— То есть ты хочешь взять под контроль ещё и Чертог Асгарда?
Новый король Олимпа превратил своё личное пространство в Башне Часов в уютную комнату. Напротив Иэна Пейджа сидел Геракл и без обиняков задавал вопросы.
— Точнее, я хочу объединить все силы, кроме Чертога Хаоса.
Для владык высшего ранга Олимпа Иэн больше не был Калиду Ватанкой. По крайней мере, для тех немногих, кому он решил открыть своё настоящее имя.
С некоторыми из них теперь можно было говорить о целях прямо, не играя роль и не пряча намерений. Геракл входил в этот тесный круг.
— Даже если собрать всех вместе, победа всё равно не будет гарантирована.
— Именно. Потому мы и живём под властью Чертога Хаоса.
Сил всех Девяти миров уже однажды не хватило. История доказала это лучше любых рассуждений.
Но теперь в прежнем уравнении появилась новая величина — Иэн Пейдж.
— Во всей этой истории ты и есть главная переменная.
— Я пришёл к тому же выводу после победы над Зевсом. Теперь понимаю, почему Чертог Хаоса объявил меня ошибкой Срединного мира. Пожалуй, они правы. Ошибка и правда получилась смертельно опасной.
Если в мире появился Иэн Пейдж, прошлое уже не обязано повториться в точности. Финал по-прежнему неизвестен, но путь к нему точно будет другим.
— Однако Асгард так просто не подчинишь. Владыка Олимпа имеет право бросить вызов королю Олимпа, победить его и занять трон — для нас это естественный порядок. Но объединить Олимп и Асгард в одну настоящую силу куда сложнее. Даже если ты свергнешь Одина. Да он, скорее всего, вообще не примет твой вызов.
Геракл был прав. Способа одним ударом поставить Асгард под контроль у Иэна не было.
Оставался союз ради общей цели, но простого соглашения недостаточно, если стороны не доверяют друг другу.
— Неужели совсем нет способа?
— Не знаю. Такие вещи лучше обсуждать не со мной...
Геракл замолчал и покосился в угол комнаты.
Там с самого начала сидел ещё один участник разговора. Временный союзник Иэна, король Царства мёртвых Аид, до сих пор молча слушал, скрестив руки на груди.
— Я бы спросил Аида.
— То есть грязные интриги и подковёрные игры — моя специальность?
— Разве неправда?
— Ха! А ведь когда-то ты мне и в глаза смотреть боялся...
— Никогда. Я всегда смотрел прямо, кто бы передо мной ни стоял.
— Ну да, наглости тебе хватало. А теперь ты ещё и ранг бытия Тифона проглотил. Куда уж больше.
Обменявшись с Гераклом несколькими колкостями, Аид повернулся к Иэну и усмехнулся.
— Самое обидное, что он прав. В таких делах я действительно разбираюсь лучше остальных.
— Я как раз и считал вас лучшим стратегом Супериора.
— Вот это другое дело! Стал королём — и сразу научился правильно разговаривать. Геракл, бери пример.
Аид валял дурака так естественно, что Иэн невольно вспомнил Франа.
Кажется, становилось понятно, почему тот так охотно с ним сошёлся. Их будто из одного теста лепили.
— Тогда и сегодня одолжите мне немного своей мудрости. Что вы предлагаете?
— Легко не будет, тут Геракл не ошибся. Но способ есть. Надо всего лишь помнить две вещи. Первая: Олимп и Асгард сами находятся под чужой властью. И вторая...
Ни Олимп, ни Асгард не были хозяевами Супериора. Сейчас всем измерением правил Чертог Хаоса, а остальные силы лишь подчинялись.
— Чертог Хаоса тоже не просто сильнее всех. Он именно правит.
Это относилось не только к Олимпу и Асгарду, но ко всем Девяти мирам Иггдрасиля. Чертог Хаоса был не отвлечённым воплощением силы, а группой, которая удерживала власть и пользовалась её плодами.
Иэн нахмурился. Намёк он уловил, но полной картины пока не видел.
