Перестав скрывать свой ранг бытия, Иэн вырос до размеров Зевса и остальных владык высшего ранга.
Теперь они наконец оказались одного роста.
Разговаривать стало куда удобнее.
— Я обещал исполнить твои требования. Уже забыл?
— Это? Конечно помню.
— Тогда почему смеешь бить меня в спину?
— Не совсем так. Просто я кое-что понял.
— ...Понял? Что именно?
— Я понял, что всё обещанное вами обеспечивает не сам Зевс, Владыка Молний, а ваше положение: глава Олимпа, один из тех, за кем в Совете остаётся последнее слово. Мне нужны именно это место и эта власть.
Зевс обещал сохранить мир в Мундейле, Первом Срединном мире Иэна.
Пока Зевс оставался одним из тех, кто принимал окончательные решения в Совете, Пересборку Мундейла можно было остановить. В обмен он требовал верности: служи мне — и твоя родина будет в безопасности, пока ты мне служишь.
Пока Иэн был слабее, ему и правда приходилось принимать эти условия.
Теперь необходимость исчезла.
Можно было просто отнять то, что делало обещание Зевса весомым: право решающего голоса в Совете и власть главы Олимпа.
— Я считал, что ты знаешь своё место. Ошибся. Ты оказался наглее всех, кого я встречал.
Зевс медленно покачал головой. Говорил он так, словно искренне сожалел о судьбе Иэна.
— Ничего не поделаешь. Раз смерть — твоё заветное желание, придётся его исполнить.
Он щёлкнул пальцами.
В воздухе раскрылся портал, полыхавший голубым светом. Он вёл в личное владение Зевса внутри Башни Часов.
— За мной. Зрители тоже могут прийти.
По ту сторону их ждала вершина невероятно высокой башни.
Посреди широкой чёрной круглой площадки стоял единственный трон — трон Зевса. Одного этого хватало, чтобы понять его затаённые амбиции: когда-нибудь он намеревался занять самую вершину Башни Часов.
ГРОМ... БАХ! ГРРРРР...
Башня уходила так высоко, что прямо рядом с площадкой клубились тяжёлые грозовые тучи и беспрерывно били молнии.
Это и было личное владение Зевса — Святилище Бури.
До сих пор он не впускал сюда никого, кроме родных по крови.
— Ну как? Нравится?
— Вполне вам подходит.
— Подходит? Неплохо сказано.
— Только не поймите превратно. Я не про трон на вершине высокой башни.
— А про что?
— Здесь просто... мрачно и уныло. В вашем духе.
— Вот как.
Зевс внешне никак не отреагировал.
Лишь кроваво-красное сияние в глазах стало ярче.
— Тогда запомни это место получше. Здесь будет твоя могила.
Едва он договорил, в каждой руке с треском появилось по копью, сотканному из молний.
ТРЕСК! ТРЕСК! ТРРРРРРЕСК!
Это были реликвии, которыми из поколения в поколение владел только глава Чертога Олимпа.
В левой руке Зевс держал Астрапэ.
В правой — Кераунос.
У-У-У-УМ...
Иэн ответил всплеском ранга, заключённого в Панги.
Посох не зря считался шедевром Гефеста: исходившая от него мощь была колоссальной и вполне сравнимой с мощью одного из двух копий Зевса.
— Начнём?
Зевс не собирался изображать великодушие.
Он не уступил первый удар, как часто делали сильные бойцы, желая показать превосходство. Напротив, молния обрушилась на голову Иэна раньше, чем тот успел закончить движение.
БА-БАХ! БАХ! БАБАБАБАХ!
Разряды были такими мощными, что одного касания хватило бы, чтобы превратить обычное существо в прах.
Прежний Иэн погиб бы на месте.
Но нынешний Иэн Пейдж уже стоял совсем на другом уровне.
Такой молнией его было не пронять.
Более того...
«Призыв молнии».
БАХ!
Клин клином вышибают.
