Пусть титулы они себе раздавали сами, но это уже выглядело нелепо.
Проще было назвать себя Владычицей всего сущего. Зачем нагромождать столько слов?
«Чем больше я о них узнаю, тем сильнее бесит одна мысль: каким-то придуркам вроде этих удалось растоптать всю мою родину».
Теперь к ярости примешивалось ещё и унижение.
Большинство владык были всего лишь существами, наделёнными чудовищной силой. Богами — или хотя бы существами, близкими к богам, — Иэн их не считал.
Конечно, всё зависело от того, что именно называть богом. Но по меркам Иэна они до этого звания явно не дотягивали.
«Бог по определению должен быть всеведущим и всемогущим. А эти как минимум не всемогущи. И у каждого явно не все дома».
Может быть, те, кто стоял ещё выше, отличались от них?
Владыки Чертога Хаоса во главе со Слепым Отцом?
«Не факт».
Впрочем, для Иэна — и для Срединных миров, которые эти существа терзали, — их несовершенство было скорее подарком судьбы.
Именно потому, что они не были безупречными и всемогущими, сопротивление вообще оставалось возможным.
Иэн был живым тому доказательством.
«Их можно победить. Если и дальше всё пойдёт так же, однажды я точно до них доберусь».
Укрепившись в этом решении, он снова посмотрел на статую Афины — Владычицы множества самых разных областей.
[Я наслышана о твоих блистательных подвигах. В конце концов, я ведь ещё и Владычица всех героев этого мира... Ах, кажется, это я уже упоминала?]
— Кажется, да.
[Вот как. Не суди строго. У меня столько сфер интересов, что я иногда сама путаюсь.]
— Скорее это говорит о вашей исключительной разносторонности. Управляться со столькими областями сразу — не то, к чему нужно относиться снисходительно. Этим можно только восхищаться.
[...Ты правда так думаешь?]
— Разумеется.
[Хм-м!...]
Разумеется, вслух Иэн говорил совсем не то, что думал.
Совет Аида оказался точным: Афина обожала лесть, а особенно — когда её достоинства признавали вслух.
[Как хорошо ты умеешь говорить.]
Комплименты и подхалимство давно не представляли для Иэна никакой сложности.
Если это помогало добиться цели, он мог льстить сколько угодно.
Наверняка сейчас она улыбается во весь рот.
Настоящее лицо видеть незачем. Реакция и так всё выдаёт.
[Тем досаднее, что сегодня именно мне досталась роль злодея. Не каждый день встречается такой выдающийся исполнитель.]
Злодея?
Иэн слегка склонил голову.
Что она имела в виду?
[Но хочу, чтобы ты понимал: это не моя личная прихоть. Я обязана подчиняться решению Совета. Просто я слишком многое умею, поэтому меня и назначили руководить всем мероприятием...]
— О каком решении идёт речь?
[Ах да. Ты ведь ещё не успел узнать, что именно постановил Совет.]
— И что же он постановил?
[Какое испытание у тебя следующее?]
— Восьмое.
[Тогда это как раз касается восьмого испытания. Новость, признаться, не самая приятная. Хотя испытания и без того требуют рисковать жизнью, так что, пожалуй, ничего особенно страшного. Ты ведь не из тех неудачников, которые бросили путь на полдороге и устроились поудобнее?]
По сведениям, которые Иэн успел собрать, он уже понимал, кого она называет неудачниками.
«Не каждый исполнитель проходит все Двенадцать испытаний и не каждый погибает по дороге. Скорее наоборот...»
Большинство в какой-то момент довольствовалось достигнутым.
Они прекращали испытания, сохраняли заработанный к тому времени ранг бытия и устраивались в обществе супериан как привилегированная верхушка.
Когда-то именно такую жизнь предлагала Иэну Афродита.
— Не уверен, что так уж сильно от них отличаюсь.
[Лучше бы отличался. Потому что новое решение Совета как раз состоит в том, чтобы этих неудачников вычистить.]
— ...Что?
Вычистить?
То есть устроить резню?
И восьмое испытание будет заключаться в участии в этой бойне?
[Каждый, кто живёт на этой земле, обязан служить только Башне Часов. Это основа, которая остаётся неизменной с того самого дня, когда эта земля заново родилась под именем Супериора.]
