(Потомок безумца Франа Пейджа, из-за которого наш род тысячелетиями живёт с этой враждой! Сначала мы сотрем твой жалкий двойник, а затем выйдем во внешний мир, найдём настоящее тело и покончим уже с ним.)
— Это вряд ли.
С молодыми драконами Иэн перестал церемониться окончательно. Они, конечно, наверняка прожили куда больше него — возможно, разница исчислялась столетиями. Только уважительного обращения от этого не заслужили. Перед ним стояла всё та же компания заносчивых ящериц.
Херпай Дотос, которого Иэн уже успел впечатать в землю при первой встрече, вспылил сильнее остальных.
(Наглый человек! Один раз застал меня врасплох — и уже нос до небес задрал!)
Он смотрел так, будто хотел прямо сейчас перекусить Иэна пополам.
— Забавно другое: тот, кого уложили, нос задрал ещё выше.
Херпай замолчал.
— Ещё и друзей всей толпой привёл, потому что одному пары тумаков хватило.
(На охоте не существует честного боя.)
Иэн усмехнулся.
— Погоди-ка. А у ящериц вообще есть нос, чтобы его задирать?
(Ты...!)
Дальше говорить было бессмысленно. Обе стороны только зря тратили бы голос.
Молодые драконы один за другим ударили лапами по земле. Грохот пошёл по внепространству, будто раскат грома. Это уже не было позой: шесть существ открыто показывали ярость и готовность напасть.
Любого другого такой звук мог заставить отступить ещё до начала схватки.
Иэн лишь посмотрел на них.
— Решили похвастаться размерами?
Он поднял правую ногу и тоже ударил пяткой в фиолетовый песок.
Ответ получился немного убедительнее.
От точки удара вперёд веером побежали десятки трещин. Земля загудела, и линии разломов протянулись прямо к шестерым драконам.
— Ну. Идите сюда.
Иэн поманил их пальцами.
Этого хватило.
Человек не просто не боялся — он откровенно их дразнил. Для молодых драконов, привыкших считать себя высшими существами, оскорбление было почти невыносимым. Они хотели уничтожить сначала этот двойник, а затем и настоящее тело, где бы оно ни пряталось.
Но свой совет Рисису шестёрке всё-таки пришлось отозвать.
Не потому, что бой оказался тяжёлым.
Потому что боя почти не получилось.
Через некоторое время шесть молодых драконов лежали в фиолетовом песке. На этот раз Иэн никого не застал врасплох, а разгром вышел ещё убедительнее. Иэн прошёлся по ним без всякой спешки и остановился возле Херпая.
— А ведь теперь никакой внезапности не было.
Он легонько постучал носком сапога по боку красного дракона.
— Верно?
Для существа, привыкшего считать свой род вершиной живого мира, обращение было унизительным. Но Херпай даже отодвинуться не мог. Остальные выглядели не лучше: кто-то пытался приподняться, кто-то только шевелился, уткнувшись мордой в песок.
— Если осталась ещё какая-нибудь отговорка, говори сразу. Я и её проверю.
(Кх... человек... как ты смеешь...)
Боль задевала их куда меньше, чем сам факт поражения. Шесть драконов проиграли одному человеку — причём не настоящему, а его двойнику. От ярости Херпая буквально трясло.
Старшие драконы, наблюдавшие издалека, тоже не скрывали потрясения.
(Неужели он действительно кровь того человека?)
(Это уже не похоже на человеческую силу.)
(Словно тот кошмар снова вернулся...)
Им было с чем сравнивать. Тысячелетия назад Фран Пейдж уже показал драконьему роду пропасть между обычным человеком и собой. Теперь почти то же ощущение исходило от молодого мужчины по имени Иэн Пейдж.
В воздухе стало ощутимо больше враждебности. Память о войне, стоившей половины рода, делала своё дело.
Иэн не обратил внимания ни на взгляды, ни на убийственное давление.
— Этого достаточно? — спросил он у Рисиса.
Владыка Драконов кивнул.
(Вполне. Урок был наглядным.)
— Боюсь, они вынесли из него только новые оправдания.
(Они неглупы. Когда успокоятся, поймут больше.)
Молодые драконы наконец сумели подняться. Поддерживая друг друга, они отошли подальше. Продолжать рычать на Иэна после слов главы рода было уже невозможно. Да и поражение оставалось поражением.
— Тогда я могу вернуться?
(Можешь.)
— Скоро увидимся снова.
(Как враги или как союзники?)
— Может оказаться, что ни то ни другое.
Рисис слегка наклонил голову.
(Буду надеяться на хорошие вести.)
— Я тоже.
Тело Иэна стало прозрачным. Так исчезал двойник, когда заклинание прекращало работу.
— До встречи.
Через мгновение человека во внепространстве уже не было. Остались драконы и огромная фиолетовая сфера печати.
* * *
Рисис Ладенжу ещё некоторое время смотрел туда, где исчез Иэн.
(Атар Хака.)
