— Пока вас не было, мы кое-что приготовили!
Кай произнёс это с такой уверенностью, будто собирался объявить о великом открытии.
Джерри тут же подхватил:
— Мы вдвоём всё это время готовили для вас новые шаманские чары! Подойдёте на минутку? Мы покажем!
Чары, приготовленные специально для него.
Будь на их месте обычные дети, Иэн, пожалуй, просто потрепал бы обоих по голове и на этом успокоился. Но эти двое действительно были шаманами. Поэтому любопытство взяло верх.
Что же они придумали?
— Хорошо. Показывайте.
В дальнем углу деревни изгнанников дети соорудили небольшое святилище — место, где поклоняются божеству.
— Мы начали готовиться в тот самый день, когда вы ушли в Сердце Супериора!...
— Не в тот. На следующий, — поправил Джерри. — Волшебнику врать нельзя.
— ...На следующий день! С того самого дня мы думали и думали, как сделать вашу маскировку ещё надёжнее!
Вообще-то Иэн уже давно решил эту проблему.
Но после стольких стараний детей говорить об этом было бы просто бессердечно.
— Мы думали, думали, изучали, проверяли! И всё время просили совета у божества, которому служим!...
— И наконец закончили! Это идеальные маскировочные чары, которые обманут любого суперианина!
Идеальные маскировочные чары.
Название громкое.
Да только от Аида они всё равно не спрячут...
«...Стоп».
Но ведь... не факт.
Не факт, что эти двое вообще поклоняются Аиду.
«Заклинание у них точно было другим. Не таким, как у Рокена, шамана из подземных каналов Сердца Супериора».
Божеством Рокена, в этом Иэн уже не сомневался, был Аид.
Но кому тогда молились Джерри и Кай?
«Конечно, обращаться к нему можно по-разному, и источником силы всё равно может оказаться Аид. Но проверить стоит».
Иэн посмотрел на детей.
Они едва удерживались на месте: им не терпелось как можно скорее продемонстрировать своё новое творение.
— ...Ладно. Показывайте.
Аид следил за Иэном.
Пока на нём сохранялись наложенные Аидом маскировочные чары, тот, скорее всего, мог наблюдать и за происходящим вокруг.
— Наложите на меня свои новые чары.
Иэн решил принять их ритуал и посмотреть, что произойдёт.
Если после этого Аид лично явится к нему, вывод будет очевиден.
«Если после их ритуала связь оборвётся, всё ясно: источник этих чар — не Аид, а кто-то другой».
И главное — никакого повода для подозрений.
Иэн всего лишь исполнил просьбу двух детей, которые ничего не знают о его отношениях с Аидом.
Глупо было бы не воспользоваться такой возможностью.
— Тогда начинаем прямо сейчас!
— Потерпите немного, даже если будет неприятно!
В полном восторге Джерри и Кай принялись рисовать на полу святилища шаманские знаки.
На первый взгляд они напоминали наивные детские каракули. Но Иэн следил за каждым штрихом с предельным вниманием.
[О дух Тени, Владыка по ту сторону Завесы. Мы смиренно поклоняемся тебе. Даруй этому человеку благословение обмана.]
[О Властелин Обмана, великий мастер лжи. Мы смиренно поклоняемся тебе. Даруй этому человеку маску тени.]
Так и есть.
Молитва была другой.
Дети взывали к духу Тени, Владыке по ту сторону Завесы, Властелину Обмана и великому мастеру лжи.
Рокен же, шаман из подземных каналов, обращался к Хаосу из самых глубин и Хозяину Тысячи Обликов.
Прозвища были туманными, и Иэн пока не понимал, кто за ними скрывается. Но одно было несомненно: обращения не совпадали.
«...Подожди. Великий мастер лжи? А вот это прозвище будто уже где-то попадалось».
Мысль едва успела оформиться, когда дети радостно закричали:
— Та-дам!
— Получилось! Новые маскировочные чары готовы!
Джерри и Кай обнялись, будто только что совершили подвиг.
По их взглядам было ясно: они ждут, что Иэн разделит восторг.
Но радоваться вместе с ними Иэну сейчас было не до того.
