Переменная Срединного мира.
Так великан назвал Иэна.
И тут же объявил, что эту «переменную» необходимо устранить.
Первая мысль была очевидной.
«Фран?»
Иэн отмёл её почти сразу.
Фран исчез окончательно. Иэн проверил это сам, причём так тщательно, как только было возможно.
Да и присутствие великана ощущалось совершенно иначе.
«Дракон?»
Тоже нет.
Такую природу Иэн бы распознал.
— Кто ты?
Теперь вопрос был не для порядка. Он действительно хотел ответа.
Великан промолчал.
Его пальцы сильнее стиснули Брюнак.
Ледяное копьё застонало, пошло трещинами — и раскололось прямо в гигантских руках.
Осколки посыпались вниз.
Следом существо снова заревело, будто сломанного Брюнака было мало.
Иэн поморщился.
— Я уж решил, что с тобой можно разговаривать.
Ничего, по сути, не изменилось.
Сначала придётся обездвижить противника. Потом можно выяснять, откуда он взялся, что такое Срединный мир и почему незнакомое чудовище говорит на языке, который не должно знать.
Чем быстрее закончится бой, тем лучше.
Иэн раскрыл ладонь.
На ней вспыхнуло чёрное пламя.
Огонь быстро съёжился, спрессовываясь всё плотнее. Слой за слоем. Снова и снова. Пока вместо пламени на руке не осталась маленькая тёмная сфера.
Сфера Пламени Конца.
Огонь, которому полагалось гореть до тех пор, пока от цели ничего не останется.
Иэн метнул её в грудь великана.
Чёрная точка коснулась синей кожи.
И исчезла.
Без взрыва.
Без жара.
Даже без следа.
Пламя, способное превратить огромную площадь в пепел, погасло при первом же соприкосновении.
Великан снова раскрыл пасть.
Треск челюсти Иэн уже узнавал.
Белый свет начал собираться внутри.
Отступать было поздно.
Расстояние между ними почти исчезло.
Иэн резко свёл руки.
Две исполинские конечности из маны, недавно державшие Брюнак, развернулись вперёд. Между ними вырос щит — массивный, многослойный, рассчитанный на прямой удар.
Луч врезался в него.
Мир на мгновение превратился в сплошной грохот.
Защитная плоскость выгнулась.
Трещины побежали от центра к краям.
Но щит продержался достаточно долго, чтобы Иэн не принял выстрел телом.
Когда белое сияние схлынуло, он увидел великана сквозь разбитый щит.
Взгляд Иэна изменился.
До этого бой был загадкой.
Теперь — уже нет.
Только приблизившись почти вплотную, он смог разглядеть землю за спиной чудовища.
Север.
Точнее, то, что от него осталось.
Дороги обрывались в выжженных полосах. Поселения исчезли. Там, где должны были стоять деревни и усадьбы, лежала перемолотая земля.
Великан не пришёл к столице напрямую.
Он шёл сюда через населённые территории.
И всё по пути уничтожал.
Иэн стиснул зубы.
До дворца и Башни дошёл только сигнал тревоги с северной наблюдательной башни.
Ни одного подробного донесения.
Ни одного сообщения от местных властей.
Теперь стало ясно почему.
Люди просто не успевали ничего отправить.
Разрушение шло слишком быстро.
Слишком последовательно.
Слишком беспощадно.
— Что ты там сделал?
Великан ответил наконец.
[При обнаружении ошибки в Срединном мире мы устанавливаем её причину, а затем проводим Пересборку.]
Иэн нахмурился.
— Что?
[Приоритетной целью является переменная, вызвавшая повреждение. Однако аналитик вправе изменить порядок обработки по собственному усмотрению.]
Повреждение.
Срединный мир.
Пересборка.
Аналитик.
Слова были понятны по отдельности. Общий смысл — хуже.
Приходилось собирать его самому.
— То есть аналитик — это ты? А наш мир для тебя Срединный?
Великан повернул к нему лицо.
[Переменная: Иэн Пейдж. Частично освоил язык Супериора и способен им пользоваться. Источник доступа пока устанавливается. Самовольно применяет силу, на которую не имеет допуска, и тем самым создаёт критическую угрозу для Срединного мира. Вероятность последующего негативного воздействия на Супериор — высокая.]
Иэн не ответил.
Великан продолжал тем же ровным голосом:
[Я, аналитик Супериора, обязан устранить подтверждённую переменную и восстановить повреждённый Срединный мир.]
