— ...Твоим псом я не стану.
Признаться, Иэн не ожидал такого ответа.
Он думал, что Зевс начнёт молить о жизни, забыв обо всякой гордости.
Но тот не попросил пощады. Только смиренно закрыл глаза: стать псом Иэна для него было хуже смерти.
— Псом вы всё равно станете. Разница лишь в том, кто будет хозяином.
Иэн невзначай указал в сторону собравшихся владык.
Там стоял Аид и изо всех сил пытался скрыть возбуждение.
— Знаю. Но лучше уж так, чем служить тебе.
— Не уверен, что с ним вам будет лучше.
— Заткнись! Как ты смеешь, жалкое насекомое из Срединного мира, помыкать мной — Зевсом, королём Олимпа? Уж лучше смерть. Пусть после неё я стану псом Аида — всё равно предпочту умереть здесь! Давай! Убей меня!
— Хм.
В принципе, смерть Зевса Иэну была только на руку.
Кристалл с таким рангом бытия был слишком ценен, чтобы им пренебрегать. Поглотив силу Зевса, Иэн сделал бы ещё один огромный шаг вперёд и окончательно оторвался бы от остальных владык.
«Только отдавать самого Зевса Аиду совсем не хочется».
Иэн снова посмотрел на Владыку Царства мёртвых.
Тот и правда совершенно не умел держать лицо. Ещё немного — и слюна потечёт.
«Но когда он так смотрит, не отдать тоже как-то некрасиво».
Их союз был временным и ненадёжным — Иэн это прекрасно понимал. Но без помощи Аида он не зашёл бы так далеко.
Пожалуй, пришло время сделать союзнику серьёзный подарок.
«Чересчур серьёзный, конечно. Но ладно».
Иэн наконец принял решение.
Ранг Зевса он заберёт себе. А всё остальное достанется Аиду.
— ...Если вы действительно выбираете смерть, пусть будет так.
Именно в тот момент, когда решение стало очевидным для всех, Аид вдруг шагнул вперёд и заслонил Зевса от Иэна.
— Ни в одном из Девяти миров Иггдрасиля король не приводит смертный приговор в исполнение собственными руками.
В руке Аида уже появилась огромная коса смерти, сотканная из душ умерших.
— Дело короля — властвовать, приказывать и смотреть, как исполняют его волю.
Владыка Царства мёртвых держался так, будто был вернейшим слугой нового монарха.
Вот только лицо его выдавало с головой.
Он выглядел так, словно сейчас умрёт от счастья.
— Прикажите казнить его, новый король Олимпа.
На словах Аид изображал верного вассала, но лицо выдавало совсем другие мысли.
«Ну же, скажи, чтобы я его убил. Давай. Отправь его в Царство мёртвых. Я найду ему отличное применение».
Даже угадывать не требовалось.
— Господин Аид.
— Слушаю, мой государь.
— Хватит изображать верного вассала. Вы же сами не желали быть ничьим подчинённым, поэтому и появился отдельный титул Трёх Владык.
— То было прежде, когда наши силы — моя, Зевса и Посейдона — были почти равны. Ныне же вы, Калиду... нет, господин Иэн Пейдж, новый король Олимпа, превосходите нас рангом бытия. Полагаю, отныне Олимпу подобает иметь одного-единственного верховного владыку.
— ...А подлизываться вы умеете.
Ну и речь.
Иэну невольно вспомнились придворные лизоблюды из истории его родины.
До чего же Аиду хотелось заполучить Зевса, если он был готов унижаться так откровенно?
— Ладно. Тогда...
Иэн кивнул.
Приговор можно было приводить в исполнение.
— Прощай, Зевс. Хотя мы всё равно скоро увидимся.
Коса смерти взлетела высоко над головой Аида.
Чёрное лезвие опустилось.
Голова обожжённого Зевса упала на пол.
Тук... тук... тук...
Но покатилась не только голова.
Из обезглавленного тела выпал кристалл ранга бытия — голубая сфера, заключавшая в себе силу того, кто ещё несколько минут назад был королём Олимпа.
Она докатилась прямо до ног Иэна.
