту незнакомец был даже ниже Иэна, а голос звучал по-детски. На вид — ровесник Джерри и Кая.
— Кто вы?
Сам факт, что ребёнок знает о его новом статусе, исключал случайную встречу.
[Я... я посланник Владыки Битвы Ареса.]
— Посланник?
[Арес специально поручил передать тебе кое-что. Так что остановись и внимательно выслушай его слова!]
Малец держался до смешного неубедительно.
Подозрения у Иэна появились сразу, но он всё же решил послушать. Внешностью тот почему-то напомнил ему Дугласа в детстве.
— Говорите.
[Что?]
— Я слушаю.
[А... да. Кхм. В общем, речь о твоём испытании. Ты ведь должен тайком пробраться в Землю титанов и...]
— Убить Эос.
[Да-да. Эос. Афродита терпеть её не может, это понятно. Но ты ведь понимаешь, что тебя фактически отправили на смерть? Оттуда даже владыки далеко не всегда возвращаются живыми. Ты это знаешь?]
— В общих чертах.
[И всё равно идёшь? Нахрена? Сдохнешь — и всё. У тебя же жена и дочь есть.]
— Раз уж вы посланник, передавайте слова Ареса, а не устраивайте мне допрос.
[А... точно. Верно.]
Слишком уж искренне он переживал для простого посыльного.
Иэн всё больше сомневался, что перед ним действительно простой посыльный.
[Кхм-кхм! Тогда слушай. Владыка Битвы Арес высоко оценил твою решимость вступить в бой и решил оказать тебе особую милость.]
— Какую?
[Возьми.]
Малец протянул ожерелье с огромным камнем размером почти с кулак.
Иэн не спешил брать.
— Что мне с ним делать?
[До Земли титанов добирайся сам, тут Арес помогать не будет. Но своей жалкой силой ты Эос всё равно не убьёшь. Поэтому отдай ей это ожерелье и скажи, что подарок от Ареса. Она сохранит тебе жизнь.]
— Вот как.
[И это ещё не всё. Эос наверняка понимает, что происходит. Она даст тебе доказательство собственной смерти. Вернёшься, покажешь Афродите — и получится, что ты и выжил, и испытание прошёл.]
Предложение звучало заманчиво.
Заодно становилось понятно, чего хочет Арес.
И всё же Иэн ответил сразу.
— Нет.
[Чего? Почему?!]
— Представьте, что я завершу испытание, предъявив ложное доказательство, а потом обман вскроется. Вернее, он точно вскроется.
[Ну...]
— Таких последствий я могу и не пережить. Поэтому отказываюсь.
Логика была простой и без изъяна.
Лицо мальчишки, называвшего себя посланником, заметно помрачнело.
Но только на мгновение.
[За это можешь не переживать. Титан, погибший в Земле титанов, исчезает лишь на время, а потом рождается заново. Афродита прекрасно об этом знает. Она просто хочет выместить злость.]
Чужие воспоминания подтверждали каждое слово.
Вот теперь уже можно было торговаться.
— Всё равно опасно. По сути, вы предлагаете мне обмануть Афродиту.
[Если ты согласишься, то когда потом возьмёшь испытание у... у Ареса, он отнесётся к тебе особенно благосклонно. Это тоже велено передать.]
— Насколько благосклонно?
[Даст очень простое задание. Настолько простое, насколько позволят правила.]
Иэн задумчиво протянул:
Хм.
Одно испытание почти даром. Уже интересно.
Но недостаточно.
— Всё равно сомнительно.
[Это не всё. Получишь ещё вот это.]
Сначала обещание лёгкого задания.
Теперь — прямая взятка.
— Кольцо?
[Трофей, добытый в тысячелетней войне с ублюдками из Чертога Асгарда. Называется Кольцом Нибелунга. Вещь редкая.]
Иэн взял кольцо.
И сразу почувствовал заключённую в нём силу.
По коже пробежал холодок.
Точно описать ощущение было трудно, но одно не вызывало сомнений: внутри хранилось чудовищное количество маны.
По сравнению с ним Кольцо Могриан казалось детской игрушкой. Если мерить мерками Срединного мира, реликвия легко превосходила даже лучшие артефакты мастеров.
[Вот эту вещь он и отдаёт тебе. То есть... велел отдать. Сказал, что она очень пригодится в следующих испытаниях.]
Тут спорить было не с чем.
Как раз освободилось место после Кольца Могриан, и теперь на его место можно было надеть несравнимо более мощный артефакт.
Иэн как ни в чём не бывало забрал Кольцо Нибелунга себе, словно вопрос уже был решён.
— Но у меня есть условие.
[Какое?]
— Будем считать, что вся эта история началась потому, что Арес вынудил простого исполнителя угрозами.
[Я тебя не принуждал!]
— Я не говорю, что так было. Я предлагаю считать, что было именно так. Мне тоже понадобится выход, если всё всплывёт.
М-м...
Арес — или всё-таки мальчик-посланник — некоторое время думал, потом кивнул. Возразить было трудно.
[Ладно. Пусть так.]
— И ещё одно.
[Да сколько у тебя условий?]
— Я могу не справиться.
[Не справиться?]
— Если обстоятельства не оставят другого выхода, я действительно убью Эос.
Малец уставился на него так, будто услышал особенно нелепую шутку.
[Ты? Убьёшь Эос в самой Земле титанов? Серьёзно думаешь, что способен?]
— Узнаем, когда попробую. Но главное другое: даже если всё закончится именно так, кольцо я не верну.
[Что?..]
— Это мои условия. Обсудите их с Аресом. Не понравятся — можете отозвать предложение.