— Десять тысяч лет! Этого человека запечатали десять тысяч лет назад!
Воскликнул Дугу Байтянь.
— Верно. Проникающий в Небо Демонический Предок запечатан десять тысяч лет и терпит муки бесчисленных лет.
— Запечатан на десять тысяч лет, и дух не угас?
— Конечно. Проникающий в Небо Предок был невероятно одарён. В тридцать лет он достиг великого мастерства демонической техники и потряс мир. В тридцать пять превзошёл смертное и вошёл в святое, достигнув совершенства. Он один из сильнейших в истории культа. И в истории всего мира боевых искусств его трудно забыть. Если бы перед запечатыванием он не был тяжело ранен, кто смог бы его запечатать? Если бы не та проклятая рана, истощившая большую часть его сил, он давно бы вырвался.
Словно в ответ на слова старейшины, из-за каменной двери донеслись мощные духовные колебания. Все тотчас почувствовали давящую тяжесть.
— Сильно! Чёрт, как сильно!
Дугу Байтянь втайне ужаснулся. Запечатанный десять тысяч лет, а всё ещё такая мощная аура. Можно представить, каким было его мастерство при жизни и каким было его величие на континенте.
— Чувствуешь? Как же горестен и гневен сейчас Предок! Десять тысяч лет! Тяжело раненный, он запечатан на десять тысяч лет! Если бы не его железная воля, он давно бы рассеялся под пыткой печати.
Дугу Байтянь мысленно сказал: «Я чувствую, это уже не горечь и гнев, это чистая обида. Наверное, только эта неугасимая ненависть и держит его. Если он вырвется, и те, кто его запечатал, живы — ладно. Иначе его обида обрушится на континент страшной катастрофой. Эх! Будь моё мастерство уровня Шэн, достигни я совершенства, чего бояться? Я бы сделал всё, чтобы освободить тебя, пусть бы ты перевернул мир. Жаль, моё мастерство пока слишком низко. Освободи я тебя сейчас — как мне выжить? Так что продолжай "обижаться"».
При этой мысли он нарочно нахмурился:
— Необычайная доблесть этого предка в прошлом стала причиной его горькой участи. Иначе его печать не была бы намного сильнее других. Снять его печать — трудно!
Десять старейшин вздохнули:
— Да! Печать Проникающего в Небо Предка действительно намного сильнее. Но какой бы сильной она ни была, мы сделаем всё, чтобы её разрушить.
— Мечтайте дальше, ваш тысячелетний сон так и останется сном.
Дугу Байтянь мысленно пробормотал.
Выйдя из Пещеры Скрытых Демонов и покинув Долину Скрытых Демонов, Дугу Байтянь долго не мог успокоиться. Он бесцельно бродил по Долине Небесных Демонов, мысли роились.
От Долины Скрытых Демонов он перешёл к подземному дворцу в Тунчжоу. Раз запечатанные мастера в Пещере Скрытых Демонов живы, то и в подземном дворце запечатанные непревзойдённые мастера наверняка живы.
Вспоминая ту странную встречу в подземном дворце, Дугу Байтянь до сих пор содрогался. Те два духовных колебания, что смутили и озадачили его, долго не давали покоя. Он не понимал, какая связь между ним и теми двумя. А самое мощное, самое страшное колебание пугало его. Судя по сведениям старейшин, тот запечатанный либо невероятно силён, либо вот-вот вырвется. Страшно представить, что будет, если он вырвется.
Судя по следам, подземный дворец гораздо древнее Пещеры Скрытых Демонов. И страшнее всего, что после стольких веков духовные колебания в подземном дворце всё ещё сильнее, чем в Пещере Скрытых Демонов. Можно представить, что запечатанные в подземном дворце обладают куда более высоким мастерством, чем мастера культа.
«Чёрт, как страшно! Не знаю, какой святой обладал такой силой, что смог запечатать Военных Святых». Конечно, он понимал, что это не один человек и не обязательно одна эпоха. Ведь столько Военных Святых не могли жить в одно время. Как бы то ни было, те, кто накладывал печати, были ещё сильнее. Трудно представить, где они скрываются сейчас.
При этих мыслях Дугу Байтяня охватывало беспокойство.
Чем больше он думал, тем больше сомневался. В конце концов, с глубоким недоумением он уснул на мягкой траве.
Когда он проснулся, уже светили звёзды. С росой на одежде он вернулся в комнату, которую отвели ему в культе. Две красавицы с тревогой ждали его.
— Гунцзы, вы вернулись! Мы так волновались, думали, вы на нас обиделись и ушли, сменили комнату. Если бы так, глава нас наказал бы.
Голоса женщин дрожали, они действительно испугались.
Дугу Байтянь чувствовал беспомощность. Хотя обе были недурны собой, честно говоря, они его совсем не интересовали. Уход Ситу Минъюэ оставил его в печали. Сейчас у него не было ни малейшего желания сближаться с другими женщинами. Он решил завтра поговорить с главой культа Гай Тяньфэном, чтобы этих двух не заставляли прислуживать и не лишали жизни.
— О, приготовьте мне поесть.
— Да.
Женщины послушно кивнули и вскоре подали вино и закуски, начали наливать и раскладывать.
