— Ты успел немало натворить. Всё-таки мой сын — когда за что-то берёшься, остановить тебя трудно. Наверно, это и называют силой крови.
Фиолетовая печать исчезла окончательно.
Фран Пейдж, чьё истинное тело столько веков было заточено внутри, спокойно опустился на землю. Ветер тронул волосы того же цвета, что у Иэна.
— Но признаюсь: сейчас ты меня разочаровал. Я, как отец, ничего не скрывал от единственного сына. Показал тебе всё как есть, передал знания, поделился силой. Отдал всё, что мог.
Опять.
Иэн больше всего ненавидел именно эти слова, когда их произносил Фран.
Отец. Сын.
— И после этого ты так поступаешь с родным отцом? С человеком, чья кровь течёт в твоих жилах? Отвергаешь семью и становишься на сторону этих ящеров? Нет, сын. Мне трудно такое принять.
Отец. Родитель. Кровные узы.
Фран бил точно туда, где раздражение уже давно копилось.
Наконец Иэн тихо прорычал:
— Я предупреждал. Не называй себя моим отцом и не зови меня сыном.
— Раньше я ещё старался не задевать тебя лишний раз. Но теперь-то какая разница?
— Верно.
Они наконец стояли друг против друга как враги. Франу больше не было смысла подыгрывать Иэну.
— Теперь уже никакой.
Но одним согласием дело не ограничилось.
Над головой Иэна появились Тысяча Уст — та же магия, которую он уже показывал в далёком прошлом, за несколько тысяч лет до нынешней эпохи. Через них он мог высвободить Силу Слова.
— Всё равно это последний раз.
Это была уже боевая стойка.
Напряжение стало почти осязаемым.
С одной стороны — Иэн и весь драконий род.
С другой — Фран Пейдж, вернувший себе настоящее тело.
Напряжение повисло между существами, давно вышедшими за обычные человеческие мерки.
— Иэн. Я дам тебе последнюю возможность.
Фран говорил негромко.
— Ещё не поздно. Подойди ко мне. Возьми отца за руку и защити свой мир вместе со мной.
В его голосе слышалась почти болезненная просьба.
Настоящая или сыгранная — со стороны определить было трудно.
Иэн не сомневался: сыгранная. Фран слишком хорошо умел прятать чувства, придумывать их и выставлять напоказ то, чего на самом деле не испытывал.
— Пока существуешь ты...
Иэн ответил твёрдо.
— ...мой мир невозможно защитить.
Тысяча Уст приготовились заговорить.
Драконы одновременно закончили боевое построение.
До первого удара оставалось одно движение.
[Сколько же вы способны молоть языком, люди!]
В разговор вмешался знакомый голос.
Молодой дракон, страж Херпай Дотос, не выдержал первым. Иэн уже однажды унизил его в бою, и теперь Херпай отчаянно хотел вернуть себе достоинство.
Он рванулся вперёд.
[Стой, Херпай!]
Рисис Ладенжу окликнул его слишком поздно.
Молодой дракон уже пересёк черту, после которой остановиться не успевал.
— Годы идут...
Херпай нёсся по широкой дуге, заходя на Франа сбоку.
Тот усмехнулся и вытянул левую руку. Раскрытая ладонь смотрела прямо в морду летящего дракона.
— ...а ты всё бросаешься вперёд, не подумав.
Несмотря на огромное тело, Херпай двигался удивительно быстро. Когти вспыхнули острой маной, почти как клинок.
Он правильно понял одно: магия и дыхание против Франа не дадут преимущества. Значит, стоило попробовать то, в чём дракон по природе превосходил человека, — ближний бой и чудовищную физическую силу.
Замысел был не худший.
Но Франу хватило одного слова.
— Сгинь.
ГР-Р-РОМ!
Из его ладони вырвалась ударная волна. Пространство содрогнулось, и Херпай целиком исчез в потоке силы.
