«Цепи Гефеста».
Разумеется, не настоящие обсидиановые цепи, выкованные Владыкой Огня и молота.
Иэн лишь взял за образец их легендарную прочность и на этой основе создал ещё одну модификацию магии, соединив обычную формулу с рангом бытия.
На каждого двойника — по одной цепи.
И к Асмодею разом рванулся миллион чёрных магических цепей.
По сравнению с гигантским телом Владыки демонов одна цепь казалась тонкой ниткой. Но миллион таких нитей — совсем другое дело.
Гр-р-р-р...
Асмодей застонал, опутанный с головы до ног.
Грубой силой вырваться не получалось. Хуже того: стоило дёрнуться, и цепи затягивались ещё сильнее.
— Не дёргайтесь. И нет, вам не кажется: они действительно затягиваются.
— Кто вы вообще такие... насекомые? Никогда не видел вашего племени.
Не имея возможности продолжать бесноваться, Асмодей как будто немного успокоился. Он заговорил, хотя в глазах по-прежнему оставалась убийственная злоба.
— Не со мной разговаривайте. Лучше вот с ней. Похоже, ей есть что вам сказать.
Сам Иэн отвечать не стал.
Вместо этого он отправил Панги прямо к лицу Асмодея — а значит, вместе с посохом туда приблизился и соединённый с ним Некрономикон.
— Ты?..
— Давно не виделись, Асмодей.
Кроми больше не обращалась к нему почтительно.
После того, во что превратился Мир демонов, в её глазах Асмодей был не господином, а преступником.
— Некрономикон... Служанка Данталиона, верно?
— Какая ещё служанка! Я была его любимой приближённой!
— Не уверен, что «любимой». Насколько помню, тебя наказали за проступок.
— Заткнись! Ты превратил Мир демонов чёрт знает во что и ещё смеешь рассуждать о проступках?
— Я превратил? Я? Ха. Поболталась по вселенной в виде гримуара и совсем оторвалась от жизни. Бедняжка. Не я довёл Мир демонов до гибели.
— Не неси хуйню! Ты же на глазах раздулся от эссенции Мира демонов. Кого пытаешься обмануть?
— Ты и правда решила, что я поглотил эссенцию и тем самым сократил жизнь планеты?
— А что ещё может объяснить всё это?
— Кхе-хе-хе-хе...
Асмодей захохотал.
Мерзостнее смеха, пожалуй, надо было ещё поискать.
— Тогда и я спрошу. Представь, что ты права. Допустим, я действительно забрал эссенцию Мира демонов и выпил из неё столько силы, что сама планета оказалась на грани смерти. Неужели, по-твоему, в таком случае всё ограничилось бы этим?
— О чём ты?..
— Я спрашиваю: неужели тогда такие насекомые, как вы, смогли бы загнать меня в нынешнее положение?
— !...
Вот тут Кроми нечего было возразить.
Эссенция питала всю планету.
Если бы Асмодей присвоил её целиком, Иэн и его спутники уже валялись бы мёртвыми.
— Эссенцию высосали Ваал, Велиал и прочие предатели — в том числе твой драгоценный Данталион! Они с самого начала собирались сожрать её и бросить Мир демонов! Я взял только жалкие остатки, чтобы защитить свой дом. Именно поэтому вы до сих пор живы, идиоты!
По словам Асмодея, ему достались лишь крохи.
Настоящую силу поделили между собой сильнейшие Владыки демонов: Ваал, Велиал, Данталион и остальные.
Они всё равно собирались уходить. Какая им разница, сколько после этого протянет планета?
— Не может быть... Господин Данталион?..
— Так что выбирай с умом, служанка Данталиона. В тот миг, когда я умру, погибнет и Мир демонов. Оставите меня в живых — планета ещё какое-то время продержится. А если ушедшие Владыки демонов вернутся, наш дом можно будет восстановить. Мир демонов снова станет таким, как прежде, и угроза гибели...
— А с чего им возвращаться, если они сознательно сбежали?
Кроми уже начала сомневаться, и Асмодей тут же ухватился за это колебание.