На молнию Иэн ответил молнией.
Заклинание, усиленное его рангом бытия, оказалось чудовищно мощным. До удара самого Зевса оно всё-таки не дотягивало, но разница уже не была огромной.
— Ну как?
— ...
— Может, и мне пора зваться Владыкой Молний?
— Хватит молоть чушь. Сражайся всерьёз.
— Как скажете.
В тот же миг Панги превратился в острый меч.
Разумный посох, как всегда, мгновенно отозвался на мысль хозяина.
КЛАНГ! КЛАНГ! КЛА-А-АНГ!
Стиль боя Иэна сменился за одно движение.
Теперь Иэн обрушивал на Зевса один смертельный приём Имперской школы меча за другим. В каждом движении чувствовались мастерство и ранг бытия, недоступные обычному владыке высшего ранга.
Зевсу пришлось почти полностью уйти в защиту, отбивая удары Астрапэ и Керауносом.
— ...Фехтовальщик из тебя никудышный.
Однако преимущество Иэна продержалось недолго.
Зевс отступил на шаг, соединил два копья в одно и тут же перешёл в наступление.
— Ты ведь знаешь: я прежде всего копейщик!
Зевс, Владыка Молний, когда-то считался лучшим мастером копья во всём Супериоре.
Эта слава пришла к нему ещё задолго до вторжения порождений Хаоса, но мастерство никуда не исчезло.
Иэн застал его врасплох фехтованием, однако теперь Зевс за считаные мгновения перехватил инициативу.
ДЗЫНЬ!
Клинок Иэна не выдержал столкновения с наконечником копья и вылетел из руки.
Клинок тут же вернулся к хозяину, но было ясно: в ближнем бою Зевс Иэна превзошёл.
«Не зря он стал главой Олимпа».
Иэн посмотрел на дрожащую от отдачи руку.
Приходилось признать: Зевс стоял на целую ступень выше остальных владык высшего ранга.
«Хотя чего ещё ждать? Если бы не Чертог Хаоса, такие, как Зевс, и стояли бы на вершине этого мира».
Зевс во главе Чертога Олимпа.
Один во главе Чертога Асгарда.
Гея во главе титанов.
Трое делили Супериор между собой.
И репутацию свою Зевс получил не за красивые глаза. Он действительно был чудовищно силён.
«Но...»
Не настолько, чтобы его нельзя было победить.
Если бы Иэн считал иначе, он бы не бросал вызов.
Панги снова принял вид посоха.
— Всё-таки непросто.
— Если хочешь сдаться, не надейся, что я теперь тебя...
— Я не сдаюсь.
— ...Что?
— Просто понял, что одним ближним боем не обойдусь.
Тем временем изменился и сам Панги.
Это всё ещё был посох, но теперь его верхушку оплетали чёрные щупальца и цепи. Вместо привычного камня они удерживали огромную книгу — толстую, мрачную, пропитанную зловещей силой.
Некрономикон.
— Значит, хочешь, чтобы я дралась сама по себе?
— Я вложил в посох ещё часть ранга бытия. Этого хватит, чтобы вы могли развернуться, госпожа Кроми. Правда, с вашим... как это называлось? Воплощением? Нисхождением? С этим будет сложно: у посоха всё-таки нет собственного тела.
Иэн соединил Панги с Некрономиконом.
Ему требовалась помощница, которая будет отвлекать Зевса, пока сам Иэн готовит атаки.
— Хм! Я умею выбирать время и место. Даже если бы через этот посох можно было призвать Его, здесь я бы этого не сделала. За кого ты меня принимаешь? За дикарку, которой чужды элементарные приличия?
— Вы ведь прислуживаете существу пострашнее любого дикаря. Так что осторожность не помешает.
— Прислуживаю?! Я Его самая преданная соратница, верная слуга и партнёрша...
— То есть прислуживаете.
— Ах ты!...
Иэн усмехнулся и подбросил посох.
