В измерении Супериор возвышалась Башня Часов, разделённая на две большие части.
Нижние этажи занимали Чертоги Олимпа и Асгарда.
Верхние принадлежали настоящим хозяевам Башни — Чертогу Хаоса.
— Вот это дверь.
На границе между двумя частями стояли огромные обсидиановые створки.
Ни охраны, ни ручек. Только посередине — большой прямоугольный паз.
Точно по размеру каменной стелы, которую Иэн получил вместе с приглашением.
Клац!
Он вставил стелу в углубление.
Тяжёлые створки сами пришли в движение.
За ними открылась единственная дорога с нижних этажей на верхние: бесконечная, на первый взгляд, лестница.
Шаг. Ещё шаг. И ещё.
Обсидиановые подошвы Иэна мерно стучали по ступеням.
Он поднимался всё выше, но конца по-прежнему не было видно. Приглашение предупреждало: наверх следует идти пешком, другой дороги не существует. Поэтому Иэн не торопился и продолжал подъём.
«Чего они вообще добиваются?»
Этот вопрос возник давно.
До сих пор на него не оставалось времени. Сначала надо было пройти испытания, стать владыкой, повысить ранг бытия и набрать достаточно силы, чтобы хотя бы не умереть от первой же встречи с теми, кто правит Супериором.
Теперь положение изменилось.
Одного лишь роста силы уже было мало. Настало время разбираться, с кем именно он собирается воевать и ради чего всё это началось.
«Пока я знаю только одно: Чертог Хаоса пришёл извне, вторгся в Супериор и подавил его грубой силой».
Откуда они явились?
Почему выбрали именно это измерение?
Что им нужно от Девяти миров Иггдрасиля?
Какое дело Властелин Хаоса собирается поручить лично Иэну?
И это ещё не всё.
Оставался ещё Слепой Отец — тот, кто, как и Иэн, мог обращать вспять абсолютное время. Более того, управлять Хроносом он научился раньше Иэна и уже многого с его помощью добился.
Иэн хотел понять, что связывает их двоих.
«Без этих ответов дальше будет гораздо тяжелее».
Ступень за ступенью он продолжал подъём, перебирая в уме вопросы.
В какой-то момент взгляд упал на собственные руки.
Магия придавала им привычную форму, но прежними они уже не станут.
«Таких вещей будет становиться всё больше».
Чем ближе конец долгого пути, тем меньше оставалось от прежнего Иэна Пейджа.
Когда всё закончится, будет ли он тем же человеком?
Или превратится во что-то совершенно иное, исковерканное всеми изменениями, через которые пришлось пройти?
Бум!
В конце концов все эти мысли свелись к одному главному вопросу.
И именно тогда наверху заскрипело.
Скр-р-р-р...
Вторая дверь, преграждавшая конец лестницы, медленно открывалась сама, словно почувствовала его приближение.
— Пришёл.
Голос донёсся из-за ещё не до конца разошедшихся створок.
Ни мужской, ни женский. Невозможно было определить даже возраст говорящего.
Иэн уже знал этот голос.
Так говорил тот, кто называл себя Властелином Хаоса.
— Новый король Олимпа, Калиду Ватанка.
Он прекрасно знал настоящее имя Иэна, но нарочно подчеркнул псевдоним.
Значит, это был сигнал.
По ту сторону двери находился ещё один трансцендентный владыка — Властелин Пустоты. Значит, тот пока не знал, кто скрывается под именем Калиду Ватанки.
— ...Рад новой встрече, Властелин Хаоса. А с вами мы видимся впервые, Властелин Пустоты.
Иэн мгновенно понял намёк, сохранил спокойное лицо и вежливо поклонился.
Обсидиановые створки наконец разошлись до конца.
— Моё имя Калиду Ватанка.
За дверью стоял огромный овальный стол.
Действительно огромный.
На противоположных концах сидели Властелин Хаоса и Властелин Пустоты. Примерно посередине между ними оставили третье место — для сегодняшнего гостя.
— Что? Вы двое уже знакомы?
— Разумеется. Чертог Олимпа находится под моим надзором.
— И чем тогда занимались эти асгардские бездельники? Всех толковых опять утащил Олимп...
Властелин Хаоса и Властелин Пустоты перекинулись несколькими репликами.
Этого хватило, чтобы Иэн понял главное.
«Терпеть друг друга не могут».
Без вариантов.
Старые соперники, связанные настолько давними отношениями, что в неприязни давно появилась привычная близость.
— Олимп выбрал я сам.
— Почему? У тебя там кто-то знакомый был?
— Нет. Просто туда привела дорога.
— Дорога?
— Прямо к Храму Олимпа.
— ...
И что самое смешное — это было почти правдой.
Когда Иэн впервые оказался в этом мире, он почти ничего о нём не знал. В распоряжении были лишь обрывки воспоминаний аналитика, который когда-то вторгся на его родину.
Тот аналитик происходил с Олимпа. Поэтому путь к Храму Олимпа оказался единственным знакомым маршрутом.
«А у этого лица вообще нет».
Отвечая на вопросы, Иэн внимательно рассматривал Властелина Пустоты.
На нём была совершенно гладкая маска без узоров и украшений. Только два отверстия для глаз.
Но за отверстиями не было видно ничего.
Вообще ничего.
«Отсюда и имя?»
Властелин Хаоса выглядел иначе: вместо лица у него колыхалась тёмная тень, похожая на маску.
Однако внешностью различия не ограничивались.