Вот теперь картина начала складываться.
Свою речь великан называл языком Супериора.
Сам пришёл оттуда же.
Мир Иэна обозначал как Срединный.
А самого Иэна считал системной ошибкой.
Звучало безумно.
Но логика у безумия имелась.
Иэн коротко выдохнул.
— Впрочем, неважно.
Он уже понял главное.
— Если мы тебя не убьём, ты уничтожишь нас всех. Верно?
Великан объявил Иэна целью и атаковал без предупреждения.
По дороге к столице стирал с земли целые поселения.
И всё это называл восстановлением и Пересборкой.
Смысл был предельно ясен.
Цель — полное уничтожение.
Значит, выбора у людей нет.
[Сопротивление не имеет смысла.] — произнёс аналитик.
— Это мы ещё посмотрим.
Иэн снова потянул ману из мана-сердца.
Влага в воздухе мгновенно замёрзла.
Вокруг него одна за другой возникли ледяные стрелы. Сотни. Тысячи. Потом уже десятки тысяч — столько, что небо на короткий миг побелело от острых наконечников.
Иэн опустил руку.
Стрелы рухнули на великана сплошным ливнем.
Зазвенели удары.
Лёд бил о синюю кожу, дробился, отскакивал, снова бил. Над северной стеной столицы стоял непрерывный металлический треск, хотя никакого металла в стрелах не было.
Кожа великана держала.
[Бесполезно...]
— Заткнись.
Иэн уже готовил следующее.
Обе ладони развернулись к земле.
— Оковы Иггдрасиля.
Из развороченной почвы выстрелили корни.
Сначала тонкие. Через мгновение каждый стал толщиной с башенную колонну. Они росли, переплетались и с десятков направлений обвили ноги, туловище и руки великана.
Существо дёрнулось.
Корни выдержали.
Иэн внимательно следил за реакцией.
Лёд, молния, огонь — три разных вида магии противник почти полностью подавил.
Значит, нужен был не просто более мощный удар.
Нужен был другой принцип.
— Ярость природы.
По корням прошла тёмная волна.
Растительная ткань начала гнить прямо на глазах. Разложение не ослабляло путы — наоборот, становилось частью заклинания. Гниль, споры и магически ускоренные микроорганизмы перекинулись на кожу великана.
Синяя поверхность потемнела.
Пошла пятнами.
Вот теперь.
Иэн поднял руку.
Ему требовался один удар, который действительно пройдёт насквозь.
Он глубоко вдохнул.
Над облаками загрохотало.
Небо стянуло электрическим напряжением.
— Дезинтеграция.
В новом справочнике магии Иэн сам описал Дезинтеграцию как самое мощное из известных ему заклинаний для пробития защиты одной цели.
Сейчас предстояло проверить формулировку на практике.
Молния упала сверху.
Не ветвистая вспышка обычной грозы, а ослепительный прямой столб.
Если бы кто-то смотрел издалека, ему могло показаться, что разгневанный бог решил лично ударить грешника с небес.
Разряд попал точно в грудь ослабленного великана.
И прошёл навылет.
Тело дёрнулось.
Впервые аналитик замолчал не по собственной воле.
Из пробитой груди потекла белая кровь.
Иэн сразу понял: сработало.
Но радость продержалась считаные секунды.
[Как и положено червю из Срединного мира.]
Края раны начали сходиться.
[Оно бессмысленно, неэффективно и лишено логики.]
Белая кровь перестала течь.
Пробитая грудь восстановилась полностью.
Одновременно исчезли следы разложения. Кожа, которую только что пожирала Ярость природы, снова стала гладкой и синей.
Будто заклинаний не существовало.
Иэн молча смотрел.
[Переменная Срединного мира. Ты уже нанёс критический ущерб реальности, к которой принадлежишь. Временные линии деформированы. Мировые линии деформированы. Целостная структура отсутствует.] — продолжил великан.
Термины были новыми.
Но значение Иэн уловил почти сразу.
Временные линии.
Мировые линии.
Возврат во времени.
Измерения, расколотые прежними возвращениями.
Только здесь возникала нестыковка.
Большая часть того хаоса была делом Франа Пейджа.
«Почему же расплачиваться за него пришли сейчас?»
«Почему именно за Иэном?»
Иэн замер.
Реконструкция.
Недавно завершённая теория идеального возврата.
