Эликсир?
Иэн оторвался от книги. Перед ним вдруг оказался небольшой флакон с золотистой жидкостью, а рядом — клочок бумаги. Послание занимало всего несколько строк.
«Выпей залпом.
Если не ссышь.
От отца, у которого четыре имени».
Теперь сомнений не осталось. Точно такие же записки попадались ему раньше — одна вместе с книгой Драконьего языка, другая с тетрадью, где были записаны заклинания для подчинённых. Всё это было делом рук Франа Пейджа.
— Значит, всё это время ты мной игрался.
Иэн и раньше подозревал нечто подобное, но одно дело — предполагать, и совсем другое — получить подтверждение. Кто-то исподтишка направлял его жизнь, дёргал за ниточки, подталкивал в нужную сторону. Другой на его месте, пожалуй, впал бы в отчаяние или хотя бы ощутил пустоту.
Иэн почувствовал только злость.
— Ладно. Теперь моя очередь.
Он сказал это почти как обещание самому себе и без колебаний осушил флакон.
Мир вокруг поплыл.
Ещё секунду назад Иэн находился в кабинете, среди тесных рядов книжных шкафов. Теперь стены растаяли, потолок исчез, над головой раскрылось синее небо, а под ногами зашелестела густая зелёная трава. До самого горизонта тянулась широкая равнина.
Иэн нахмурился.
Дело было не просто в сменившемся пейзаже. Переместился сам Иэн — если, конечно, снова не угодил в чужую иллюзию.
И тут он ощутил главное.
Мана вернулась.
Мана-сердце, которое сперва отняли драконы, потом вернул Фран, а затем Иэн снова его лишился, билось на прежнем месте. Облегчение оказалось почти физическим.
В траве что-то зашуршало.
К нему приближался человек. Знакомый до отвращения.
Фран Пейдж.
— Где мы? — спросил Иэн.
Формально он даже сохранил вежливость. На деле в голосе было столько колючего раздражения, что перепутать его с почтением не смог бы никто. После всего случившегося любезничать с Франом он не собирался.
Однако тот не ответил. Молча обошёл Иэна по кругу, разглядывая его со всех сторон, будто впервые видел и не мог решить, опасен незнакомец или нет.
Иэну это совершенно не понравилось.
Что за херню он опять задумал?
— Неужели... это вы? — наконец осторожно произнёс Фран.
— Что за херню вы опять устроили?
— Пророк обещал прислать мне человека. Молодого мужчину с такими же волосами, как у меня. Мне сказали, что это будете вы.
— Пророк?
Иэн невольно склонил голову набок.
Фран нёс какую-то несусветицу.
Перед ним и правда стоял тот самый Фран, которого Иэн уже видел в иллюзии: светло-каштановые волосы, некрасивое лицо — всё совпадало до мелочей. И всё же что-то было не так.
Очень сильно не так.
— Наверняка вы тот самый человек, — оживился Фран. — В конце концов, мы говорим на языке, который даровал нам сам Пророк. Рад знакомству. Меня зовут Фран.
Иэн говорил на языке Империи Гринривер исключительно потому, что первым на нём заговорил Фран. Но тот называл его языком Пророка. Чем дольше длился разговор, тем меньше в происходящем было смысла.
— Иэн Пейдж, — нехотя представился он.
Реакция оказалась ещё страннее.
— О! Пейдж? Вы из рода племенного вождя? Погодите-ка... племя Пейдж... племя Пейдж... Кажется, я где-то слышал это название.
Иэн уставился на него.
Этот Фран держался совсем иначе. Настолько иначе, что его вполне можно было принять за другого человека. Если отбросить всякую деликатность, вывод напрашивался один.
Он выглядел немного придурковатым.
Слишком открытым. Слишком простым. В нём не чувствовалось той давящей скрытности, к которой Иэн успел привыкнуть.
— Хотя, пожалуй, нет. Про племя Пейдж я всё-таки впервые слышу. Ну да, мир велик! Или вы... спустились к нам из небесного мира? Раз Пророк лично вас прислал...
— Вы издеваетесь?