— ...Если впредь мне будут попадаться такие вещи, как кристаллы ранга бытия, я не стану поступать, как Зевс. Буду делиться с вами. Разумеется, только с теми, чья верность мне останется неизменной.
Перед тем как поглотить ранг Зевса, Иэн обратился ко всем владыкам высшего ранга Олимпа.
— Но этот кристалл я заберу целиком. Иначе какой же из меня тот самый единственный верховный владыка, о котором только что говорил господин Аид? Для такого положения и ранг должен быть соответствующий.
Никто не возразил.
Оснований спорить почти не было, да и недавний бой все видели собственными глазами.
— Ранг прежнего короля — словно корона для нового. Вам и надлежит принять её целиком.
Аид, ослеплённый перспективой получить душу Зевса, тут же поддержал Иэна.
Даже если кто-то из владык и хотел долю кристалла, в такой обстановке оставалось только промолчать.
— Раз все согласны...
На деле вслух согласился один Аид.
Но смельчака, который решил бы уточнить этот момент, среди присутствующих не нашлось.
— Тогда поглощу его здесь же.
Иэн взял кристалл в руку и начал втягивать заключённый внутри ранг.
ХР-Р-Р-Р-Р-Р...
Тело Иэна тут же начало перестраиваться. Чтобы вместить взрывную мощь Зевса, прежних пределов ему уже не хватало.
Накатила чудовищная боль, но Иэн стиснул зубы и выдержал.
— Хх!...
Тело и душа перестраивались снова и снова — десятки, сотни раз.
Наконец кристалл опустел.
Иэн тяжело выдохнул горячий воздух.
ТРЕСК! ТРЕСК! ТРРРРЕСК...
Астрапэ и Кераунос, реликвии короля Олимпа, поднялись в воздух и медленно закружили вокруг нового хозяина.
Только теперь к ним присоединился Панги, всё ещё соединённый с Кроми.
— ...
Под охраной Астрапэ, Керауноса и Некрономикона, принявшего форму посоха, новый король Иэн Пейдж посмотрел на владык Олимпа.
С этого началось его правление: первый приказ новому Олимпу одновременно был и жёстким требованием.
— Во-первых, моё происхождение пока останется между нами. Не сообщайте никому, что я родом из Срединного мира. Если сведения просочатся наружу, отвечать будете вы.
Первым делом Иэн потребовал полной тайны: о его происхождении никто за пределами этого круга знать не должен.
— Во-вторых, я отменяю запланированную Пересборку Первого Срединного мира. Господину Посейдону, который собирался превратить его в собственный водный мир, придётся меня простить. Это моя родина.
Посейдон дёрнулся, но мгновенно взял себя в руки.
К чёрту этот подводный мир. Попробуешь возразить — следующим окажешься на месте Зевса.
Посейдон прекрасно помнил, как Иэн только что играл с прежним королём Олимпа, словно со слабым ребёнком.
— Господин Калиду... то есть господин Иэн?
Когда прозвучал второй приказ, Гестия осторожно подняла руку.
— Да?
— Есть одна проблема. Мы не можем отменить Пересборку только своим решением. Таков порядок.
— Нужно единогласное решение Олимпа и Асгарда? Об этом не беспокойтесь. Я сам договорюсь.
— Нет. Дело не только в Асгарде. Сам приказ пришёл сверху.
— ...Сверху?
— Пересборку Первого Срединного мира распорядился провести Чертог Хаоса. Нам дали право выбрать способ и выполнить процедуру, но права отказаться от самого приказа или отменить его у нас нет. Поэтому, если вы хотите отменить Пересборку Мундейла, договариваться придётся не с Олимпом и Асгардом, а с Чертогом Хаоса.
Странно.
Зевс ведь уверял, что достаточно решения Совета.
«Он мне солгал?»
Похоже на то.
Скорее всего, мир на родине был для Зевса лишь поводком, которым он собирался держать Иэна при себе.
Даже жаль, что Зевс выбрал смерть. Принеси он Клятву Ранга, Иэн сейчас с огромным удовольствием избил бы его ещё раз.
— Понятно.
Иэн подавил раздражение и кивнул.
