— Оставь эту чушь при себе.
Ни первое, ни последующие слова Иэна не обещали тёплой семейной встречи.
Кровное родство ничего для него не меняло. Он не собирался устраивать сцену в духе «где ты был все эти годы» и требовать объяснений, почему отец объявился только теперь.
— Зачем пришёл?
Вот что имело значение.
Первый Маг? Пожалуйста. С этим Иэн спорить не собирался.
Золотой дракон? Тоже допустим.
Фран? Пусть носит какое угодно имя.
Но четвёртое — «отец» — Иэн принимать не намеревался.
— Обидно, — заметил Фран. — Как-никак родной отец.
— Мой отец умер много лет назад.
В голосе Иэна прозвучал такой холод, будто в комнате действительно сработало заклинание.
— Ещё до моего рождения.
— Иначе было нельзя.
Фран, всё ещё находившийся в теле Эмили, развёл руками.
— Я ушёл, чтобы защитить тебя и твою мать. Останься я ещё немного — ящерицы бы что-нибудь заподозрили.
Объяснение у него нашлось. Иэн даже не стал делать вид, что оно его заинтересовало.
— Я не спрашиваю, почему ты бросил семью. И не собираюсь играть в эту детскую драму про отца, который внезапно вернулся. Ты и сам прекрасно понимаешь, что мне нужно другое. Зачем ты обманул мою мать и сделал так, чтобы родился я? Вот это меня интересует.
Существо, прожившее больше тысячи лет, вряд ли случайно влюбилось в обычную женщину и решило завести ребёнка. Слишком удобным совпадением это выглядело.
— Значит, тебя интересует замысел...
Фран слегка наклонил голову.
Лицо при этом оставалось лицом Эмили, и от этого разговор становился ещё неприятнее.
— Ты ведь уже догадываешься?
— Конечно.
Версия у Иэна была простой.
Франу требовался инструмент, с помощью которого однажды можно будет вернуть своё физическое тело.
Иэн и был этим инструментом.
А его мать — частью процесса, необходимого, чтобы такой инструмент появился.
— Думаю, ты угадал, — без колебаний подтвердил Фран.
Взгляд Иэна едва заметно дрогнул.
Он помолчал несколько секунд.
— Понятно.
Голос прозвучал совершенно сухо.
— Тогда повторю вопрос. Зачем ты пришёл сейчас?
— Хочу сыграть одну партию.
— Во что?
— В рискованную игру. Карта, которую я много лет держал в рукаве, наконец стала достаточно сильной.
Фран говорил спокойно, почти лениво.
— Я готовил эту ставку давно, но раньше шансы были так себе. Ты наверняка отказался бы сотрудничать. Таланта не хватало, отчаяния тоже. Я, разумеется, о тебе.
Иэн впервые в жизни услышал, что ему не хватает таланта.
С отчаянием было ещё смешнее: обе свои жизни он проживал, вцепившись в цель зубами.
Но, по меркам Франа, этого, видимо, было мало.
— Зато на раздражители ты реагируешь прекрасно, — продолжил тот. — Стоило слегка подтолкнуть, и ты двигался куда нужно. Я бы ещё немного тебя выдержал, но теперь уже поздно рассуждать о том, как было бы лучше.
Вот зачем он появлялся раньше такими странными способами.
То в иллюзии, предупреждая не доверять драконам.
То в облике дракона, советуя остерегаться времени.
— Подходить к тебе напрямую мне тоже было непросто. Ящерицы выделили отдельную группу, которая охотится за моими мыслеформами. Поэтому времени на разговоры вроде сегодняшнего обычно не было. Да и надоели они мне до смерти.
Фран усмехнулся и наконец перешёл к сути.
— Если коротко: скоро ты умрёшь.
— Что?
— Драконы уже должны начать тебя искать. Я какое-то время задерживал их, но запас времени почти закончился. Этот род помешан на подозрениях.
— Объясни нормально.
— Хм. С чего бы начать...
Фран скрестил руки на груди и на секунду нахмурился.
— Ты видел пространство, где запечатано моё тело?
— Если речь о фиолетовом месте — видел.