— Хм.
Первым же движением Фран будто бы одним махом прикончил дракона.
Однако удовольствия на его лице не было. Напротив, он нахмурился.
Причина тут же стала ясна.
— С каких пор ты так привязался к ящерам? Уже собой их прикрываешь?
Херпай должен был разлететься на куски.
Но остался жив.
Перед самым ударом между ним и Франом возник другой человек и принял волну на себя.
— Иэн.
Фран тихо произнёс его имя.
Молодого дракона спас не Рисис и не Атар Хака, а их недавний союзник — Иэн Пейдж.
— Не сказал бы, что мы успели подружиться.
Часть Тысячи Уст обеспечила мгновенное перемещение, остальные одновременно развернули защитный барьер.
Барьер получился настолько мощным, что на первый взгляд Иэн даже перестарался. Удар Франа был страшен, но защита явно превосходила необходимое.
— Просто я обещал, что жертв будет меньше. Лучше вообще без них. А тут мы чуть не испортили всё с первого же движения.
Херпай молчал.
— Осторожнее, молодой ящер.
Обычно за такое обращение он вспыхнул бы от ярости.
Сейчас было не до обиды.
«За одно мгновение...»
Иэн ведь закрыл его почти идеально.
И всё же Херпай уставился на собственные лапы.
Несколько когтей были сломаны.
«И крыло?..»
Правое крыло оказалось разорвано.
Он даже не заметил, когда получил эти раны.
[Кх...]
Потом обнаружились и другие: мелкие разрывы и глубокие порезы по всему телу.
Защита Иэна остановила основной удар. Всё это оставил лишь крошечный остаток ударной волны, просочившийся мимо барьера.
«Невозможно...»
Но вывод был прост.
Не окажись Иэн впереди — Херпай принял бы удар целиком.
И погиб бы.
Молодого стража не осталось бы вовсе.
«Так вот какова сила человека, который уничтожил половину наших предков. Сила Франа Пейджа».
Если бы Херпай умер, это была бы бессмысленная смерть. Но он выжил — и получил знание, которого не давали ни рассказы, ни записи.
Теперь молодой дракон собственным телом понял, насколько далеко стоит Фран от всех остальных.
И заодно увидел другое.
«А Иэн Пейдж... его кровь».
С силой Иэна он уже сталкивался несколько дней назад. Тогда гордость не позволила признать поражение и оценить противника как следует.
Теперь отрицать было нечего.
Иэн только что без видимого труда остановил удар Франа Пейджа — и спас ему жизнь.
[...Благодарю, Иэн Пейдж.]
— Полезно иногда кого-нибудь спасти. Сразу и разговаривают вежливее.
При первой встрече всё было наоборот. Тогда Херпай принял Иэна за случайно забредшего человека и без колебаний разбил ему мана-сердце.
Теперь роли поменялись полностью.
[Спасибо, что спас его.]
Рисис вместе со всем родом стянул кольцо вокруг Франа ещё плотнее.
Молодые драконы явно были потрясены мощью врага. Старшие, уже пережившие встречу с Франом, смотрели не столько на него, сколько на Иэна.
[Ты достиг высоты, которая заметно превосходит наши расчёты.]
Рисис говорил без преувеличения.
Ни он сам, ни Атар Хака — второй по силе в роду, быстрый и привыкший действовать скрытно, — не успели бы прикрыть Херпая. Пока они только приняли бы решение, молодой дракон уже погиб бы.
[Благодаря Королеве фей ты стал нашим союзником. Похоже, за это мы останемся у неё в долгу на всю жизнь.]
На мгновение Рисис вспомнил о ней, затем полностью сосредоточился на Фране.
Сила Иэна оказалась выше ожиданий. Значит, и драконам можно было действовать смелее.