Но Иэн Пейдж не собирался смотреть, как его морочат.
— Планета и так на последнем издыхании. Те, кто успел уйти далеко, просто будут спасать собственные шкуры.
— Стой! Мне и вам есть что предложить. Такое, от чего вы наверняка...
— Зря мы вообще дали добыче столько болтать.
Из миллиона Иэнов только один не поддерживал «Цепи Гефеста». Это и был настоящий Иэн; он поднялся к самому лицу Асмодея.
Раны, оставленные Тором и Гераклом, уже затягивались. Стоит Владыке демонов полностью восстановиться — и он снова сорвётся с цепи.
Вся эта беседа была нужна ему только затем, чтобы выиграть время.
— Кроми.
— Д-да. Я слушаю, контрактор.
— Вы не дура. В кое-чём вы даже умнее меня. Согласны?
— Ещё бы! Я была правой рукой господина и его советницей...
— Тогда вы наверняка понимаете, зачем Асмодей устроил весь этот разговор.
Кроми замолчала и внимательнее посмотрела на пленника.
— Он... тянул время, чтобы восстановиться.
— Именно. И что теперь?
— Кончать его. Пока не успел.
— Хорошо. Пожалуй, поверю, что вы и правда были советницей.
Иэн усмехнулся и приблизился к Асмодею.
Левую ладонь он положил прямо на лоб связанного Владыки демонов.
— Что... что ты делаешь?
— Вы слишком большой.
— Что?..
— Если убить вас в таком виде, планету разнесёт к чертям. Тогда мы даже не успеем обыскать ваш замок и забрать трофеи. Так что давайте сначала немного уменьшим эту неприлично здоровую тушу.
Больше объяснять он не стал.
От ладони по лбу Асмодея разбежалась магия, охватила всё тело — и раздутый исполин начал стремительно уменьшаться.
Через считаные мгновения он вернулся примерно к тем размерам, которые имел до превращения.
Огромный меч «Разрушитель планет» уменьшился вместе с хозяином.
Внизу ждали Тор и Геракл. Иэн обратился к ним спокойно, почти буднично:
— Тор, Геракл. Заканчивайте.
Разрешение обернулось короткой и страшной сценой.
Оба владыки кивнули и шагнули вперёд.
БУХ!
Голова Асмодея упала на землю.
Всё произошло настолько быстро, что тот не успел даже вскрикнуть.
Она покатилась по камням.
Но не только она.
Следом выпал предмет, ради которого, по сути, и затевалась вся охота: кристалл, в котором был заключён ранг бытия Асмодея.
Обычно такие кристаллы — и у владык, и у демонов — бывают размером с кулак, иногда чуть крупнее. Асмодей и тут отличился: его трофей оказался тяжёлой громадиной.
— Ничего себе. Вот это махина.
— А я что говорил? Надо было самим добить его и не отступать.
— На этот раз признаю: мысль была выдающаяся. Даже странно для уроженца Олимпа.
Даже Тор с Гераклом не скрывали впечатления.
Конечно, величина кристалла не всегда прямо соответствует объёму заключённого в нём ранга бытия. Но сейчас рассчитывать на богатую добычу было вполне разумно: противник оказался чудовищно силён.
Новому королю Олимпа Асмодей, возможно, и дался легче, чем ожидалось. Для Тора и Геракла он всё равно был сильнейшим из всех демонов, с которыми им приходилось сталкиваться.
Останься они вдвоём, после ослепления Асмодея всё, скорее всего, закончилось бы их смертью. Его безумный натиск они бы не выдержали.
— Ранг делим, как обычно. А этот меч никому не нужен? На вид вещь хорошая.
Иэн поднял «Разрушитель планет».
Даже после уменьшения клинок источал тяжёлую, давящую мощь.
— Не знаю. Мечи и топоры — не моё.
— У меня то же самое. Молот есть молот.
— Ясно.
Ни один не заинтересовался, так что меч без лишних споров достался Иэну.
— Тогда осмотрим замок. Наверняка там есть ещё трофеи, а время пока позволяет.
