На следующий день после ночной стычки Хейден и Оливер добрались до замка в центре владения Могриан.
Там они присоединились к семье Могриан и сели на воздушный корабль, следующий прямым рейсом в столицу. Пленных разбойников передали местному военному гарнизону — дальше ими должны были заниматься уже по закону.
— До чего всё-таки дошёл прогресс, — заметил Маркус Могриан. — Подумать только: от наших земель до столицы теперь можно добраться за три дня. И всем этим мы обязаны нашей гордости — Владыке Башни Слоновой Кости Иэну Пейджу, разве не так?
Великий лорд Могриана уже был немолод, но привычек не менял. Стоило заговорить об Иэне, как Маркус непременно напоминал: великий маг родом именно отсюда. Это был тот самый Маркус Могриан, который когда-то вручил Иэну кольцо — знак Вечного Гостя.
— Вы правы, тесть, — согласился Хейден. — Конечно, огромная заслуга принадлежит мастерам из поместья Иэна, которые работают не покладая рук. Но ведь и этих людей когда-то собрал вокруг себя сам Владыка Башни Слоновой Кости.
«Тесть» в данном случае был не придворной шуткой.
Маркус Могриан действительно приходился Хейдену тестем.
Его младшая дочь Маргарет Могриан, знакомая с Иэном уже много лет, два года назад стала женой наследного принца.
Если бы кто-нибудь когда-то сказал, что эти двое вообще сблизятся, ему бы не поверили.
Связал их Иэн.
После исчезновения друга Хейдену нужны были люди, с которыми можно было вспоминать Иэна не как Владыку Башни, а просто как близкого человека. Семья Могриан подходила для этого лучше многих. Особенно Лука, знакомый с Иэном ещё задолго до великого похода, и Маргарет.
— Ваше Высочество, раз уж мы заговорили о семье... — начал Маркус. — А что с моей дочерью? Вы опять мотаетесь по дорогам, а она остаётся одна. Молодая жена, между прочим.
У Хейдена и Маргарет была ещё одна точка соприкосновения.
Редкая и довольно глупая.
Первое знакомство с Иэном у обоих вышло не просто неудачным — это был полный пиздец.
— Нет-нет, тесть! — Хейден тут же поднял ладони. — Как муж я свои обязанности выполняю. Не сомневайтесь.
К счастью, оба успели исправить первоначальное впечатление.
Маргарет извинилась перед Иэном и Ванессой. Хейден со временем вообще превратился в одного из самых горячих сторонников Иэна.
Кто мог подумать, что общий стыд за давние ошибки однажды станет началом их собственного романа?
Маркус прищурился.
— После коронации задавать такие вопросы императору будет уже неловко. Поэтому спрошу сейчас. Вы сказали, что обязанности мужа исполняете. Мне действительно можно успокоиться?
На почве единственного смешного сходства Хейден и Маргарет когда-то начали общаться чаще — и неожиданно сошлись так хорошо, будто их и правда заранее подбирали друг для друга.
— Можете мне верить.
— Тогда отчего наследника до сих пор нет?
— Скоро будет хорошая новость.
Разговор наследного принца с тестем давно уже стал сугубо семейным.
Тем временем воздушный корабль рассекал облака на пути к Гринривердиуму.
Когда-то дорога между Могрианом и столицей занимала месяцы.
Теперь счёт шёл на дни.
* * *
До коронации оставалось меньше часа.
Приготовления к вступлению Хейдена Гринривера на престол подошли к последней стадии. Ещё немного — и одна эпоха официально закончится, уступив место следующей.
— Эй! Там! Ковёр кто так положил? Вы что, день рождения во дворе отмечаете?! Ровнее!
На площадке то и дело звучали окрики.
Слишком уж ответственным был день, чтобы кто-то позволял себе работать спустя рукава.
— Ты! Там свободные места для обычных гостей, хватит с ними возиться! Иди сюда, на центральный проход! Вам всё по десять раз объяснять?