Дугу Байтянь ел и думал: все люди, почему у каждого такая разная судьба? Такой сильный, как Небесный Демон, оставил имя в веках, ему поклоняются. А эти две женщины так жалки, даже своей жизнью не распоряжаются, живут по чужой указке. В мире слишком много несправедливости! Я, Дугу Байтянь, должен сам распоряжаться своей судьбой!
После еды Дугу Байтянь сказал:
— Идите спать в гостевую комнату.
Видя, что они хотят возразить, он поспешно добавил:
— Иначе возвращайтесь туда, откуда пришли.
Женщины поспешно убрали посуду и ушли в гостевую.
Дугу Байтянь с облегчением выдохнул. Но лёжа в постели, он никак не мог уснуть: мысли были полны запечатанными мастерами уровня Шэн.
«Чёрт, разве Долина Небесных Демонов не святыня для тренировок? Я обязательно подниму здесь мастерство на новую ступень».
Тут за дверью послышались лёгкие шаги. Он нахмурился: это те две служанки.
Дверь тихо открылась, обе вошли в тонких ночных рубашках.
— Разве я не велел вам спать в гостевой? Зачем пришли?
— Мы… мы пришли обслужить гунцзы.
Сказали они, краснея, подходя к кровати.
— Ну и ну! Я же сказал, мне это не нужно. Не волнуйтесь, я замолвлю за вас словечко перед главой.
Но женщины, словно не слыша, сняли с себя последние рубашки…
Пока Дугу Байтянь краснел и сердце билось, в комнате повеяло лёгким ветерком. На стуле появилась фигура.
— Хи-хи, что это вы делаете?
Это была ведьмочка Сюаньсюань! Она сидела за столом, подперев подбородок, и с интересом смотрела на троих.
Женщины вскрикнули, схватили одежду и прикрылись.
Дугу Байтянь тоже смутился. Хотя он ничего не делал и даже пытался остановить, лицо горело.
— Ой, что это вы? Продолжайте, продолжайте. Я вам помешала? Считайте, что я ничего не вижу.
Женщины, сгорая от стыда, убежали в гостевую.
Дугу Байтянь готов был задушить ведьмочку, но, чтобы она не задушила его, сдержался.
— Ты чего молчишь? Небось совесть нечиста?
Дугу Байтянь: «…»
— Ха-ха…
Ведьмочка, глядя на его унылое лицо, весело рассмеялась.
— Сюаньсюань, ты наконец пришла. Если бы ты не пришла, я бы… я бы…
— Ты бы что?
С любопытством спросила ведьмочка.
— Я бы стал готовиться к твоим похоронам.
— Дугу Байтянь, ты, похотливый зверь, мерзавец! Смеешь меня проклинать! Это тебе недолго осталось, такой распутный, здесь развлекаешься, ты умрёшь от женщины.
Ведьмочка Сюаньсюань уперла руки в боки и сердито сказала.
— Да, я действительно боюсь однажды умереть от твоей руки.
Дугу Байтянь сделал испуганный вид.
— Ты… пф.
Сюаньсюань занесла кулачок, но вдруг выплюнула кровь. Алые капли упали на белую простыню, страшно.
Дугу Байтянь испугался:
— Сюаньсюань, что с тобой? Кто тебя ранил?
Он поспешно поддержал пошатнувшуюся ведьмочку, вытер кровь у уголка её рта рукавом.
— Сюаньсюань, не пугай меня!
Он уложил её на кровать, на лице был страх.
— Не трогай меня!
Ведьмочка с трудом оттолкнула его руку.
— Сюаньсюань, что случилось? Кто тебя так ранил? Я помогу тебе.
Он хотел передать ей силу.
— Не надо, не надо…
Дугу Байтянь не понял:
— Сюаньсюань, разве ты мне не доверяешь? Думаешь, я причиню тебе вред?
— Кхе…
Сюаньсюань снова выкашлянула кровь:
— Ты… мерзавец… кто тебя боится? Мои раны нельзя лечить внешней силой, иначе станет хуже. Только сама постепенно.
— Раны серьёзные?
На лице Дугу Байтяня была тревога.
— Хоть и… тяжелые, но… не смертельные.
С трудом сказала Сюаньсюань.
Дугу Байтянь немного успокоился, затем разъярённо сказал:
— Кто тебя ранил?
Видя его тревогу и гнев, Сюаньсюань улыбнулась:
— Ты… хочешь отомстить? Он… мастер уровня Ди, ты…
— Мастер уровня Ди? Неужели тот, что охраняет Долину Небесных Демонов снаружи?
Сюаньсюань с трудом кивнула.
— Тогда зачем ты так рисковала? Почему, войдя, сразу не занялась лечением?
— Глупый Сяобай, ты на меня кричишь? Хм!
Видя его виноватое лицо, Сюаньсюань смягчилась:
— Я не думала, что раны так быстро дадут о себе знать. Помоги… мне встать, я… буду лечиться.
Дугу Байтянь осторожно помог ей сесть и стал охранять.
За эту ночь Сюаньсюань выкашлянула семь раз кровью. Хотя лица под маской не было видно, по дрожащему телу можно было понять, как ей больно.
Этой ночью Дугу Байтянь не находил себе места от тревоги.