Странное дело.
Они виделись всего один раз. Тогда вокруг творился полный хаос, и толком успели обменяться лишь несколькими фразами. И всё-таки голос почему-то казался Иэну знакомым.
— Даже владыки после первой встречи стараются больше со мной не пересекаться. А ты, я смотрю, совсем без башки.
Кажется, роли здесь слегка перепутались.
Но спорить об этом Иэн не собирался.
Он держался перед этой сущностью заметно лучше большинства, однако разница в ранге бытия никуда не исчезала. Сознание плыло от одного присутствия Властелина Хаоса. Теперь вопрос Аида уже не казался таким уж странным.
— Ну и? Сегодня ты ведь не станешь рассказывать, что опять заблудился. Зачем пришёл?
Иэна мгновенно втянуло за дверь.
Внутри поначалу никого не было. Потом по полу поползла густая чёрная тень. Она поднималась всё выше, обретала очертания и в конце концов сложилась в знакомую фигуру того самого трансцендентного существа.
— Я пришёл просить о помощи. Перебрал все варианты и понял, что больше обратиться мне не к кому.
— «К вам», значит? Для человека, который пришёл с просьбой, обращение довольно хамское. Нельзя подобрать что-нибудь почтительнее?
— Прошу прощения. Я просто не знаю, как к вам правильно обращаться. Назовите подходящий титул — буду пользоваться им.
— Мне нравится, когда меня называют Властелином.
— Властелином?
— Ага. Поэтому я и взял себе имя Властелин Хаоса. Обычно людям после такого сразу приходит в голову нужное обращение. А вот «вы там» — это, кстати, впервые. За всю жизнь никто не додумался.
Иэн невольно задумался.
Перед ним стояло нечто, способное внушить ужас одним присутствием. В иерархии Супериора Властелин Хаоса находился выше Зевса и уступал, по сути, только одной сущности.
И почему же с ним было так подозрительно легко разговаривать?
Не в смысле силы. Давление ранга бытия никуда не делось.
Но сам Властелин Хаоса почему-то не воспринимался недосягаемым чудовищем.
«С чего бы?»
Потому что не хочет его убить?
А почему не хочет?
И разве одно отсутствие враждебности может сделать такую сущность настолько простой в общении?
Ответа не было.
Значит, пока лучше заняться тем, ради чего он сюда пришёл.
— Тогда буду обращаться к вам «Властелин». Вы не против?
— Нет. Ещё пару раз назовёшь меня «вы там» — и я, пожалуй, даже тебя разорву пополам.
— Учту.
— Вот и славно.
Властелин Хаоса усмехнулся и щёлкнул пальцами.
Мрачная лаборатория исчезла.
Вместо неё возникла роскошная гостиная. Иэн уже сидел на мягком диване, а перед ним стояла чашка свежего чая.
— Негоже плохо принимать гостя. Выпей чаю, успокойся и рассказывай, чего хочешь.
Иэн посмотрел на чашку.
Пить не стал.
Он по-прежнему терпеть не мог неизвестные жидкости, которые ему предлагали незнакомые существа. Сколько бы лет ни прошло, эта привычка так и не исчезла.
— Я хотел бы, чтобы вы передали мою просьбу тому, кому подчиняетесь напрямую.
— Ого. То есть ты решил сделать из меня мальчика на побегушках? М-м-м... Давно ко мне так не относились. Почти так же свежо, как твоё «вы там».
— Ни в коем случае. Я слышал, что только вы способны хоть как-то повлиять на его решения. Значит, просьба в действительности адресована вам. Любые серьёзные вопросы всегда несут тому, у кого есть реальная власть.
— Реальная власть... А звучит неплохо.
Похоже, формулировка пришлась ему по душе.
Властелин Хаоса широко ухмыльнулся, обнажив частокол острых зубов.
— Ладно. Говори.
— Отмените предстоящее человеческое жертвоприношение. Если совсем отменить нельзя — хотя бы измените способ подношения.
— А тебе какое дело? Это проблема владык.
— Испытание поручили мне. А я, как вам известно...
— Пришёл из Срединного мира. И потому тебе мерзко тащить на живой алтарь таких же уроженцев Срединных миров.
— Да.
— Тогда возьми изгнанников. Их по Девяти мирам прячется столько, что пять миллионов соберёшь с запасом.
— Если бы такой вариант меня устраивал, я бы не полез сюда.
— То есть и изгнанников жалко?
Иэн молча кивнул.
Ответ выглядел мягкотелым. Он это понимал.
Понимал и другое: человека, который сам отнял бесчисленное количество жизней, легко обвинить в лицемерии.
Но некоторые границы всё равно оставались границами.
Если Иэн переступит и эту, дальше он уже не поймёт, где остановиться.
«А потом обнаружу, что сам превратился в чудовище».
Он собрался с мыслями.
— При первой встрече вы знали, кто я. И, насколько я понял, чего-то от меня ждёте. Когда вы отправляли меня наверх, вы сказали ещё несколько слов. Я почти ничего не расслышал, но смысл был примерно такой.
— Жду. Это правда. Только объяснять сейчас бесполезно. Не фигура речи — ты буквально не поймёшь. Помнишь, в прошлый раз мои слова до тебя доходили обрывками? Сейчас будет то же самое.
— Понятно.
Иэн хорошо помнил тот момент.
Последние фразы Властелина Хаоса словно кто-то резал на куски. Отдельные слова пропадали, будто их подвергали цензуре.
Вероятно, услышать полный смысл можно было лишь с более высоким рангом бытия.
— Тогда пока не стану лезть туда, куда всё равно не дорос. Важно другое. Вам от меня что-то нужно, и однажды я готов дать вам то, чего вы хотите.