— Прислал к нам столь знатного... простите?
— Я спросил, что вы, чёрт возьми, творите.
— Что творю?.. А!
Фран хлопнул в ладоши, будто наконец понял, в чём проблема.
— Так вам ничего толком не объяснили!
Иэн промолчал.
— Я слишком спешил и попросил о помощи без промедления. Видимо, Пророку тоже пришлось действовать наскоро. Дело у нас действительно срочное, но сначала я хотя бы введу вас в курс.
Иэн продолжал смотреть на него исподлобья.
— Да не глядите вы так. Откуда мне было знать, что столь занятой человек ответит на просьбу сразу?
Разговаривать с этим Франом было мучительно. Они будто жили в разных мирах — что, похоже, недалеко ушло от истины.
Иэн решил пока не спорить. Пусть выговорится. Может, среди этого бреда наконец найдётся что-нибудь полезное.
— Итак, Иэн Пейдж из племени Пейдж, почтенный гость из небесного мира, которого лично направил к нам Пророк...
— Просто Иэн.
— Хорошо. Иэн. Я хотел бы просить вас о помощи.
На сокращённом обращении они сошлись удивительно быстро.
Фран продолжил:
— Мне нужно привести Силу Слова в систему. Если получится передавать её другим людям, я смогу усмирить бедствие, охватившее земной мир. Сам я с этим уже не справляюсь.
Иэн прищурился.
— Какое бедствие? И что значит — привести Силу Слова в систему?
— В отличие от вашего небесного мира, у нас человеку порой трудно просто дожить до следующего дня. Повсюду чудовища. Горгульи, огры, тролли, гоблины — одних видов не счесть, а уж количество и вовсе безумное. Хуже всех горгульи. Плодятся так, что скоро от мира ничего не останется.
Теперь у Иэна начала складываться картина.
Это было прошлое.
Он не знал, перенесло ли его сюда на самом деле или Фран заставил его переживать чужую память как иллюзию. Но эпоха сомнений не оставляла.
Причём прошлое было чудовищно далёким.
Если горгульи всё ещё считались главной угрозой человечеству, значит, даже драконы ещё не получили Силу Слова. Речь шла не о нескольких поколениях и даже не о нескольких веках.
Минимум — тысячи лет.
И, скорее всего, куда больше.
Ментальное тело Рисиса Ладенжу, хранившее память тысячелетней давности, само говорило об эпохе господства горгулий как о седой древности. Значит, Иэн оказался так далеко в прошлом, что даже привычные ему представления об истории здесь почти не работали.
Он провёл ладонью по подбородку.
Что это — настоящее прошлое или тщательно выстроенное видение — пока было неважно. Гораздо сильнее его занимал другой вопрос.
Зачем всё это Франу из его времени?
Тот обещал поднять Иэна до собственного уровня. И вместо объяснений швырнул его в древний мир, к своей же молодой версии.
Пока что смысл ускользал.
— Вы меня слушаете? — спросил Фран. — Я слишком сложно объясняю?
— Нет. Продолжайте.
Выхода всё равно не было.
— До сих пор я как-то справлялся. Защищал людей там, где успевал. Но мир слишком велик, а я один. Как бы быстро ни перемещался, всех не прикроешь.
Так вот чем занимался Фран Пейдж несколько тысяч лет назад.
Он защищал человечество от чудовищ.
И, похоже, совершенно искренне.
— Возможно, по законам природы люди должны исчезнуть, а их место займут другие существа, — сказал Фран. — Но мне плевать на такой порядок вещей. Я человек. И человеком останусь. Поэтому я искал способ сохранить как можно больше людей. В конце концов кое-что придумал. Во-первых...
Он протянул правую руку.
(Откройся.)
Звук возник не в гортани — его породила мана.
Пространство перед Франом дрогнуло.
Трава, кусты, дальние холмы и даже горная цепь на горизонте начали складываться, словно огромный лист бумаги. Но и это сравнение не передавало увиденного. Целый кусок пространства послушно сминался и ложился слой на слой по одному слову Франа.
