Такого вопроса Иэн не ожидал.
Не потому, что Зевс выбрал особенно хитрую формулировку или попытался поймать его на тонкой уловке. Просто этот вопрос вообще не должен был прозвучать сейчас.
Поэтому даже Иэн не нашёл мгновенного ответа.
Зевсу его молчание не понравилось.
— Трудно ответить?
Иэн не сказал ни слова.
— А ведь не должно быть трудно.
Молчание затянулось.
— Иначе мне придётся тебя убить.
Синее сияние в глазах статуи стало наливаться красным. Угроза была не пустой: красный огонь недвусмысленно показывал, что Зевс готов убить его на месте.
Иэн наконец заговорил.
— Прежде чем отвечу, можно мне задать один вопрос?
— Вопрос? Опять пустишь в ход свой язык без костей?
— Костей в нём и правда нет. Так что попробую. А вы уже решите, стоило ли слушать.
— Не понимаю, откуда в тебе столько наглости.
— А на что мне ещё рассчитывать? Все мои карты раскрыты, и теперь меня собираются убить. Раз уж загнали в угол, остаётся хотя бы держать лицо. Жить-то всё равно хочется.
— Если так дорожишь жизнью, разумнее было бы упасть на колени и молить о пощаде.
— Поможет?
— Конечно нет. Нет ничего мерзостнее букашки, которая ведёт себя как букашка.
— Вот и я так подумал.
Странный всё-таки человек.
Исполнитель. Уроженец Срединного мира, которого здесь привыкли считать насекомым. А держится перед Зевсом так, будто разговаривает с равным.
Хотя чего ещё ждать от того, кто в теле такого «насекомого» сумел добраться до последнего испытания? Прежние мерки к нему давно не подходили.
Зевс немного подумал.
Красный свет угас, и глаза статуи снова засветились синим. По крайней мере прямо сейчас убивать Иэна Зевс передумал.
— Говори.
— Откуда вы узнали? И о моей связи с Аидом, и о том, что я пришёл из Срединного мира. Мне казалось, я всё достаточно хорошо скрыл.
— И что изменит ответ?
— Ничего. Но если уж умирать, хочется хотя бы удовлетворить любопытство. Я ведь всё-таки дошёл сюда живым. Думаю, за одно это вы можете позволить мне узнать правду.
— Опять что-то задумал.
— Возможно.
Иэн не собирался показывать страх.
Как он и сказал, все карты уже раскрыты. Вероятность выбраться живым стремилась к нулю. Оставался единственный выход: обратиться к Хроносу и отмотать время.
Но прежде чем применять Реконструкцию, стоило выжать из этой линии времени максимум сведений. Тогда следующую попытку он проведёт гораздо точнее.
— С Аидом всё просто, — сказал Зевс. — Я вижу установленную им связь с тобой. Твой приятель наверняка считает, что обманул мои глаза. К сожалению для него, это не так.
— Да, он и правда заблуждается. Причём уверен, что обвёл вокруг пальца не только вас, а всю Башню Часов. Неловко получится, когда узнает.
— Какая трагедия.
— И не говорите. Хотелось бы увидеть его лицо, прежде чем меня прикончат.
Зевс коротко хмыкнул.
Иэн даже сейчас не выглядел растерянным.
То ли мастерски скрывал панику, то ли уже смирился, то ли действительно готовил очередной трюк.
— Со связью Аида понятно, — продолжил Иэн. — Но как вы раскрыли мою личность? Вот её я прятал особенно тщательно. Судя по всему, остальные владыки так ничего и не заметили.
— Я тоже не заметил. Поначалу. Маскировка была почти безупречной. Тоже работа Аида?
— Сначала я сам не знал, что это его рук дело. Потом выяснилось, что да.
— Если бы ты не полез на рожон, возможно, я так ничего бы и не узнал.
— Когда это я успел полезть на рожон?
— Когда устроил так, чтобы весь ранг бытия Тифона достался Гераклу. Ты ещё и остальных владык подтолкнул к нужному решению. Вот там ты и ошибся.
После битвы с Тифоном Иэн действительно отдал кристалл с его рангом бытия Гераклу.