— О нём. Как ты наверняка заметил, почти весь драконий род находится там. Почти — но не абсолютно весь. Небольшая группа остаётся в обычном мире. Те самые преследователи, о которых я сказал. В основном это молодые драконы.
Значит, отряд, охотившийся на мыслеформы Франа, продолжал действовать среди людей и после исчезновения основного рода. Они просто умели настолько хорошо скрываться, что никто не замечал их присутствия.
— Армия спартов, которую послали за тобой, и костяной дракон — работа этой группы. Видимо, пока искали мои мыслеформы, наткнулись на какой-то след и решили проверить тебя.
Иэн слушал внимательно.
Картина понемногу становилась связной. Теперь можно было объяснить и то, почему дракон во внепространстве его не узнал, и предупреждение о скорой смерти.
— С костлявой мелочью ты, как я и ожидал, разобрался сам. Моей задачей было не дать преследователям вовремя доложить наверх. Я потерял из-за этого большую часть оставшихся мыслеформ, но сейчас мне выгоднее сохранить тебя в живых, так что пришлось потратиться.
Вот почему драконы внутри фиолетового пространства до сих пор ничего не знали об Иэне Пейдже — тайно выращенном потомке и оружии Первого Мага.
— Но теперь они зашевелятся. Регулярные доклады от преследователей прекратились. Значит, из внепространства отправят нескольких драконов выяснить, что произошло. И далеко ходить им не придётся. Представь новости: город атакован существами с драконьими черепами вместо голов, а затем появляется человеческий маг невероятного уровня и уничтожает их всех. Заодно где-то рядом остаются следы костяного дракона.
Фран чуть усмехнулся.
— А маг ещё и светло-каштановый. Почти золотые волосы. Даже идиот поймёт, куда смотреть.
Подозрение быстро станет почти уверенностью.
— Они убьют тебя сразу. И, скорее всего, никого рядом не оставят. Драконы не любят незаконченных дел. Уничтожат всё, что может однажды создать новую проблему.
Значит, речь шла не только об Иэне.
Под удар попадут семья, друзья, знакомые. В худшем случае — весь город.
Фран говорил об этом не как о вероятности, а как о предстоящем факте.
— Хочешь избежать такой развязки?
Иэн не ответил.
Конечно, хотел. Любой ценой.
Но соглашаться с Франом только потому, что тот нарисовал страшное будущее, было бы безумием.
«Верить ему целиком нельзя».
Подозрений хватало с избытком. Иэн с трудом доверял даже обычным людям, а перед ним сидело существо, которому больше тысячи лет и которое только что спокойно призналось, что создало собственного сына как инструмент.
Это не отец, с которым можно разбираться по обычным человеческим меркам.
И всё же, если отбросить отношение к самому Франу, его объяснение звучало убедительно. Иэн не хотел верить — но факты слишком хорошо ложились друг на друга.
— Допустим. Как именно ты предлагаешь этого избежать?
— Очень просто. Я подниму тебя до своего уровня.
— До твоего?
Фран Пейдж.
Первый Маг.
Уровень, которого достиг он, нельзя было описать как ещё одну ступень обычной магии. Для Иэна это был край системы — начало и конец почти всех известных сил.
Поэтому первым чувством снова стало недоверие.
Слишком уж невозможное обещание.
— Ещё недавно я сам считал, что это не получится, — признал Фран. — Но теперь обстоятельства изменились. Судя по состоянию, на тебя наложили силу запрета.
— Силу запрета?
Вместо ответа Фран вытянул правую руку.
Ничего больше он не сделал.
И всё же результат оказался ошеломляющим.
«Мана».
Как и красный дракон в пещере, Фран всего лишь направил на Иэна ладонь.
Но внутри вдруг появился знакомый отклик.
Мана, исчезнувшая без следа, снова ощущалась.
«Она вернулась?»
— Потерял то, что всегда считал своей естественной частью, и сразу стал гораздо голоднее, — заметил Фран. — В прошлой жизни тебе почти нечего было защищать. Теперь всё иначе. Для обучения и настоящего прорыва сочетание почти идеальное.
Он опустил руку.
Отклик маны исчез вместе с движением.