Тот не упал.
Панги завис в воздухе и начал кружить вокруг Иэна.
— Задача простая. Видите того господина? Хорошенько действуйте ему на нервы.
— Того слащавого типа?
— Его.
— Глаза у него красные. Выглядит мерзко.
— Не расслабляйтесь. Он примерно так же силён, как я.
— Ха! Как бы силён он ни был, перед Ним всё равно лишь жертва.
Кроми, заключённая в посохе, внимательно оглядела Зевса.
— Мне только мешать ему?
— Да. Остальное беру на себя.
— Хорошо. Давно не разминалась.
Зевс всё это время молча наблюдал за приготовлениями. Теперь он крепче сжал большое копьё и презрительно бросил:
— Что ты опять задумал?
— Уже ничего. Всё подготовил.
И тут...
— Так это ты Зевс?
— ...Что?
— Вблизи ещё противнее.
Посох — точнее, Кроми — уже оказался перед лицом Зевса.
И на словах она, разумеется, не остановилась.
БАХ!
У левого плеча Зевса грянул чёрный взрыв.
Кроми применила мощное заклинание чёрной магии — Гнев Тьмы.
БАХ! БА-БАХ! БАХ! БАХ! БА-А-АХ!
Взрывы пошли один за другим по всему телу Зевса.
Серьёзного урона они почти не причиняли, зато поставленную Иэном задачу выполняли безупречно: мешали, раздражали и сбивали темп.
А сама Кроми при этом ускользала от каждой попытки Зевса схватить её.
— Радуйся, что я заперта в книге! Будь здесь моё истинное тело, замёрзшее на родине, ты бы уже умер! Да что там умер — давно стал бы моей марионеткой. Я бы тебя Громом назвала. Самое то!
К физическим атакам добавлялась фирменная словесная пытка Кроми.
Каждый взрыв сопровождался новой порцией болтовни. Казалось, одно от другого вообще неотделимо.
— Мерзкая скользкая тварь!...
Кроми оставалась Кроми.
Просьбу Иэна «действовать на нервы» она возвела почти в искусство.
Но одной этой помехи для победы было мало.
«Сейчас».
Пока Зевс пытался поймать Кроми, Иэн готовил настоящий удар.
Точное попадание должно было стать для Зевса смертельным.
Это был тайный приём из опыта «совершенного» Иэна Пейджа — той жизни, в которой он достиг вершины сразу в нескольких искусствах.
ГРРРРРРР...
В руках Иэна возник чёрный шар, внутри которого до предела сжался его ранг бытия.
Он рванул Зевсу за спину.
Иэн стремительно сокращал расстояние. Зевс всё ещё словно бы был целиком занят Кроми.
Ещё немного — и достаточно будет коснуться его спины...
— Жаль.
Тихий голос заставил Иэна похолодеть.
Это был Зевс.
— И это всё? Дешёвая уловка?
Он давно заметил, как Иэн заходил сзади.
Более того, когда тот оказался совсем близко, Зевс без труда перехватил его за предплечье.
— Я многого от тебя ждал. Разочаровал.
На этот раз Зевс не дал противнику ни мгновения на ответ.
Иэн не успел ни закончить заклинание, ни вырваться.
ТРЕСК!
Окутанный молниями наконечник копья вошёл ему прямо в сердце.
Копьё насквозь пробило сердце наглого претендента — Иэна Пейджа.
Но торжество Зевса длилось меньше секунды.
Пронзённый Иэн спокойно произнёс:
— Разочаровываться здесь должен я.
Ш-Ш-Ш-Ш-Ш...
Его тело рассыпалось пылью прямо в руках Зевса.
Это оказался магический двойник — настолько точный, что обманул даже глаза собравшихся владык высшего ранга.
А настоящий Иэн уже стоял перед Зевсом, который только успел обернуться.
В ладони Иэна горело безупречно белое пламя.
— Очищающее пламя.