Логика знакомая.
Какой мир ни возьми, какое государство или династию — власть всегда находила похожее оправдание своему праву требовать покорности.
[Но некоторые неудачники прошли всего несколько испытаний, а потом начали изображать из себя императоров в разных уголках Сердца Супериора. Сначала мы закрывали на это глаза. Они заслужили право на спокойную жизнь. Хотят чуть больше почёта, чем остальные? Кто станет запрещать?]
— Слышал, таких много.
[Очень много. И мы долго это терпели. Но теперь всё зашло слишком далеко. Они перешли черту.]
Перешли черту.
Иэн уже представлял, что произошло.
Владыки Башни Часов были заняты собственными интригами, борьбой за влияние и развлечениями внутри самой Башни.
А исполнители, которые остановились после получения достаточно высокого ранга бытия и устроились среди супериан, постепенно превратились в настоящую правящую прослойку.
Обычные супериане почти никогда не сталкивались с владыками Башни Часов. Зато бывшие исполнители были у них перед глазами каждый день.
Неудивительно, что со временем бояться стали именно их.
[Как Владычица закона и порядка я обязана навести здесь порядок. Поэтому меня и назначили руководить большой чисткой. Решение было принято Советом единогласно — и Чертогом Олимпа, и Чертогом Асгарда.]
Большая чистка.
Просто массовое убийство?
Или они придумали что-нибудь менее варварское?
Иэн слушал особенно внимательно. От выбранного метода зависело, окажется восьмое испытание сложным или почти невозможным.
— Что именно означает «большая чистка»? Это условное название? Вы собираетесь устроить массовые репрессии?
[Ха-ха! Конечно нет. Это было бы слишком бесчеловечно, слишком варварски.]
— Тогда что?
[Ровно в полночь все исполнители, которые сейчас находятся на этой земле, получат обязательное дополнительное испытание.]
— Дополнительное испытание?
[Игру, которая позволит эффективно сократить число неудачников. Я воспользовалась всеми своими талантами и подготовила несколько развлечений. Раз уж всё равно приходится наводить порядок, почему бы заодно не получить удовольствие?]
Звучало это так, будто перед тем, как всех перебить, владыки решили вдоволь поиграть с жертвами.
Иэн вряд ли ошибался.
От владык он уже видел достаточно, чтобы не удивляться подобной мерзости.
— Что за игра?
[Не могу рассказать заранее. Ты тоже участник. Если выложу все правила только тебе, получится нечестно.]
— А если исполнители откажутся участвовать?
[Как думаешь, почему решение было единогласным? Отказ означает смерть — независимо от того, к какому Чертогу ты принадлежишь.]
Произвол в чистом виде.
Для тех, кто когда-то остановил прохождение испытаний, это и правда должно было стать громом среди ясного неба.
[...Хотя ты от прочих неудачников отличаешься. Хочешь одну подсказку?]
— Если она не испортит развлечение владыкам, буду благодарен.
Лесть начинала окупаться.
Приходилось признать: союз с Аидом оказался полезным.
[Твоё восьмое испытание, которое одновременно станет дополнительным для всех неудачников, — в буквальном смысле игра. Точнее, игра на выживание.]
Игра на выживание.
Общий принцип понятен.
В конце останется один.
Остальные погибнут.
Чтобы пройти восьмое испытание, Иэну придётся убивать других участников.
По существу, это мало отличалось от участия в массовой бойне.
Но выбора не было.
«Если так я спасу всех на родине — стану убийцей».
Даже если к концу этого пути он сам превратится в уродливое чудовище.
* * *
[До полуночи собраться перед главными воротами Башни Часов в Сердце Супериора.]
Голос возник без предупреждения.
Послание Башни Часов слышали только действующие исполнители и те, кто когда-то ими был.
[За теми, кто не явится, будет направлен каратель Совета. Просим выделить время и не опаздывать.]
Каратель Совета.
Перед тем как Иэн отмотал Хронос назад, именно такое существо по просьбе аналитика отправили уничтожить его мир.
Его приход практически равнозначен смерти.
Теперь понятно, почему перед воротами Башни Часов собралось столько народу.
Все бывшие исполнители, которым хотелось жить, собрались здесь.
— Это ещё что за внезапный сбор?