— О-о. Потом не откажешься от своих слов?
— Не откажусь. А сейчас исполните одну мою просьбу. Будем считать, что свели счёт. Так и дальнейшие дела проще вести.
— Счёт? Ха-ха-ха! Давненько я не слышал такого выражения.
Не «никогда».
«Давненько».
Эта оговорка зацепила Иэна, но сейчас он не мог позволить себе утонуть в догадках.
— Чем чище счёт, тем проще следующая сделка. Вообще-то я и сам об этом подумывал.
— О чём именно?
— Наш недалёкий папаша требует живых жертв. Владыки слышат приказ и всерьёз бегут его выполнять. Как бы сказать... варварство какое-то. Даже находиться рядом неприятно.
Иэн промолчал.
Манера речи не вязалась ни с обликом, ни с положением этой сущности.
Смысл его устраивал. Но ощущение чужеродности никуда не исчезало.
— В общем, меня это давно раздражало. Раз уж ты поднял тему, попробую поговорить.
— Спасибо.
— Только не радуйся заранее. Отец вполне может отказать. Я могу предложить, могу объяснить, но заставить его передумать не способен.
— Я понимаю.
— Хм. Даже если согласится, потом наверняка будет долго беситься. И опять отдуваться придётся владыкам.
— Беситься?
— Есть у него такая особенность. Наш Отец по характеру немного похож на ребёнка. Причём не на разумного ребёнка, а на младенца.
Абсолютная сущность с характером новорождённого.
Звучало страшнее большинства известных Иэну чудовищ.
Младенцу не требуется ненависть, чтобы закричать. А если от крика рушатся миры, злой умысел уже не имеет значения.
— Так что успокаивать его потом придётся мне. Эту часть сделки запишем тебе подороже. Раз уж у нас теперь счёт.
Властелин Хаоса снова щёлкнул пальцами.
Гостиная исчезла. Вокруг возник строгий кабинет.
Круглые стеллажи уходили вверх и были забиты книгами до отказа. Одна из них — багровая, почти цвета свежей крови — сама вылетела с полки и раскрылась перед хозяином.
— Так... Один разговор с нашим недалёким папашей. Плюс все последствия...
Властелин Хаоса проколол кончик длинного бледного пальца и собственной кровью начал что-то записывать.
Похоже, образ «счёта» он воспринял буквально.
Через некоторое время книга захлопнулась.
— Готово!
Для второй по могуществу сущности Башни Часов это прозвучало до смешного буднично.
Багровый том вернулся на полку.
— Ещё что-нибудь?
— Есть один личный вопрос. Не просьба. Можно?
— Спрашивай. Только не привыкай: вообще-то у меня не настолько пустой график.
— Вы с первой встречи знали, что я пришёл из Срединного мира. Откуда? Если ответ опять окажется чем-то, что я пока не способен понять, тогда...
— А. Это.
Иэн невольно сглотнул.
Возможно, сейчас ему наконец откроется одна из главных тайн.
— Секрет.
— Простите?
— Не хочу пока рассказывать. Узнаешь — и мой план может пойти по пизде. Вернее, почти наверняка пойдёт.
Иэн замолчал.
— Считай, что сейчас не знать полезнее. Лучше смотри под ноги и разбирайся с тем, что уже нависло над головой. Сам ещё почти ничего не можешь, а лезешь за ответами на вопросы, до которых не дорос. Плохая привычка.
— Понял.
Жаль.
Но спорить бессмысленно.
Даже возможность остановить жертвоприношение уже была огромным успехом. Само решение снова явиться к Властелину Хаоса представляло собой безумную ставку.
Одну ставку Иэн выиграл.
Продолжать только потому, что однажды повезло, — верный способ оставить за игровым столом всё.
Нужно уметь вовремя остановиться.
Тогда даже рискованная игра иногда даёт приличные шансы.
— Хорошо, что ты хотя бы это понимаешь.
— Есть за мной такое.
— Не дерзи.
Властелин Хаоса усмехнулся и снова щёлкнул пальцами.
Кабинет пропал. Вернулась та самая тусклая лаборатория, где они встретились в первый раз.
Похоже, аудиенция подходила к концу.
— Иэн Пейдж.
— Да, Властелин.
— У меня тоже будет одна просьба. Хотя нет, даже не просьба. Скорее совет. Не пугайся, ничего особенного.
— Говорите.
— Да брось ты это «говорите», будто я тебе приказываю. Я не приказываю. Просто прошу. Или советую. Так удобнее.
Ему нравились просьбы и советы, но не нравились приказы.
Чем дольше Иэн разговаривал с Властелином Хаоса, тем сильнее замечал странность, которую никак не получалось объяснить.
И тот наконец сказал:
— По возможности не делай этого.
— Чего именно?
— Ну того. Что ты каждый раз мысленно хватаешь, когда дело пахнет жареным.
Иэн резко напрягся.
Когда его загоняли в угол — или только собирались загнать, — у него оставался один последний козырь.
Абсолютное время.
Хронос.
Возможность отмотать ход событий посредством Реконструкции.
«Он знает и об этом».
Властелин Хаоса упорно называл технику просто «тем самым», но сомнений не оставалось.
Он знал настоящее имя Иэна. Знал, откуда тот пришёл. Теперь выяснилось, что знает и о возможности повернуть Хронос вспять.
После Аида это был второй обитатель Башни Часов, которому фактически были известны все тайны Иэна.
— Если совсем прижмёт — делай, я не стану мешать. Но пока есть хоть какой-то другой выход, лучше не пользуйся. Почему — не спрашивай. Просто запомни.