«Ну же...»
Его куда больше занимало другое.
Реакция Аида.
«...Ничего?»
Он ждал, но не происходило ровным счётом ничего. Аид никак себя не проявлял.
«Значит, различалась только формула?»
Иэн уже почти смирился с этим выводом, когда со стороны деревни донёсся чей-то голос.
— Простите...
К святилищу подошёл молодой изгнанник.
Джерри и Кай его узнали, значит, это точно был местный житель.
— Староста просит вас зайти к нему.
— Мы вроде уже всё обсудили.
— Он сказал, что не успел кое-что передать...
— Хорошо. Идёмте.
Молодой изгнанник повёл Иэна за собой.
Они шли довольно долго, однако дом старосты почему-то не становился ближе.
— Куда мы направляемся?
Иэн уже понимал, что происходит.
Но виду не подал.
Если дать понять, что он уже всё раскусил, это может вызвать ненужные подозрения.
— ...Это я, исполнитель.
Только когда они добрались до совсем безлюдного края деревни, молодой изгнанник перестал притворяться.
— Кто именно?..
— Аид. Мне срочно понадобилось с тобой поговорить, поэтому пришлось ненадолго воспользоваться этим жалким телом.
Иэн мысленно торжествовал.
Всё шло именно так, как он рассчитывал.
— Владыка Аид? Что привело вас сюда?
— Да ничего особенного. Помнишь уроженца Срединного мира, которого ты раньше разыскивал? Кажется, ты называл его своим отцом.
Он заговорил совсем о другом.
Слишком старательно делал вид, будто пришёл именно из-за этого.
И при этом всё время присматривался к Иэну.
Значит, связь действительно оборвалась.
Вот Аид и примчался восстанавливать контроль.
Те, кто привык держать всё в своих руках, особенно нервничают, когда контроль внезапно исчезает.
— Да, помню. Он уже вернулся?
— Пока нет. Но порученную мной работу почти закончил. Скоро я позволю ему вернуться. Захочешь увидеться — заходи в Царство мёртвых.
— Благодарю, что не забыли. Но неужели вы пришли сюда лично только ради этого? Или есть ещё что-то?
— Ах да. Раз уж встретились... Я тут вспомнил о твоей маскировке.
— Забавно. Эти дети-шаманы как раз только что наложили на меня новые маскировочные чары. Видимо, по вашему замыслу?
— Э-э... да, конечно. Именно так. Только мастерство у них, прямо скажем, слабоватое. Решил, что лучше вмешаться самому. Явишься с такой сырой маскировкой перед владыками — тебя раскроют в два счёта.
— Вот как. Значит, я чуть не попался.
— Именно. Опасность была серьёзная.
Ну да.
Сейчас он просто снова наложит собственные чары, через которые сможет наблюдать за Иэном.
Замысел читался как открытая книга.
Но выбора не было.
Пока лучше подыграть.
— Спасибо. Не ожидал, что вы станете так обо мне заботиться. Теперь даже неловко вспоминать, как грубо я вёл себя раньше.
— Так всегда бывает. Доверие не возникает за один день.
Убедившись, что Иэн снова вернулся под его контроль, Аид заметно расслабился.
— Итак. Я заново наложу на тебя маскировку, а после сразу отправляйся в Храм Олимпа. По дороге я дам тебе подсказку насчёт того, кто объявит восьмое испытание.
Аид и представить не мог, что его только что обвёл вокруг пальца исполнитель, которому ещё не позволили получить даже ранг бытия владыки.
Причём не просто исполнитель, а уроженец Срединного мира, которого сам Аид считал жалким насекомым.
«...Странно. А почему он ничего не спросил о том, что произошло с Гебой?»
Если Аид действительно наблюдал за ним, он должен был видеть силу, которую Иэн применил в бою с Гебой.
Силу демона.
Но ни единого вопроса.
Почему?
«Может, как раз тогда отвлёкся?..»
* * *
[Ну? Узнал?]
— Разумеется. Мне удалось выяснить, кто тот мужчина, которого любит ваша младшая дочь Геба.
Голос Геры заметно оживился.