— Откуда мне знать? По-моему, нас впервые созывают всех сразу, без разделения по Чертогам.
— Ещё и карателем Совета угрожают. Похоже, дело серьёзное.
— Война, что ли?
— Какая ещё война?
— Если подумать, те высокие господа на верхних этажах Башни тоже когда-то пришли сюда захватчиками.
— Ты бы язык придержал. Доиграешься.
— А что, если объявились новые захватчики? Настолько сильные, что одной Башне с ними не справиться.
— Хм. И поэтому позвали нас? Нужны бойцы на военное время?
— А зачем ещё собирать всех без разбора и под угрозой смерти?
— Звучит правдоподобно...
— ...Эй, смотрите.
Бывшие исполнители, которых Афина назвала неудачниками, начали оглядываться и заметили Иэна.
Сначала на него покосились один-два человека. Потом уже почти вся толпа смотрела в его сторону.
— А это кто?
— Впервые его вижу.
— И ростом маленький... из какого-то низкорослого народа?
Бывшие исполнители давно образовали огромный картель и все хотя бы знали друг друга в лицо.
Поэтому невысокий незнакомец сразу бросался в глаза.
— Простите, а вы...
Кто-то всё-таки решился обратиться к Иэну.
И в этот момент огромные двери Башни Часов распахнулись.
[Все в сборе.]
Изнутри размеренным шагом вышла женщина.
Золотые шлем и доспехи, длинное копьё, широкий щит.
Серебряные волосы сияли почти так же ярко, как её оружие.
[Рада встрече. Кто-то меня уже знает, а кто-то видит впервые.]
Она начала представляться.
[Я Афина — Владычица справедливости, мудрости, войны, мира, тактики, стратегии, воинского мастерства, цивилизации, ремёсел, искусства, учёности, закона и порядка; покровительница и владычица всех воинов и героев этой земли, а также хранительница славы.]
Опять этот бесконечный список.
Но сегодня к нему прибавилось ещё кое-что.
[А с этого дня я также веду обязательные для вас дополнительные испытания и отвечаю за их проведение.]
По толпе прокатился гул.
Дополнительное испытание?
Обязательное?
Никто из них никогда о таком не слышал.
Испытания Башни Часов не были принудительными. Это знал каждый бывший исполнитель, стоявший сейчас у ворот.
[Поэтому с этого момента вы...]
— Прошу прощения, владычица Афина.
Один из бывших исполнителей всё-таки выступил вперёд от имени остальных.
В картеле он занимал достаточно высокое положение и явно привык говорить за многих.
[Говори.]
— Простите, но, насколько мне известно, участие в любых испытаниях всегда было добровольным.
[Так и было.]
— Тогда почему сейчас вы говорите, что мы обязаны участвовать?
[Решение Совета.]
— ...Что?
Решение Совета.
Эти люди слишком хорошо понимали, какой вес имеют эти два слова.
— Н-но так внезапно...
[Вы превратили ранг бытия, дарованный Башней Часов, в оружие и нарушили порядок общества супериан. За такое преступление полагается немедленная казнь. Однако Совет учёл ваши прежние заслуги в испытаниях и решил дать вам ещё один шанс. Поэтому закрой рот и подчиняйся.]
С каждой фразой Афины исполнители всё сильнее терялись.
Слишком неожиданно.
Как бы там ни было, сперва нужно сообща добиться хотя бы отсрочки и не дать начать это испытание сегодня.
Люди обменивались взглядами, молча приходя к одному и тому же выводу.
[И ещё...]
Афина ненадолго замолчала.
Свечение в её глазах медленно сменилось с синего на красное.
[Поиграли в царей среди низших — и совсем страх потеряли? Кто позволил тебе перебивать меня?]
— А... я... я не!...
[Похоже, до тебя только после смерти дойдёт.]
— В-владычица Афина! Я вовсе не это имел в виду, я всего лишь!...
Конец бывшего исполнителя, который ещё мгновение назад храбро задавал вопросы, оказался страшным.
Брошенное Афиной золотое копьё пробило ему лоб насквозь.
— ...
Тишина обрушилась мгновенно.
Никто не решался не то что заговорить — даже громко вдохнуть.
[По лицам вижу, теперь всё понятно. Ну что же. Пора начинать дополнительное испытание.]