— Объясните подробнее.
— Я же уже всё подсказал.
— Догадка есть. Уверенности нет.
— И что, за красивые глаза объяснять?
— Я вам Зевса отдал.
— Да брось. Ты его убил, потому что сам хотел стать королём. Какой это подарок?
— Я мог оставить его в Тартаре и потихоньку уговаривать. Вместо этого сразу сбросил душу в Царство мёртвых. Вы же не раз требовали, чтобы я вёл себя как настоящий партнёр. Вот я и повёл себя по-партнёрски.
— Ха! И ты хочешь, чтобы я в это поверил?
— Придётся. Слово короля.
— Ох, быстро же ты распробовал власть.
Наглости ему и правда было не занимать.
Аид мысленно поставил ещё одну галочку: этот человек прирождённый владыка. Все необходимые качества уже налицо.
— Мы не боги. И те, кто сидит в Чертоге Хаоса, тоже не боги. Просто они настолько сильны, что могут ими казаться. А значит, у них есть всё то же, что неизбежно появляется в любой группе разумных существ: власть, иерархия, чувства, интересы, амбиции, желания. От этого никуда не денешься.
Теперь Аид наконец переходил к сути.
— Ответь на несколько вопросов. Олимпом теперь правишь ты, Иэн Пейдж. Асгардом по-прежнему правит Один. А кто правит Чертогом Хаоса?
— Очевидно же. Та тварь, которую называют Слепым Отцом.
— Если говорить о силе — да. Но глазастое чудовище остаётся чудовищем. Это оружие, настолько мощное, что с его помощью Чертог Хаоса держит нас всех в повиновении. А настоящим управлением должен заниматься кто-то другой.
Тот, кто формально второй, но пользуется полномочиями первого и принимает решения от его имени.
У Иэна возник только один кандидат.
— Вы хотите сказать, что фактически Чертогом Хаоса руководит Властелин Хаоса?
— Нет. Он лишь один из самых сильных претендентов. Главой его пока не назовёшь.
— Тогда что вы имеете в виду?
— Место пустует. У Чертога Хаоса до сих пор нет настоящего руководителя.
Самая могущественная сила Девяти миров не имела единого фактического главы.
Властелин Хаоса стремился занять это место, но ещё не взял власть в свои руки.
— За вершину сейчас идёт грызня. Самые сильные существа Чертога Хаоса, включая Властелина Хаоса, дерутся за власть. Возьми хотя бы Властелина Пустоты, который покровительствует Асгарду.
В Чертоге Хаоса были и другие существа, равные Властелину Хаоса по рангу. Властелин Пустоты, по всей видимости, один из них.
— Теперь понимаешь? От того, кто займёт пустое место, зависит положение Олимпа и Асгарда. Допустим, победит Властелин Пустоты, за которым стоит Асгард. Тогда нам конец. Придётся молча вставать перед Асгардом на колени.
— Значит, нам нужно посадить на это место того, кто поддерживает Олимп...
— Именно. Тогда все дальнейшие планы станут намного проще.
— Кто это?
— Что за вопрос? Ты должен знать лучше меня.
— ...Я?
— Властелин Хаоса. Потому он и спас тебя на дополнительном испытании. В то время ты... точнее, Калиду Ватанка считался самым перспективным исполнителем Олимпа.
Вот оно что.
Тогда Властелин Хаоса неожиданно оставил Иэна в живых, но никто вокруг даже не удивился. Значит, все объяснили его поступок так же, как сейчас Аид.
— Да. Точно.
И пусть так думают дальше.
О необычной связи между Иэном и Властелином Хаоса лучше никому не знать.
— Мы помогаем Властелину Хаоса занять место главы и делаем так, чтобы наш вклад заметили. Тогда поднимется и положение Олимпа. Во всяком случае, Асгард останется далеко позади.
— А потом мы его подчиняем?
— К тому моменту уже не будет особой разницы между «подчинить» и «не подчинить». Мы выиграем борьбу за фактическую власть над Девятью мирами, а Асгард проиграет вместе с Властелином Пустоты. Останется просто проглотить побеждённых. А кто вздумает сопротивляться — убрать и забрать его ранг бытия.