Не тот старый метод, который рвал реальность на новые ветви, а формула, способная вернуть всё целиком, без разделения.
Пока лишь теория.
Но, возможно, для кого-то этого оказалось достаточно.
«Я добрался до самого принципа?»
Другой причины он пока не видел.
[Смирись с концом своего Срединного мира и его Пересборкой. В масштабе Вселенной это штатная процедура...] — говорил аналитик.
Голос прервал новый приказ.
Он пришёл издалека, усиленный магическим кристаллом.
— Орудия — огонь!
Хейден.
Иэн резко повернул голову.
Со стороны столицы шёл целый строй летающих бомбардиров.
На флагмане развевалось знамя Империи Гринривер.
По бокам и выше двигались драконы.
Император пришёл на помощь лично.
Орудия ударили почти одновременно.
Один залп.
Второй.
Десятки магитехнических кораблей, созданных по разработкам Сарема и поставленных на серийное производство, обрушили огонь на великана.
Но этим дело не ограничилось.
— Родичи. Прикройте нашего союзника.
Голос Рисиса Ладенжу прокатился по воздуху.
Глава драконов прибыл вместе со всем боеспособным родом.
Драконье дыхание смешалось с артиллерийским огнём.
Небо дрогнуло.
Великан поднял руку и прикрыл лицо.
На одно короткое мгновение могло показаться, что массированный удар наконец заставил его защищаться.
Иэн понял иначе.
Он видел лицо между пальцами.
Раньше аналитик почти не выражал эмоций.
Теперь на нём появилось отвращение.
Не страх.
Не боль.
Именно отвращение.
Так человек смотрит на насекомое, которое внезапно село ему на кожу.
[Ни одного неповреждённого элемента.] — произнёс великан.
Его голос стал жёстче.
[Пересборку начинаю немедленно.]
Свет в глазах вспыхнул сильнее.
Челюсть снова затрещала.
Но на этот раз всё было иначе.
Иэн почувствовал это ещё до того, как увидел энергию.
Слишком много.
Намного больше, чем в двух прошлых выстрелах.
Тело отреагировало раньше мысли.
Опасно.
Если этот луч выйдет наружу, простого разрушенного квартала уже не будет.
За спиной Иэна находились бомбардиры.
Драконы.
Столица.
И сам Хейден — человек, который пришёл сюда не потому, что был сильнее остальных, а потому, что считал своим долгом защищать Империю и названого брата.
Иэн быстро перебрал варианты.
Уйти нельзя.
Отвести луч некуда.
Обычный барьер разлетится так же, как защита Башни.
Оставалось одно.
«Выбирай, Иэн».
Решение заняло мгновение.
Он поднял обе руки.
— Щит Долгой Зимы.
Это заклинание выросло из старого ледяного щита — той техники, которая почти не пропускала урон, но после применения погружала защищённого в подобие сна.
Новая версия могла укрыть огромную область.
И защищала куда надёжнее.
Цена выросла вместе с ней.
Чем больше энергии принимал Щит Долгой Зимы, тем дольше потом длилась спячка.
Даже Иэн не мог полностью отменить этот эффект.
Оставалось надеяться, что удар окажется слабее, чем кажется.
Другого способа не было.
Лёд начал расти вокруг него.
Сначала стена.
Потом гора.
Белая масса заполнила всё пространство между великаном и теми, кто находился за Иэном. Она сомкнулась слоями, перекрывая траекторию будущего удара.
Аналитик открыл пасть.
Мир вспыхнул.
Белый луч ударил в Щит Долгой Зимы.
Иэн оказался внутри ослепительного света.
Возможно, вместе с ним — весь мир.
* * *
Когда Иэн снова открыл глаза, вокруг не было ничего.
Ни снега.
Ни города.
Ни неба.
Только темнота.
Он медленно поднялся.
Место казалось знакомым.
Когда-то Иэн уже попадал в пространство, где отсутствовали обычные измерения.
— Внепространство?..
Но попасть туда можно было лишь после Пяти Дыханий Красного Дракона.
Иэн ничего подобного не принимал.
«Почему он здесь?»
— Нет. Ты ошибся.
Голос прозвучал из темноты.
Знакомый до боли.
И невозможный.
— Это не то место. Мы глубже. Гораздо глубже. Можно сказать, в твоём настоящем внутреннем мире.
Иэн застыл.
Этот голос не должен был существовать.
Человек, которому он принадлежал, исчез.
Окончательно.
— Фран?..