На зов прилетел чёрный дракон. Чёрная кожа, чёрная чешуя — второй по положению в роду, известный как Чёрное пламя Атар Хака.
Рисис задал вопрос сразу:
(Он ничего здесь не оставил?)
Атар Хака закрыл глаза. Из его тела разошлась широкая волна серой маны, охватив всё пространство. По принципу это напоминало «Дальнее обнаружение» Иэна, только работало тоньше.
(Ничего. По крайней мере, я не вижу следов.)
(Твоему чутью можно верить.)
По уверенности Рисиса было ясно: поиск и обнаружение были сильной стороной чёрного дракона.
(Тогда у меня для тебя работа. Давно я ни о чём подобном не просил.)
(Следить за человеком?)
(Да. Он очень силён, подозрителен и внимателен к мелочам. Среди нас только ты способен вести наблюдение так, чтобы он не заметил. Прости, что перекладываю это на тебя.)
Атар Хака не стал спорить.
(Всё ради рода.)
Рисис ответил той же формулой:
(Всё ради рода.)
Чёрное пламя охватило тело Атара Хака и поглотило его целиком.
* * *
Иэн открыл глаза уже в настоящем теле.
— Ясно. Драконам, значит, тоже верить нельзя.
Перед ним висела странная масса пыли. Частицы собирались в два подвижных силуэта и в реальном времени воспроизводили всё, что происходило во внепространстве: Рисиса Ладенжу, Атара Хака, их движения и разговор.
Иэн слышал каждое слово.
Это было ещё одно заклинание 9-го класса — соединение магической формулы с Силой Слова. Для себя он называл его «Пылевой дозор»: незаметная пыль оставалась в нужном месте и превращалась в наблюдателя.
— Фран Пейдж, драконы... у всех одна мысль: как бы первым ударить меня в спину.
Иэн рассмеялся без особого веселья и разогнал пылевое изображение рукой.
— Хотя мне самому сейчас приходится решать, кому из вас врезать первым.
Первоначальный вывод только укрепился. Лучший исход — убрать с дороги обе стороны. И Франа, и весь драконий род.
Проблема была в том, что одним желанием этого не сделать. Сила Франа огромна. Сила всех драконов вместе — тоже. Иэн понимал совершенно ясно: в одиночку он ни с теми, ни с другими не справится.
Значит, придётся заставить их помогать уничтожать друг друга.
Игра получалась опасной, на самой грани, но другого рабочего плана сейчас не было. Главное — всё время удерживать равновесие и не дать ни одной стороне получить над ним реальную власть.
В первую очередь нужно было найти слабость Франа Пейджа.
Его бессмертие.
Нужно выяснить происхождение этой силы и способ её отменить. Тогда Иэн сможет держать Франа под контролем и одновременно выполнить обещание, данное бессмертным мастерам: подарить им настоящую смерть.
Фран был обоюдоострым мечом. Пользоваться им можно было лишь после того, как Иэн найдёт способ в нужный момент от него избавиться.
Но проблема оказалась слишком сложной даже для драконов. Всё, что у них было, — предположение о связи бессмертия с алхимией.
Иэну требовался более решительный способ поиска.
Спросить можно было у того, кто сам обладал бессмертием.
У Франа Пейджа.
Вряд ли он поверит в прямую просьбу, но нужную ситуацию можно создать.
Иэн не обманывал себя: Фран почти наверняка знал о встрече с драконами. Пусть Иэн обнаружил наблюдающую мыслеформу, применил «Игру марионеток» и подстраховался несколькими заклинаниями, полной уверенности, что оторвался от наблюдения, не было.
Слишком уж легко Фран передал ему Силу Слова. Он не стал бы отдавать такую власть человеку, если бы совсем не имел средств контроля.
Значит, нужно не скрывать встречу, а использовать её.
Схема складывалась просто.
Иэн признается, что поговорил с драконами. Скажет, что после разговора не доверяет им ещё сильнее и решил встать на сторону Франа. А затем потребует свою цену: такую же силу бессмертия.
Если Фран согласится, в процессе можно будет увидеть хотя бы часть механизма и найти уязвимость.
Сработает ли это со старым хитрецом, прожившим тысячи лет, Иэн не знал. Но попытка стоила риска.
Он посмотрел в пустоту перед собой.
— Я решил. Буду действовать вместе с тобой.
Никаких доказательств, что Фран сейчас слышит, у него не было. Только расчёт и догадка.
Иэн произнёс имя отчётливо:
— Фран Пейдж.
Догадка оказалась точной.
Пространство перед ним раскрылось, будто створка двери.
Из разрыва вышел Фран. На лице — явное удовлетворение.
— Разумное решение, Иэн.
Для него расстояние, похоже, ничего не значило.
Он мог быть где угодно. Мог услышать в любой момент. И появиться тогда, когда захочет.
По крайней мере рядом с единственным кровным потомком — и единственным средством, которое ему было по-настоящему необходимо.