— Стой, контрактор. Трофеи трофеями, но сначала ты обязан выполнить обещание.
— Какое именно?
— Ты прикидываешься или в самом деле забыл?
— А. Вы про своё истинное тело, замёрзшее где-то на крайнем севере?
— Да! Именно! Не забыл. Теперь, как обещал, найди сначала моё тело.
— Хм. Может, всё-таки сперва замок...
ГР-Р-Р-Р-Р...
В этот самый момент Мир демонов задрожал до основания.
Это был не удар снаружи. Вибрация шла из глубины планеты, словно от самого ядра.
Похоже, её срок истёк быстрее, чем они рассчитывали.
— Вот! Чувствуешь?! Если опоздаем, я уже никогда не верну тело! Оно рассыплется вместе с планетой и станет космической пылью. Поэтому прошу тебя: быстрее, найди его! Если сделаешь это, я на всё согласна! До конца жизни буду твоей ра... кхм, помощницей! Буду служить изо всех сил!
Мольба лилась без остановки.
Иэн задумался.
Ненадолго: времени на долгие раздумья не было.
Решение требовалось сейчас.
— Хорошо. Тор, Геракл. Я дам вам сумку подпространства. Вы двое обыщете замок Асмодея. Берите всё, что хоть чем-то похоже на полезную вещь. Разбираться будем уже после возвращения. Понятно?
Он передал им пустую сумку подпространства — вместительную, без единой вещи внутри.
— Я скоро вернусь. Ведите, Кроми.
Истинное тело Некрономикона находилось на самом севере Мира демонов.
Его заморозили в огромном Зимнем замке, когда-то принадлежавшем Данталиону.
Путь оказался недолгим. Ни демонов, ни Владык демонов, способных помешать, уже не осталось.
— А у этого Данталиона были своеобразные вкусы. Даже если подчинённая провинилась, кто замораживает её и ставит в саду как украшение? Какая-то больная эстетика.
— Наверняка у господина были свои причины. Хватит об этом. Лучше сними печать! С твоей нынешней силой этот лёд — ерунда. Даже если его создал сам господин Данталион.
— М-м...
Но Иэн почему-то не спешил исполнять просьбу.
Он внимательно изучал тело, заключённое во льду.
Внешне Кроми напоминала суккубов, которых они немало перебили за время охоты. Отличия бросались в глаза: кожа была нежно-розовой, а волосы — серебристыми и блестящими.
— Нет. Всё-таки нельзя.
— Что?! Ты о чём вдруг?
— С возвращением тела придётся повременить. Полностью снимать печать я пока не стану. Не знаю, что вы выкинете, когда снова получите собственное тело, а страховки у меня никакой.
— Да что я могу выкинуть?! Не о чем тебе беспокоиться! Ты уже намного сильнее меня. Захочешь — и от меня за секунду пыль останется!
— Знаю, что сильнее. Но осторожность ещё никому не вредила.
Такого поворота Кроми не ожидала.
Ног у гримуара не было, но мысленно она уже металась на месте.
Что делать? Чем убедить этого подозрительного контрактора?
— То есть... ты собираешься оставить моё тело здесь?
— Нет, конечно. Неужели я настолько бессердечный?
Иэн встал перед ледяной глыбой.
Магия вырезала её из пола вместе с куском основания, после чего весь огромный кусок льда поднялся в воздух.
— Забираем в таком виде. Возражения есть?
— Но если уж забирать, то можно ведь прямо сейчас разморозить...
— Оставить здесь?
— ...Нет! Прекрасное решение. Безупречное. Какие могут быть возражения?
Кроми мгновенно сменила тон.
Внутри её всё кипело, но выбора не было.
Тут и без слов ясно, кто хозяин положения.
— Возвращаемся. Пока не стало поздно.
На губах Иэна появилась довольная улыбка.
Вскоре они снова встретились с Тором и Гераклом. Тор поднял Мьёльнир.
На весь отряд обрушился столб света Биврёста — единственный путь, соединявший Мир демонов с измерением Супериор.
Когда свет исчез, на гибнущей планете уже не осталось никого.