Доброжелательная.
Не унижает подчинённых.
Невероятно.
Он точно говорил о той же Гебе, которую знал Иэн?
Ради многолетней безответной любви она, похоже, изменила в себе очень многое.
«Правда ли она меня не помнит или просто решила делать вид, будто мы незнакомы, — не знаю».
Но Геба явно старалась всерьёз.
Это приходилось признать.
Надолго ли её хватит — другой вопрос.
Говорят, если человек вдруг резко меняется, это не к добру. Интересно, распространяется ли такая примета на владык?
— Значит, между вами ничего, кроме рабочих отношений?
— Разумеется.
— Для чисто рабочих отношений как-то слишком щедро.
— Что именно?
— Вот этот обед.
— Н-ничего подобного.
— Ну нет так нет. Простите.
Геракл промолчал.
— Но еды всё-таки явно с запасом. Согласны?
— Ну... пожалуй.
— Тогда поделитесь по дороге.
Советовать Гераклу присмотреться к Гебе Иэн не собирался.
Иэн слишком хорошо знал, какой Геба была раньше.
К тому же Геракл не раз помогал Иэну и был редким для Супериора по-настоящему порядочным типом. Лезть к нему с советами о личной жизни, зная неприятную часть истории, было бы подло.
— Когда выходим?
— Если больше дел нет — прямо сейчас.
— Дорогу знаете?
— Как будто я могу не знать Хаймо.
— Тогда ведите. Я за вами.
Путешествие растянулось на несколько дней.
Иногда они шли обычным шагом, иногда переходили на бег, время от времени устраивали короткие привалы и по дороге ели припасы из того самого пятиъярусного набора.
На еду были наложены чары сохранения, поэтому даже через несколько дней всё оставалось таким свежим, будто приготовлено минуту назад.
— Вкусно.
— Правда?
— Очень.
— С тех пор как она присоединилась к проекту, рабочие едят гораздо лучше. Довольны все, и производительность выросла. Я сначала решил, что Гера опять хочет лезть в наши дела и потому прислала собственную дочь. Похоже, зря подозревал.
— Госпожа Геба, выходит, много на себя взяла.
— Да. Организация питания, управление работами на месте, связь с Советом, согласования, переговоры... Много всего. Мне работы заметно убавилось. Вот даже могу спокойно идти с тобой на охоту.
— Давайте всё-таки честно: вы ведь не столько мне помогаете, сколько сами хотели поохотиться.
— Эй. Тут пятьдесят на пятьдесят. Попросил бы меня кто-нибудь неприятный — я бы послал его на месте. Я не умею терпеть то, что мне не нравится.
— Значит, я вам нравлюсь.
— Ты букашка из Срединного мира. Я мало того что до сих пор тебя не прихлопнул, так ещё и помогаю. Если бы ты меня бесил, разве такое случилось бы?
— Если так рассуждать, действительно нет.
За время дороги они заметно сблизились.
Разговоры почти не прекращались, и в какой-то момент Иэн вообще перестал идти сам: устроился на огромном плече Геракла и так продолжил путь.
Пожалуй, среди местных никого ближе Геракла у Иэна сейчас не было.
Иэн не знал, чем обернётся в будущем такая дружба с существами этого мира. Возможно, однажды лишние привязанности дорого ему встанут.
Но сейчас думать о далёком будущем было некогда.
Сначала завершить все испытания и получить ранг бытия владыки.
Заодно получить от Гефеста новый посох и стать ещё сильнее.
А затем, имея и ранг владыки, и новый посох, любой ценой сорвать жертвоприношение.
Вот и весь план.
Остальные проблемы пусть решает тот Иэн, который доживёт до них.
Когда он в очередной раз прокрутил эти цели в голове, Геракл наконец остановился у подножия огромного вулкана.
Гора Хаймо.
— Это она?
— Она.
Иэн задрал голову.
— Думал, будет больше.
— Вообще-то Хаймо входит в число крупнейших горных массивов.
— Большая, конечно. Просто во время одного испытания я видел горы куда масштабнее... Забыл название. Прометей был прикован к самой вершине.
— Кавказ.
— Точно. Кавказ.
— Кавказ — целая горная область. Конечно, он масштабнее одного массива Хаймо. И потом, размер здесь не главное. Хаймо — вулкан. Остатки Тифона могут полезть на тебя откуда угодно. Не расслабляйся.
— Учту.
Иэн приготовился.
Одной рукой Иэн крепче сжал Керикейон — посох, с которым ему оставалось провести совсем немного времени.
Другой рукой он надел на голову Петас, полученный от Геракла.
Широкие поля шляпы неожиданно хорошо сочетались с длинными распущенными волосами Иэна.
Геракл покосился на него.
— А шляпу зачем нацепил?
— Использую всё, что может помочь.
— Но это же предмет твоего испытания...
— Гермес не сказал, что его нельзя надевать. Верну в целости — и никаких проблем.
Геракл промолчал.
— А если случайно появится царапина, скажу, что так и было, когда я забрал Петас у вас.
Сказано это было с такой спокойной наглостью, будто речь шла о чём-то само собой разумеющемся.
Не дав Гераклу подобрать ответ, Иэн ловко спрыгнул с его плеча и двинулся к тропе, ведущей вверх.
— Ну что, идём?
— Только не лезь вперёд. Вся гора пропитана останками Тифона. Личинки, нажравшиеся его плоти. Камни и почва, напитавшиеся кровью. Звери и растения, исковерканные скверной... Здесь буквально всё вокруг может оказаться врагом.