— Хм.
Иэн кивнул.
Теперь замысел Аида был совершенно ясен.
— Понял. Я подумаю. Тем более встретиться с ним я и так собирался.
— С кем? С Властелином Хаоса?
— Да.
— Впрочем, логично. Ты стал новым королём Олимпа, так что встреча всё равно понадобится. Как ни крути, это наш покровитель. Жаль только, невозможно понять, что у него вообще в голове.
— Тогда у меня для вас есть поручение.
— Какое?
— Освободите Прометея из Тартара и приведите ко мне.
Просьба Аиду не понравилась. Дело было далеко не таким простым.
— Ты, видимо, не знаешь всех обстоятельств. Прометей сидит там не из-за личной обиды Зевса. Он предал свой род и отбывает заслуженное наказание. Смерть Зевса сама по себе не даёт нам права его выпускать.
— В чём именно состояло его предательство? Он передал нескольким особенно талантливым уроженцам Срединного мира язык Супериора и научил пользоваться заключённой в нём силой. Разве не этим всё ограничивается?
— Слово «ограничивается» тут звучит слишком мягко...
— Именно благодаря этому предательству я сейчас здесь. Оно позволило мне положить конец тирании Зевса, спасти Геракла и стать вашим самым надёжным партнёром. Я в чём-то ошибся?
— И всё же...
— Это приказ, Аид.
— ...
Вот же чёрт.
Против такого возразить было нечего.
Аид просто успел забыть важную вещь. Иэн до сих пор вёл себя осторожно только потому, что раньше не имел достаточной силы.
Перед ним сидел человек похлеще самого Зевса.
— Все видели, на что ты способен, поэтому открытого бунта не будет. Но недовольных всё равно найдётся немало.
— С ними я разберусь сам. Пока просто приведите Прометея.
— Раз ты настаиваешь — хорошо. Только дай мне немного времени. Нельзя просто спуститься в Тартар, открыть дверь и вывести его за руку. Там целая куча формальностей и старых правил. Сам понимаешь.
— Разумеется. Поэтому я и поручаю это самому способному человеку на всём Олимпе.
— Вот ведь умеешь говорить, когда надо.
Аид покачал головой и открыл пространственные врата. Выполнять просьбу, которая уже превратилась в приказ, он собирался немедленно.
— Если больше ничего нет, пойду заниматься твоим делом. Разрешишь?
— Буду благодарен.
— Тогда до встречи. И ты, Геракл, всё-таки поучись у него разговаривать с людьми.
Геракл уже открыл рот, чтобы ответить, но Аид успел юркнуть в портал.
— ...Аиду нельзя доверять не меньше, чем Локи. Неужели ты и правда на него полагаешься?
— Нет. Мы просто используем друг друга, пока наши цели совпадают.
— Даже это меня не успокаивает. Будь осторожен, Калиду... нет, Иэн Пейдж.
— Конечно. Всё-таки это совет самого Геракла.
Ответ, похоже, немного его успокоил. Геракл поднялся.
— Тогда и я пойду. Если понадоблюсь — зови в любое время.
Когда ушёл и он, личное пространство Иэна в Башне Часов погрузилось в тишину. Комната была устроена в точности как библиотека в родовом доме, и на несколько мгновений здесь стало почти по-домашнему спокойно.
Ненадолго.
Гууууум!...
Посреди комнаты раскрылся новый портал.
Вышедшие из него владыки были Иэну хорошо знакомы.
— В-Владыка Битвы Арес приветствует нового короля Олимпа!
— Гера, владычица всех семей и изобилия Девяти миров, приветствует нового короля Олимпа!
Арес и Гера — двое владык высшего ранга, которые до самого конца оставались на стороне Зевса.
Любимый сын прежнего короля и его единственная законная жена.
Они с порога рухнули на колени и прокричали приветствие так громко, что услышал бы, наверное, весь Чертог.