Властелин Пустоты не знал настоящей личности Иэна. Уже это намекало, что у двух верховных владык не только разные характеры, но и разные цели.
— Мне про тебя кое-что рассказывали, но вживую ты ещё чуднее, чем я думал. Эй, Хаос, где ты такого ненормального откопал?
— Ненормальных хватает. Просто среди них больше нет никого с таким талантом.
— Вот я и спрашиваю: что ты ему подсунул, чтобы он так вырос? Какую редкую удачу, какой подарок?
— Ничего. До этого места он дошёл собственными силами.
— И я должен поверить?
— Тогда ответь сам. Если мы возьмём обычного суперианина и начнём ему помогать, сможем сделать из него владыку сильнее Зевса или Одина? Мы ведь давным-давно установили, что нет. Если бы такое выращивание было возможно, наша работа стала бы в разы проще. Разве не так, старый друг?
— Хм. Ну, это...
Властелин Пустоты осёкся.
По манере говорить он казался гораздо моложе Властелина Хаоса.
Иэн уже встречал подобных среди владык Олимпа — Ареса, Гермеса. Они прожили столько, что почти перестали отличаться от бессмертных, однако рассуждали и вели себя порой как избалованные подростки.
Властелин Пустоты оставлял примерно такое же впечатление.
— Ладно. Потом к этому вернёмся. Садись. Как тебя там... Калиду?
— Калиду Ватанка, Властелин Пустоты.
— Точно. Калиду Ватанка. Садись уже. Посидим втроём и спокойно поедим.
Он хлопнул в ладоши.
— Ну как? Аппетитно выглядит? Здесь такие продукты почти не достать.
На овальном столе разом появились сотни блюд.
Все словно только что сняли с огня: над тарелками поднимался горячий пар.
Иэн привыкнуть к еде Супериора так и не смог. А здесь всё выглядело знакомо. Почти как дома.
Он невольно сглотнул.
Сколько же времени прошло с тех пор, как он в последний раз видел нормальную еду?
— ...Впечатляет.
— Вот! Я так и знал. Наконец-то появился владыка, который понимает толк в хорошей еде. Зевс с Одином привыкли жрать местную дрянь — им хоть такое подай, всё равно есть не станут.
В одном Властелин Пустоты был совершенно прав: пищевые привычки Супериора были чудовищными.
Для местных вроде Зевса и Одина эта еда действительно могла казаться непривычной.
«А значит...»
То же самое должно было относиться и к Калиду Ватанке.
Иэн так обрадовался знакомой пище, что едва не забыл о роли.
«Нельзя».
Он взял вилку и нож.
И весь ужин ел так, чтобы со стороны казалось, будто блюда ему не особенно нравятся. Нарочно неловко пользовался приборами, пробовал осторожно, не позволял себе ни единого жеста, который выдал бы удовольствие.
Вечер мог бы быть приятным, но показывать это было нельзя.
— Не очень вкусно?
— ...Нет, дело не в этом.
— Ничего страшного. Вкусы у разных видов могут не совпадать. Мы вообще разных видов.
Властелин Пустоты уже видел, как едят местные владыки, поэтому не придал реакции гостя большого значения.
Хотя разочарование скрыть не сумел.
Он сам называл себя главным гурманом Чертога Хаоса и лично подготовил весь сегодняшний стол.
— Наверное, ты уже гадаешь, зачем тебя позвали и кормят какой-то непонятной едой.
— Я решил, что это просто знакомство. Всё-таки я новый король Олимпа.
— Изначально так и было. Как бы вы там между собой ни назывались королями, для нас глава Чертога — всего лишь старший посыльный. А посыльного надо знать в лицо, иначе неудобно давать поручения. Разве нет?
Для любого уроженца Олимпа или Асгарда такие слова были бы оскорблением, которое приходится молча глотать.
Иэну было всё равно.
Он вообще-то пришёл из Срединного мира.
— Разумеется.
— Только вот, когда я увидел тебя, планы немного изменились.
Властелин Пустоты опёрся подбородком на ладонь и уставился на Иэна.
Глаз за маской не было видно, но взгляд ощущался совершенно отчётливо.
— Почему ты всё это время ходишь в странной маске?
— ...В маске?
О какой ещё маске речь?
Маска вообще-то была на собеседнике.
— Ну да. И лицо, сделанное под суперианина, и руки, и остальное тело — сплошные дешёвые обманки. Неужели ты правда думал, что такой ерундой можно обмануть мои глаза?
Властелин Пустоты вытянул руку в сторону Иэна.
Сверху мгновенно ударил серый столб света.
«...Что?»
Иэн не сумел скрыть растерянности.
Причин было две.
Во-первых, исчезли и шаманские чары, которыми он менял внешность, и иллюзия, скрывавшая утраченные части тела.
Их сняло подчистую, без остатка.
«Это что же...»
Но вторая причина была куда важнее.
Почти всё потрясение Иэна объяснялось именно ею.
«...Магия?»
Серый свет уничтожил все действующие на нём чары.
Иэн Пейдж, маг до мозга костей, слишком хорошо знал этот эффект.
«Отмена магии?..»
Так называлось фирменное заклинание Башни Слоновой Кости, которое разом нейтрализовало все вспомогательные магические эффекты на цели.
Сам Иэн в прошлом пользовался им десятки раз.
Но почему знакомая магическая формула только что сработала по движению пальцев существа, которое считалось одним из трёх сильнейших в Чертоге Хаоса?
«...Получается...»
Эта тварь знает магию?