Воспоминания Прометея подтверждали его слова.
За дорогу Геракл тоже успел рассказать достаточно.
Тифон жил в незапамятной древности, ещё до того, как в Супериор вторглись порождения Хаоса. Он считался царём местных чудовищ, а сила его была такова, что, по преданиям, даже всем владыкам Олимпа, Асгарда и титанов вместе не удалось бы его одолеть.
И если твари родились в земле, где лежит тело такого существа, ждать от них слабости было бы странно.
После долгой войны Тифона всё же убили. Но его труп так глубоко отравил Хаймо, что даже порождениям Хаоса было трудно совладать с этой землёй.
Место действительно было гиблое.
— Тогда вся надежда на вас, господин Геракл.
— Не надейся слишком сильно. Здесь и меня могут прихлопнуть одним неудачным ударом.
Он пугал?
Или говорил всерьёз?
Иэн очень хотел верить в первое. После всего услышанного второе выглядело подозрительно правдоподобно.
— Поэтому перестань идти первым и встань за моей спиной. Если будешь так беспечно вышагивать, тебя здесь с одного удара...
Грохот.
Сверху что-то рухнуло прямо на Иэна.
Огромный камень сорвался с середины склона и понёсся прямо на Иэна.
— Вот. Я же сказал: с одного удара и конец.
— Пока не конец.
— Раз жив — иди назад. Лучше думай, чем сможешь поддержать меня, пока я буду пробивать дорогу.
Геракл снял со спины огромную палицу.
Он говорил, что не любит полагаться на магические артефакты, но эта вещь выглядела весьма далёкой от обычной дубины.
Иэн оглядел склон.
— Боюсь, спокойно помогать вам, прячась за вашей спиной, не получится.
— Ага. Похоже на то. Не ожидал, что нас так радушно встретят у самого входа.
Предупреждение оказалось точным: на Хаймо врагом было всё.
Следом за первым валуном со всех сторон потянуло злобой и липкой, тёмной угрозой. И не откуда-то издалека: почуяв Иэна и Геракла, невидимые пока твари начали стягиваться к ним.
О безопасной роли помощника можно было забыть.
— Меняем план.
— И какой теперь план?
— Сам не сдохни.
Иэн молча посмотрел на него.
— Нам всё равно надо почти до самой вершины. Иначе материалы из списка не собрать.
Иэн продолжал молчать.
— Так что не отставай.
— ...
— Всё. Конец инструктажа.
Вот и вся стратегия.
Геракл размахнулся Благословенной оливковой палицей и рванул вверх, прокладывая себе дорогу через склон.
Иэну оставалось бежать следом.
И, разумеется, самому убивать всё, что пыталось добраться до него по пути.
* * *
Ха... ха... ха-а...
Фух... хух... ф-фух...
У самой вершины Хаймо тяжело дышали уже оба.
Долго отдыхать им всё равно не давали. Отовсюду исходила убийственная злоба порождений Тифона. Их вязкое, тошнотворное присутствие ощущалось совсем рядом.
— Ещё далеко?
— Почти пришли. Осталось совсем немного до кратера на вершине, где лежит сам Тифон.
Только там рос цветок, который Гефест указал в списке.
Слеза Тифона.
— Значит, добираемся, срываем цветок — и уходим?
— Не торопись радоваться. Как только сорвём его, на нас снова полезут со всех сторон.
Опять.
Иэн устало скривился.
Вот уж действительно: чем дальше, тем веселее.
Геракл не отреагировал на гримасу Иэна.
— И на этот раз врагов будет больше. Они сильнее всего, что нападало на нас по дороге. Так что план не меняется.
— Сам не сдохни?
— Схватываешь на лету.
Геракл ухмыльнулся и первым пошёл к кратеру, возле которого должна была расти Слеза Тифона.
Иэн держался почти вплотную.
После подъёма он уже не сомневался: без Геракла не добрался бы даже до середины склона.
Каким бы сильным он ни стал, исполнитель всё ещё оставался исполнителем.
Ранг бытия владыки требовался как можно скорее.
Они поднялись ещё немного.
Геракл вдруг остановился.
— ...Что?
Иэн едва не врезался ему в спину.
— Что случилось?
— Тихо.
Даже говорить не даёт.
Что он там увидел?
— Подойди медленно. И посмотри туда.
Геракл почти не разжимал губ.
Иэн осторожно поравнялся с ним.
Теперь вершина была видна целиком.
В центре огромного кратера рос один-единственный цветок с кроваво-красными листьями.
Слеза Тифона.
Но цветок Иэн заметил лишь на миг.
Всё остальное пространство занимало нечто другое.
«Это ещё что за хрень?..»
В кратере лежало чудовище настолько огромное, что почти заполняло его целиком. Ничего сопоставимого по размерам Иэн раньше не видел.
Верхняя половина тела напоминала суперианина, нижняя — дракона. Волосы, как у многих владык, жили собственной жизнью: извивались змеями и беспрерывно шевелились.
Из спины росла пара гигантских крыльев, похожих на крылья летучей мыши.
Но страшнее внешности оказалось то, что Иэн почувствовал следом.
Ранг бытия.
От одного взгляда подкашивались ноги. От чудовища исходило такое давление, какого не могло быть у обычной твари — даже у самой сильной.
Геракл тоже оцепенел.
А затем еле слышно произнёс то единственное имя, которое объясняло всё сразу.
— ...Тифон?