[Когда-то ты был учителем всего нашего рода и служил нам примером. Среди людей не было души благороднее твоей. Сегодня от того человека почти ничего не осталось. Я намерен очистить то, во что ты превратился, — вместе с моим родом и нашим сильнейшим союзником, Иэном Пейджем. Если в тебе сохранилась хоть крупица рассудка, не сопротивляйся. Прими это.]
Рисис говорил предельно учтиво.
Фран в ответ наполнил пространство убийственной злобой.
— Очистить? Ты сказал — очистить меня?
Он рассмеялся.
— Какая честь. Сам великий предводитель ящеров соизволил спасать безумного человечишку!
С Иэном Фран разговаривал совсем иначе.
Вот это, вероятно, и было его настоящим лицом — ярость и безумие без всякой попытки спрятать их.
— Старый ящер, следи за языком. Слишком долго живёшь — от тебя уже воняет.
Фран даже зажал нос.
Безумие вокруг него сгущалось с каждой секундой.
— Туши у вас огромные, а всю жизнь только и делали, что прятались по горам. Я дал вам силу — и вы посмели... посмели ударить меня в спину?
Золотое сияние, всегда сопровождавшее его ману, темнело. Сама энергия превращалась в тяжёлую чёрную скверну.
— Иэн!
Волна безумия ударила и по нему.
Иэн немедленно укрепил разум. Даже на расстоянии от Франа тянулось что-то настолько хаотичное, что не находилось слов. Перед ними стоял уже не просто человек — скорее буря безумия, воронка, затягивающая в себя всё вокруг.
— Если ты до конца останешься на стороне этих ящеров, я больше не стану тебя отговаривать. Но ответь: ты готов заплатить за этот выбор? Готов увидеть, чем он для тебя обернётся?
Последний вопрос прозвучал ещё до того, как Фран окончательно утонул в собственной тьме.
То ли предупреждение, то ли последняя попытка склонить Иэна на свою сторону.
Ответ не изменился.
— Повторю ещё раз.
Вокруг Иэна разгорелась чистая синяя мана. Она оттеснила скверну, и каждое следующее слово прозвучало ясно.
— Мой мир получит покой только после того, как ты исчезнешь. Поэтому, Фран...
Он запнулся всего на миг.
— Нет. Отец.
Впервые Иэн сам произнёс это обращение.
От одного слова его передёрнуло, но отрицать неприятную правду до последней секунды было бессмысленно.
— Пора заканчивать.
Синяя мана взорвалась вокруг него.
Чистая сила мага и почерневшая скверна Франа столкнулись ещё до того, как началась настоящая битва.
— Кх-кх...
Фран тихо засмеялся.
Удивил ли его ответ сына?
Или он именно этого и ждал?
Он посмотрел на Иэна.
Нет — впился в него взглядом.
— Отец, значит?
До этой секунды в глазах Франа смешивались золотая ясность и непроглядное безумие.
Теперь исчезла даже эта граница.
Чернота поглотила не только радужки, но и белки.
— Думаешь, я не знал, чем ты занимался последние десять дней? Решил, что сумел меня обмануть? Кх-х-х! Какой наивный. Ты всего лишь инструмент, который я создал. Инструмент, чтобы вытащить меня из печати!
Голос Франа становился всё ниже и всё менее человеческим.
— На этом твоя ценность и заканчивалась с самого начала. С твоей матерью то же самое. Ей была отведена одна роль — родить мне подходящий инструмент. Наконец и она выполнила своё назначение. Долго же пришлось ждать.
Так мог бы звучать демон, если бы однажды явился в мир людей.
Фран поднял силу.
[Итак, инструмент исполнил своё назначение. Просыпайся.]
Иэн замер.
[Сбрось долгий сон и вернись к истинной природе. Стань совершенной мыслеформой, которую я оставил во внешнем мире.]
Голос шёл не только через воздух.
Он проникал внутрь.
[Моей последней мыслью. Той, которую способно пробудить лишь моё истинное тело.]