Это был запасной вариант, и благодаря Гестии с Аидом он сработал.
Но почему именно этот ход оказался провалом?
— Благодаря тебе Геракл поднялся до владыки высшего ранга. Для тебя, казалось бы, прекрасная новость. Владыка, связанный с тобой Клятвой Ранга, получил место среди высших. Вместе с Афиной таких у тебя уже двое.
Зевс знал и о Клятве Ранга Геракла.
Теперь источник утечки стал очевиден. Неужели Геракл нарушил обещание?
Зевс будто прочитал его мысль.
— Но ты, Калиду Ватанка... нет, Иэн Пейдж, переменная Первого Срединного мира, кое-чего не учёл. Впервые достигнув высшего ранга, владыка получает право войти в Совет. А каждый новый член Совета обязательно проходит проверку на благонадёжность, которую проводит Чертог Хаоса. Во время этой проверки его память выворачивают наизнанку.
Вот оно.
Сведения действительно пришли через Геракла.
— Он знал, кто ты, и решил промолчать. Для владыки Башни Часов и члена Совета это серьёзнейшее нарушение. Поэтому сейчас его, вероятно, держат где-нибудь в Чертоге Хаоса и проводят перестройку сознания. Когда закончат, получится весьма полезный подручный. Разве не любопытно посмотреть?
Нет. Геракл не предавал.
Он просто не мог ничего сделать.
Иэн стиснул зубы.
Выходит, опять виноват он сам.
Если разобрать цепочку событий, винить было некого. Об обещании Олд Гарду узнали лишь потому, что Иэн сам воспользовался ребром у всех на глазах. Личность раскрыли потому, что он передал силу Тифона Гераклу.
Никто его не подставлял.
Он сам не предусмотрел такого поворота.
Чёрт.
— Теперь получил ответ? — спросил Зевс.
— Да. Более чем. Всё думал, откуда утекли сведения. Теперь понятно.
— Вот и сидел бы тихо. Не высовывался — личность осталась бы скрыта. Ты спокойно получил бы статус владыки, и у нелепой мечты спасти свой мир появилось бы хоть немного... совсем немного шансов стать реальностью.
Иэн криво усмехнулся.
— Теперь и сам жалею. Кто же знал, что всё так по-дурацки завернётся?
Он пожал плечами. В голосе слышалось смирение человека, уже наполовину признавшего поражение.
— Спасибо за объяснение. Дальше делайте со мной что хотите. Убивайте как угодно — возражать не стану.
— Вот как? Уже сдаёшься?
— А что ещё делать? Я в самом центре вражеской территории, и вы знаете обо мне всё. Если проиграл, надо уметь признать поражение.
— Неожиданно. Я думал, ты будешь дёргаться до последнего. А ты, оказывается, умеешь проигрывать достойно.
— Я не из тех, кто цепляется до последнего. Раз проиграл — значит проиграл.
Слова были только словами.
Тем временем Иэн уже складывал формулу заклинания.
В нынешнем положении оставался единственный и самый надёжный выход — откатить Хронос с помощью магии Реконструкции.
— Однако...
Зевс всё ещё не собирался убивать его. Глаза статуи оставались синими.
— На мой вопрос ты так и не ответил.
Иэн замер.
— На какой ещё?
— На чьей ты стороне.
— А, это.
Супериор или родной мир.
Если подумать, ответ был очевиден. И тем страннее, что Зевс продолжал требовать его.
Зачем теперь?
— Конечно, на стороне моей родины.
— Понятно.
— Если бы вы не затеяли эту вашу Пересборку, меня бы здесь вообще не было. Я бы жил дома и знать не знал о Супериоре. Но вы решили стереть мой мир и построить на его месте что-то новое. Я пришёл сюда именно затем, чтобы это остановить. Чью сторону мне ещё выбирать?
Иэн говорил почти небрежно.
Формула временного отката уже близилась к завершению.
— Тогда сформулирую иначе, — произнёс Зевс.
— Валяйте.
— Если единственный способ сохранить Первый Срединный мир — перейти на сторону Супериора и стать лично моим человеком, ты согласишься?
Иэн замер.
Это уже было неожиданно.
Он остановил почти готовое заклинание и внимательно посмотрел на статую.