Фран поднял другую руку к небу.
(Обрушься.)
И небо обрушилось.
Не в переносном смысле. Кусок голубого свода растрескался и посыпался вниз, будто был сделан из камня или стекла.
Иэн даже не успел до конца осознать увиденное, когда Фран произнёс третье слово.
(Вернись.)
Всё встало на место.
Смятая равнина расправилась. Горы снова заняли прежнее положение. Небо стало таким, как прежде. Казалось, кто-то просто отмотал несколько секунд назад.
Фран посмотрел на ладонь.
— С этой силой я родился. Теперь хочу понять, как передать её другим. Нужен способ, которому можно научить человека шаг за шагом. Вот в этом мне и нужна ваша помощь.
Теперь просьба звучала ясно.
Фран владел Силой Слова от рождения, но не знал, как передавать её другим людям. Иэн должен был помочь найти способ обучения.
— Есть и вторая просьба...
Закончить он не успел.
За дальними холмами поднялся многоголосый вой. Через несколько мгновений небо почернело от крыльев.
Горгульи.
Сотни.
Фран покосился на Иэна.
— Драться умеете?
Речь явно шла не о кулаках. Иэн вместо ответа кивнул.
— Покажете?
— С удовольствием.
После потери маны он слишком долго чувствовал себя скованным. А уж горгулий ему хотелось уничтожить без всяких угрызений совести.
Иэн поднял обе руки.
Воздух над равниной резко остыл. В вышине сгустилась тяжёлая, почти грозовая пелена.
— Ледяная...
Холод свёл пространство в тугой узел.
— ...буря.
Небо рухнуло на стаю градом из ледяных глыб.
Это был не Буран, который мгновенно промораживал всё внутри области действия. Ледяная буря убивала иначе — разбивала цель физически, дробила тела тяжёлыми осколками льда.
Крики горгулий слились в сплошной вой. Крылья рвались, кости трещали, тела падали в траву кусками. Через считаные мгновения от стаи почти ничего не осталось.
— Сойдёт за умение драться? — спросил Иэн.
Фран с совершенно серьёзным видом поднял большой палец.
— Как и ожидалось от человека, которого прислал небесный мир.
Чем дольше Иэн на него смотрел, тем труднее было связать этого человека с Франом из настоящего. И всё же мысль о ловушке он не отбрасывал.
— Так вот о второй просьбе, — продолжил Фран. — Сейчас у горгулий брачный сезон. Если бы они просто трахались между собой, я бы слова не сказал, но эти твари вечно разлетаются по всему миру и режут людей. У других чудовищ примерно то же самое.
Он чуть шевельнул пальцами. Останки горгулий исчезли без следа — не сгорели, не рассыпались, а именно перестали существовать.
— В одиночку я не успеваю всюду. Вдвоём мы тоже не спасём каждого, но человеческих жертв станет меньше. Поможете?
Итак, просьб было две.
Первая — помочь переработать и упорядочить Силу Слова так, чтобы её можно было передавать другим. Вторая — пока идёт работа, вместе с Франом защищать людей от чудовищ.
Иэн наконец понял, к чему ведёт вся эта затея.
Поднять его до собственного уровня — значит передать ему Силу Слова целиком. Фран из настоящего, похоже, рассчитывал, что Иэн сам освоит её, работая бок о бок с Франом из прошлого.
А таинственный «Пророк», о котором всё время говорил древний Фран, почти наверняка был тем самым Франом из настоящего.
Глупо. Замысловато. И, надо признать, довольно занятно.
Иэн усмехнулся.
Его бесило идти по чужому сценарию. Но другого пути не было. Даже выйти из этого мира — прошлого, памяти или иллюзии — он пока не мог.
Значит, придётся сыграть.
Но только один раз.
Когда Сила Слова станет его собственной и он доведёт её до совершенства, правила изменятся. Иэн больше не станет подстраиваться под чужую волю.
Тогда уже он будет решать, что делать дальше.
— Хорошо, — сказал Иэн. — Я помогу.
Так начался странный союз Иэна Пейджа с Франом из далёкого прошлого.