[О-о! Недаром тебя считают лучшим исполнителем со времён Геракла. Так кто же он?]
Гера давно беспокоилась о младшей дочери.
С таким характером та вообще когда-нибудь сумеет устроить личную жизнь?
И вдруг выясняется, что Геба всё-таки в кого-то влюблена. Более того, этот человек существует на самом деле.
Для матери это была по-настоящему ценная новость.
— Вы только что сами назвали его.
[...Что? Только что?]
— Да.
[И что именно я сказала?]
— «Недаром тебя считают лучшим исполнителем со времён Геракла».
[То есть... мужчина, которого моя дочь любит...]
— Да, именно...
[Это ты?]
— ...Что?
В ту же секунду синие огни в глазах статуи вспыхнули красным.
У владык красное свечение означало, что их захлестнула ярость или жажда боя.
Похоже, Гера поняла его совершенно неправильно.
Например, решила, что её дочь влюбилась в исполнителя Калиду Ватанку, который уже женат и, вдобавок, воспитывает дочь.
Для Владычицы семьи это и правда выглядело бы недопустимо.
— Н-нет. Ни в коем случае. Вы меня неправильно поняли.
[...Вот как?]
— Конечно. С чего бы Гебе выбирать меня? У неё всё-таки есть вкус.
[М-м... пожалуй, верно.]
С перепугу Иэн сам себя принизил.
Но когда Гера так легко согласилась, стало даже обидно.
Вон и глаза снова посинели.
Ладно. Неважно.
[Тогда... Геракл?]
— Точно.
[Геракл? Наша Геба любит Геракла?]
— Да.
[Не наоборот?]
— Именно она. И любовь безответная: Геба любит его, а он её — нет.
[Ох!... Она ещё и безответно влюблена? Моя дочь? Такая красавица?..]
Обычно родители говорят: «такая красивая и добрая девочка».
Но даже родная мать не решилась добавить про доброту.
Исчерпывающая характеристика.
[Хм... Геракл, значит. Геракл... В общем-то, вариант неплохой...]
Гера некоторое время обдумывала новость, а потом словно вспомнила, что Иэн всё ещё стоит перед статуей.
[Но сперва следует отметить твою заслугу. Ты прекрасно справился, Калиду Ватанка. У тебя есть все основания считаться прошедшим седьмое испытание.]
Седьмое испытание завершено.
Он уже миновал середину пути.
Когда-то Двенадцать испытаний казались бесконечным путём. Теперь впереди уже проступал финал.
Хотя конец этих испытаний, если уж говорить точно, станет лишь новым началом.
[А теперь ступай. Право приступить к восьмому испытанию ты получил. Мне же благодаря тебе предстоит немало дел, так что... до встречи!]
Каких именно дел?
Оставалось лишь пожелать Гераклу удачи.
— Ну что ж...
Иэн мысленно пожелал ему пережить грядущее и направился к статуе того, кто должен был объявить восьмое испытание.
На этот раз вместо Золотого яблока он положил в чашу подношений другой дар, заранее приготовленный по совету Аида.
Книгу.
Иэн раздобыл её в Срединном мире во время короткой передышки. По словам Аида, содержание значения не имело: подходила любая книга.
[Ого? Да это же книга историй, написанная одним из авторов Срединного мира. Какая редкая ценность...]
Статуя того, кто должен был объявить восьмое испытание, как и статуя Геры, изображала женщину.
Но её легко было отличить от других статуй владычиц: только эта женщина была облачена в доспехи и шлем и держала копьё со щитом.
Если уж уточнять, во всём Храме Олимпа лишь две статуи были изображены в полном вооружении — Арес и эта женщина.
[Кхм! Вот мы и встретились, исполнитель. Я — Афина, Владычица справедливости, мудрости, разума, мира, стратегии, тактики, учёности, вдохновения, искусства, а также всех героев этой земли, чести и славы.]
Это ещё что?
Зачем столько всего сразу?
[Ах да, несколько областей я забыла. Ремёсла, кулинария, воинское мастерство, техника, закон и ещё... Хм. Теперь, кажется, всё.]
...Похоже, и с этой что-то не так.