— Что именно означает «стать вашим человеком»?
— Ровно то, что я сказал. Ты мне нравишься. Точнее, начал нравиться совсем недавно.
— И всё? Просто понравился?
— Если ты станешь моим приближённым, Геракл и Афина, связанные с тобой Клятвой Ранга, фактически тоже окажутся в сфере моего влияния. Кроме того, через тебя будет удобнее держать в узде этого скользкого Аида. А заодно следить за Гестией: её намерения я никак не могу прочесть.
Зевс хотел сделать Иэна своим человеком.
Тогда Зевс фактически получал влияние и на двух владык, связанных с Иэном Клятвой Ранга. Аид и Гестия, каждый со своими тайнами, тоже становились гораздо доступнее для наблюдения.
Иэн мысленно поставил себя на место Зевса.
— Если смотреть с вашей стороны, предложение и правда выгодное.
Он окончательно отменил уже подготовленную Реконструкцию.
Сейчас разговор заслуживал полного внимания.
Возможно, перед ним открылась новая развилка: не откатываться сразу, подольше сохранить эту линию времени и добраться до тайн, которые прежде оставались недоступны.
— Но уточню. «Ваш человек» — это всё-таки не марионетка? Если речь о полном контроле, тогда проще умереть. Не моё.
— Разумеется, нет. Я предпочитаю подчинённых с собственной волей. Иначе у кого спрашивать мнение и от кого ждать честного совета?
— Разумно. Но почему вы уверены, что сможете мне доверять? Я всё ещё за свой мир. Ради него пойду на что угодно. Значит, при удобном случае могу предать вас.
— Всё просто. Единственный, кто способен гарантировать безопасность твоей родины, — я. Ты ведь только что сказал, что ради неё готов на всё. Значит, искренняя преданность мне не должна оказаться слишком высокой ценой.
Хочешь добиться цели — служи.
По словам Зевса, никто другой всё равно не мог обеспечить Первому Срединному миру хотя бы выживание.
— Мы с Одином — единственные двое в Совете, кто обладает правом окончательного решения. Чертог Хаоса вмешивается только в вопросы общего устройства и не лезет в текущие решения Совета. Пересборка Первого Срединного мира — как раз такое решение. Мне достаточно отложить её. Для полной отмены потребуется основание, но, судя по твоему положению, сейчас ты будешь благодарен и за отсрочку. Разве нет?
Да.
Это ещё не мир. Всего лишь возможность выжить.
Но сейчас даже этого было более чем достаточно.
— Поэтому служи мне, — продолжил Зевс. — Пока ты сохраняешь верность, твой мир будет жить.
Если требуемая верность действительно не означала магического рабства и лишения воли, вариант нельзя было назвать плохим.
Оказавшись рядом с Зевсом, Иэн сможет накапливать опыт, собирать сведения и ждать возможности нанести удар.
— Хорошо. Если это сохранит мой дом, не вижу причин отказываться от службы. Ради него я сюда и пришёл.
Решение принято.
Для начала Иэн подчинится Зевсу. А там будет ждать удобного случая.
Если понадобится, откатит время. Если появится шанс — доведёт всё до конца в этой линии.
Сейчас это был лучший путь.
— Верный выбор.
Синие глаза статуи ярко вспыхнули.
Зевс явно был доволен.
Но разговор ещё не закончился.
Похоже, самое важное он оставил напоследок.
— Раз ты действительно согласен, у меня уже есть для тебя поручение. Можешь считать его двенадцатым испытанием.
Сразу поручение?
Предчувствие Иэну не понравилось.
— Что нужно сделать?
— Изначально мы собирались принести Отцу в жертву пять миллионов жителей твоего мира, Первого Срединного. Его всё равно ждала Пересборка, так что решение было вполне рациональным. Но теперь обстоятельства изменились. Ты хочешь сохранить этот мир и стал моим подчинённым. Я не намерен смотреть, как истребляют сородичей моего подчинённого.
Иэн напрягся.
— Вы хотите сказать...
— Пять миллионов жертв теперь обеспечишь ты. Где их возьмёшь, мне безразлично. Главное, чтобы число сошлось.