Иэн молчал.
Разница в силе была чудовищной.
И ведь перед ним находилось даже не истинное тело Франа — всего лишь мыслеформа.
Как можно быть настолько сильным в таком состоянии?
— Иэн, выбора у тебя, по сути, нет. Чем дольше ты тянешь, тем выше шанс, что Ванесса погибнет от лап ящериц. Она хорошая женщина. Не хотелось бы, чтобы её разорвали из-за твоей нерешительности.
У Иэна дёрнулся угол глаза.
Драконы ему не нравились, но манера Франа говорить о Ванессе раздражала не меньше.
— И дело ведь не только в ней. В этой жизни ты умудрился завести немало дорогих тебе людей. Отец и сын-алхимики. Наследный принц. Принцесса. Тот рыцарь. Наверняка я ещё кого-то забыл. Они тоже начнут умирать один за другим.
Фран без труда перечислял людей, которые сделали вторую жизнь Иэна отличной от первой.
— Хочешь этого избежать — с этого момента делай, что я скажу. Я передам тебе всё, что знаю и умею. А когда получишь мою силу, уничтожь драконий род до последнего. Тогда и ты, и люди вокруг тебя останутся живы. После этого можешь распоряжаться силой как пожелаешь. С таким уровнем себе мало в чём придётся отказывать.
Предложение звучало почти слишком выгодно.
Первый Маг обещал отдать ему все знания.
Взамен требовалось уничтожить драконов.
Так Иэн спасёт себя и близких.
Выбора, как и сказал Фран, почти не оставалось. Положение уже напоминало тупик.
И всё-таки одну вещь Иэн не собирался пропускать.
— Если драконы исчезнут, печать на твоём теле тоже долго не продержится.
— Заодно решится и моя проблема. Разве плохо?
— Вот это и есть твоя настоящая цель.
— Думай как тебе удобнее.
Фран ответил так, будто спор шёл о пустяке.
— Но повторю: решить лучше быстро.
Иэн снова замолчал.
Сколько ни крути, другого рабочего варианта не было. Это и называлось настоящим принуждением обстоятельствами.
Размышлял он недолго, хотя решение далось непросто.
— Хорошо. Я приму твой способ.
— Разумно.
Фран удовлетворённо кивнул — и вдруг пошатнулся.
— А, вот и всё.
— Что ещё?
— На эту горничную я потратил крошечный кусочек мыслеформы. Буквально с ноготь. Приходится экономить: я же говорил, запас сильно поредел. Разбрасываться остатками было бы глупо.
Значит, Эмили сама не была мыслеформой. Фран лишь на время занял её тело.
Лицо Иэна сразу потемнело.
— Что за выражение? Неужели переживаешь за родного отца...
— За Эмили.
— А. С ней всё будет нормально. Я только одолжил тело.
Иэн заметно расслабился.
Эмили была почти младшей сестрой его матери. Фран, судя по всему, тоже прекрасно это знал.
— Скоро вернусь, — сказал он. — Мне нужно кое-что подготовить.
— Сколько времени?
— Недолго... должно...
Голос начал слабеть прямо на середине фразы.
Крохотный фрагмент мыслеформы, оставленный в Эмили, исчерпал запас силы.
— Нескольких дней... хватит...
На этом голос Франа исчез.
Эмили обмякла.
Иэн успел подхватить её до того, как она ударилась об пол. Оставалось надеяться, что Фран не соврал и после обычного сна она действительно придёт в себя.
— Значит, до твоего уровня...
Иэн смотрел на лицо Эмили. Ещё минуту назад этими глазами, губами и голосом распоряжался Фран Пейдж.
Он тихо добавил:
— Нет.
На этот раз в голосе не было ни колебания, ни злости — только твёрдое решение.
— Я должен подняться выше.
Иначе нельзя.
Инстинкт и опыт говорили одно и то же.
Не верь этой ленивой улыбке.
Не верь слову «отец».
Фран Пейдж опаснее драконов.
— Выше тебя.
* * *
Через несколько дней перед Иэном появился совсем другой гость.
И, пожалуй, трудно было найти более подходящее существо для того, чтобы передать ему необходимую силу.