— П-простите!
Коронация Хейдена заметно отличалась от прежних.
Раньше подобные церемонии проходили внутри императорского дворца и попасть туда можно было только по приглашению.
Теперь церемониальную площадку устроили за пределами города.
Приглашений для обычных людей не требовалось вовсе.
Хочешь увидеть коронацию — приходи.
Для истории Гринривера это было событие без прецедента. Да и на всём континенте едва ли кто-то мог вспомнить нечто подобное.
— Старшая, а так вообще можно? — осторожно спросила молоденькая служанка.
— Что ещё?
— Ну... коронация всё-таки. А сюда любой может зайти. И бог знает, кто окажется в толпе. Разве это не опасно?
Старшей служанкой называли женщину уже в возрасте, хотя никакого великого придворного чина у неё не было. Она вскинула подбородок так, будто сейчас собиралась читать лекцию министрам.
— Эх ты. Потому и путаешься в каждой простой работе, что голова каменная. Слушай внимательно. Здесь две причины.
— Д-две?
— Именно.
Она подняла два сморщенных от лет и работы пальца.
— Первая: сэр Оливер Рэйвуд.
— А при чём здесь он?
— При том, что рыцарь, который дракона способен прикончить, будет стоять рядом и смотреть во все глаза. Кто в здравом уме полезет на рожон? Да даже если полезет, далеко не уйдёт. Только проявит злой умысел — уже голову потеряет.
Спорить было трудно.
Меч Оливера давно вышел за рамки того, что считалось возможным даже для большинства магов.
Одного его присутствия хватало, чтобы вопрос о безопасности звучал куда менее тревожно.
— А вторая причина важнее. Тут уже политика. Послание, понимаешь?
— П-политическое послание?
— Вот именно. Это демонстрация силы. Мол, мы можем провести коронацию открыто, посреди народа, и нам ничего не будет. Император силён. Империя сильна. Его люди — лучшие. Хотите проверить? Проверяйте. Только потом не жалуйтесь на последствия.
— Ого...
Молодая служанка даже рот приоткрыла.
Половину она, похоже, не поняла. Но слово «политика» само по себе звучало внушительно.
— Старшая, да вы в таких вещах разбираетесь!
— А я вообще-то с головой родилась. Если бы мужиком была, давно бы уже важный пост занимала.
На удивление, женщина попала близко к сути.
Разумеется, причины решения были куда сложнее, чем её краткая теория. Раньше идею открытой коронации отвергли бы ещё на первом обсуждении. Но теперь несколько обстоятельств сошлись так удачно, что двор решился на беспрецедентный формат.
— Всё, поняла — работай! Некогда языком чесать!
— Да!
Люди тем временем уже стекались к площадке.
Горожане, жители соседних деревень, гости из дальних мест — толпа росла с каждой минутой.
По обе стороны красной дорожки места всё же разделили по статусу, но даже с этими ограждениями церемония больше напоминала огромный праздник, чем закрытый придворный ритуал.
— Сюда, сюда!
В человеческом море появились Ванесса, Дуглас и Редио.
На руках у Ванессы уютно устроилась Королева фей, принявшая облик розовой кошки.
— Дуглас, не лезь так глубоко в толпу, — попытался остановить сына Редио. — У нас есть приглашённые места...
— И что с того, отец? Когда ещё выпадет такой день? Надо быть среди людей. Это же праздник. Праздник всей империи!
— На приглашённых местах удобнее...
— Ага. И вокруг одни скучные знатные господа. Матери нужно развеяться. Ты вроде муж, а таких простых вещей не понимаешь?
— Ах ты...
Дуглас откровенно забавлялся, подначивая отца.
А Ванессу он без малейшего смущения называл матерью.
Она вышла замуж за Редио, и формально Дуглас теперь действительно приходился Иэну младшим братом.