Второй приказ пришлось изменить.
— Тогда поступим иначе. Изменим сам способ Пересборки. А раз план придётся обсуждать заново, на время остановим процедуру. На это полномочий у нас хватит?
— Если речь именно о временной остановке ради изменения плана... думаю, да. Но потребуется согласие Асгарда.
— Хорошо. С Асгардом разберусь сам.
Становилось всё очевиднее: корень проблемы был не в Олимпе и не в Асгарде.
Настоящим источником зла оставался Чертог Хаоса, захвативший верхние этажи Башни Часов.
Пока Иэн не сокрушит этих пришельцев, ничего по-настоящему не закончится.
— ...За короткое время произошло слишком многое. Пожалуй, мне стоит немного отдохнуть.
Теперь Иэн ещё яснее понимал, куда должен нанести следующий удар.
Став новым королём Олимпа, он распустил собрание.
Никакой пышной коронации, разумеется, не последовало.
* * *
— Почему вы не вмешались?
Через некоторое время после смены власти на Олимпе Аид уже вернулся в свой дворец в Царстве мёртвых и разговаривал с Франом Пейджем.
Фран теперь был одним из приближённых Аида, хотя по-прежнему явно что-то замышлял.
— Неужели у вас опять взыграла эта пресловутая партнёрская солидарность? Та самая, за которую вам раз за разом бьют в спину?
Фран задал вопрос со своей обычной лукавой улыбкой.
— С чего бы? Какой смысл мне одному хранить партнёрскую верность, которая больше никого не волнует?
— Тогда почему вы...
— Я не то чтобы не захотел вмешиваться. Просто не смог.
Первоначальный план Аида был предельно прост.
Иэн и Зевс дерутся до полного изнеможения.
Рано или поздно оба ослабевают.
Тогда Аид вмешивается и отправляет обоих в Царство мёртвых.
И обе души — Иэн и Зевс — сразу оказываются в его распоряжении.
— Он был слишком силён.
— Мой сын?
— Он буквально играл с Зевсом.
План рассыпался.
Они даже не успели как следует измотать друг друга: бой оказался почти односторонним.
Иэн Пейдж — непредвиденный фактор, пришедший из Срединного мира, — оказался слишком силён.
— Так что и ты перестань хорохориться только потому, что считаешь себя его отцом. Будешь крутиться рядом, действовать ему на нервы и в итоге навлечёшь его гнев на меня и всё Царство мёртвых — отвечать будешь сам. Понял?
— Не беспокойтесь. Как ни крути, мы всё-таки отец и сын.
— Разве не из-за этих ваших прекрасных семейных отношений ты вообще оказался в Царстве мёртвых?
— Тогда дело было в Срединном мире. А здесь, в Супериоре, вокруг одни чужаки. Среди потенциальных врагов кровное родство особенно ценно. Он уже не будет таким холодным, как раньше. Ха-ха.
На чём держалась эта безмятежная уверенность Франа, понять было невозможно.
Как всегда, подозрительный тип.
— Тц.
Аид раздражённо цокнул языком, отвёл взгляд от Франа и посмотрел в сторону особой тюрьмы под дворцом.
Сначала — на самую большую и высокую камеру.
Внутри сидел Тифон. Его руки и ноги туго обвивали обсидиановые цепи. Чудовище смотрело на Аида относительно спокойно.
Слова «относительно спокойно» применительно к Тифону звучали странно, но после прежних приступов чудовищной ярости иначе и не скажешь.
— ...Впрочем, совсем без добычи я всё-таки не остался.
И сейчас важнее был не притихший Тифон.
В соседней камере, заметно меньшей, сидел другой пленник.
Его тело удерживали сотни витков обсидиановых цепей, а вокруг по-прежнему потрескивали молнии.
— Зевс. Раз уж попал ко мне, почему бы просто не подчиниться? Ты, конечно, дурак, но не настолько же тупой, как тот монстр по соседству. Так чего ты беснуешься? А?
Лучшая добыча за весь день.
Зевс, Владыка Молний.
Стоя перед его камерой, Аид откровенно издевался над новым пленником.