— По-моему, здесь и правда лучше, — сказала Ванесса. — Среди знатных дам мне всегда было не по себе. Вот если бы принцесса была рядом... но сегодня ей самой надо находиться с императорской семьёй.
Она родилась в бедности и так до конца не привыкла к церемониальной чопорности высшего общества.
Живая толпа, шум, смех и предвкушение праздника нравились ей несравнимо больше.
Но через минуту лицо снова стало тревожным.
— Только правильно ли, что я ушла? Иэн остался один. Я за все эти годы почти ни разу не оставляла его надолго. Вдруг что-нибудь случится...
Сын спал девять лет.
И девять лет Ванесса жила так, будто каждый день могла понадобиться ему в следующую секунду. Сколько раз за всё это время она спокойно выходила из дома, можно было пересчитать по пальцам.
[Тоже мне, нашла о чём тревожиться!]
Розовая кошка фыркнула у неё на руках.
Королева фей явно решила, что пора вмешаться.
[Забыла, как однажды уронила ему на голову стакан? Защитное заклинание эту несчастную стекляшку не просто разбило — чуть ли не в ничто стёрло.]
Она раздражённо дёрнула хвостом.
[Он девять лет валяется без сознания, а себя всё равно защищает так, что комар близко не подлетит. И после этого ты боишься оставить его одного? Пустая суета.]
Возразить по существу было нечего.
Даже во сне Иэн каким-то образом поддерживал защитную магию.
Не то что убийца — обычное насекомое не смогло бы причинить его телу вред.
— Всё равно...
Но родительская тревога не подчиняется логике.
Для всех остальных Иэн мог быть сильнейшим существом мира.
Для Ванессы он оставался сыном.
Над площадкой протрубил первый рог.
Низкий звук прокатился над людьми.
Через мгновение ему ответил второй.
Потом третий.
И вскоре торжественный гул заполнил всё пространство.
Разговоры оборвались.
Церемония началась.
По красной дорожке, которую охраняли рыцари и маги, появился Терри Гринривер.
Он шёл легко, хотя для него это был конец собственной эпохи.
— Да здравствует император!
— Да здравствует Его Величество!
— Император!
Терри был правителем, которого подданные уважали не из страха.
Его считали мудрым и справедливым монархом — и, скорее всего, именно таким будут помнить потомки.
Люди по обе стороны дорожки один за другим опускались на колени.
Терри поднялся на центральный помост.
Магическое устройство усилило его голос так, чтобы каждое слово услышали даже в дальних рядах.
Это была последняя речь Терри в качестве действующего императора.
— Гордые подданные Гринривера.
Над площадкой установилась тишина.
— Вы уже знаете, зачем мы собрались. Сегодня я снимаю с себя тяжёлую императорскую корону и передаю её моему сыну — вашему наследному принцу Хейдену Гринриверу. Обычно правитель расстаётся с ней только вместе с жизнью. Но после долгих размышлений я решил, что для империи будет правильнее сделать это сейчас.
Терри снял золотую корону.
Бережно, почти торжественно взял её обеими руками.
— Кто-то из вас понимает моё решение, кто-то, возможно, пока нет. Но в одном я могу поклясться каждому: империя продолжит идти вперёд. И вместе с новым императором богаче и спокойнее станет ваша жизнь. Мне вы можете поверить. За все годы моего правления я не приучал вас к пустым словам.
Для народа трудно было придумать обещание важнее: жить богаче и спокойнее.
Толпа взорвалась криками.
— Да здравствует император!
— Да здравствует император!
— Слава! Слава!
Шум прокатился как гром.
Так подданные провожали государя, который десятилетиями оправдывал их доверие.
И одновременно передавали молчаливое требование его преемнику: будь не хуже.
Терри поднял руку.
— А теперь повернитесь и посмотрите на вашего нового императора. Запомните его лицо, походку, взгляд, каждое движение. И приветствуйте его от всего сердца.
Тысячи голов разом повернулись к началу красной дорожки.
На неё ступил Хейден Гринривер.
Рядом шёл Оливер Рэйвуд — его телохранитель и сильнейший мечник, какого знала история империи.
Хейден поднялся на помост и остановился перед отцом.
— Отец.
— Пришёл, наследник.
Хейден опустился на одно колено.
Терри долго смотрел на него.
— Долгий путь.
— Да. Долгий.
Всего несколько слов.
Но обоим было понятно, сколько в них лет.
Когда-то Хейдена называли безнадёжным наследным принцем. Между тем человеком и мужчиной, который теперь стоял перед троном, лежали ошибки, поражения, удачи, ответственность, потери и немало тяжёлой работы.
Терри прошёл свой путь рядом с ним.
— Я тобой горжусь.
Хейден поднял глаза.
— Я сделаю всё, чтобы вы могли гордиться мной и дальше. Я не подведу вас.
— Вот и хорошо.
Терри улыбнулся.
И надел золотую корону на голову сына.
— Поздравляю с восшествием на престол, Ваше Величество.
Эти слова произнёс уже не император Терри Гринривер, а бывший император.
В тот же миг Хейден официально стал правителем Гринривера, а Терри стал императором-отцом.
Хейден медленно повернулся к людям.
Вся площадь снова преклонила колени.
Никто не произнёс ни слова.
Простолюдины, знать, члены императорской семьи, рыцари, маги — все без исключения склонились перед новым государем.
Хейден открыл рот.
— Я... Нет. Мы...
Над головой прогремел гром.
Хейден замолчал.
Ещё минуту назад небо было чистым. Ни дождя, ни облаков. Астрономы и маги специально выбирали день, когда переменчивая погода Гринривердиума не должна была вмешаться в церемонию.
Но теперь над площадкой стремительно сгущались тяжёлые чёрные тучи.
Снова ударил гром.
А потом хлынул дождь.
Именно сейчас.
В момент передачи короны.
По толпе сразу поползли тревожные голоса.
— Почему вдруг?..
— Это что, знак?
— Небеса разгневались?
Для людей сама добровольная передача власти была непривычной. Открытая коронация — тем более.
А тут ещё гроза обрушилась в тот самый миг, когда новый правитель должен был произнести первую речь.
Суеверия вспыхнули мгновенно.
Дождь усиливался.
Капли стали крупнее, ветер резче. Ещё немного — и церемонию пришлось бы прерывать.
— Подождите... Что это?
— Смотрите в небо!
Посреди чёрных облаков появился голубой вихрь.
Сначала — просто светящаяся воронка.
Потом она начала втягивать в себя всё вокруг.
Воронка втягивала тучи и ливень; молнии гасли в ней, а гром стихал один раскат за другим.
За считаные мгновения непогода исчезла.
— Магия Башни Слоновой Кости?.. — прошептал кто-то.
Так решили многие.
Только маги самой Башни стояли с такими же ошеломлёнными лицами, как остальные.
Они не делали ничего.
— Что... что сейчас было?
Небо снова стало ясным.
Голубая воронка исчезла.
Но на её месте остался человек.
— Там кто-то есть!
— Человек... в небе!
— Синяя мантия...
Светло-каштановые волосы.
Синяя мантия.
Свободный полёт без опоры.
Слишком знакомый набор примет, чтобы жители империи могли ошибиться.
Одна мысль возникла у всех почти одновременно.
«Владыка Башни Слоновой Кости?»
Фигура начала опускаться.
Вниз, прямо к церемониальной площадке.
К Хейдену, который ещё секунду назад стоял под дождём как новый император.
Маг в синей мантии мягко коснулся земли.
Затем опустился на одно колено.
— Я, Владыка Башни Слоновой Кости Иэн Пейдж...
Голос был спокойным, но благодаря мане прозвучал по всей площади.
— Приветствую Ваше Императорское Величество.
Конец основной истории