Приближавшийся старик вдруг остановился. Дрожавшая земля снова успокоилась, и в мире неба и земли словно наступила тишина. Дугу Байтянь тоже опустил поднятый Демонический Клинок и холодно уставился на старика в сотне метров от себя.
Ночь не могла скрыть его изящной, подобной бессмертному, фигуры. Именно этот отрешённый старик только что испустил подавляющую ауру, взирающую свысока на весь мир. Кружился снег, развевались серые одежды. Старик напротив казался существом божественным.
Оба молчали, лишь тихо разглядывали друг друга. Снег густо падал, окутывая их белым миром.
В глубокой тишине назревала буря. Дугу Байтянь закинул Демонический Клинок за спину — он пока не хотел прибегать к мощи божественного оружия. Подавляющая властность хлынула наружу. В мире неба и земли бешено понёсся снег. Старик тоже не уступал: его изящная фигура в одно мгновение словно стала выше, и от него хлынула огромная аура.
Несравненная истинная ци двух мастеров на пике уровня Ди забурлила в мире неба и земли. Оба широкими шагами пошли вперёд. С каждым шагом земля вздрагивала, на её поверхности появлялись огромные трещины.
От тела Дугу Байтяня словно исходило пламя. Пурпурно-красная истинная ци, подобно ярко пылающему пламени, сгустилась в чи перед ним в толстый защитный слой. Когда до старика оставалось около десяти метров, он внезапно ускорился. В ночи словно промелькнула пурпурно-красная молния.
Несравненная мощь, яростная истинная ци, вместе с высшим приёмом Техники Чжаньтяня — владычествующей над небом и землёй Демонической нефритовой рукой — хлынули наружу. Этот неудержимый удар кулаком выплеснул силу Дугу Байтяня на пике. Завывал холодный ветер, бушевала демоническая аура, в мире неба и земли вспыхнуло ослепительное сияние, и казалось, что всё сущее трепещет.
Старик был старейшиной Хрустального дворца, родным дедом Шуйцзин. Его культивация давно достигла пика уровня Ди. Перед этим восходящим талантом он не испытывал ни малейшего пренебрежения. С самого начала и до этого момента он настроился на лучшее состояние.
Перед этим владычествующим над небом и землёй ударом он не уклонился и не увернулся, а встретил его лицом к лицу. Трёхчжановый клинок материализованной истинной ци, источающий холодное сияние, несущий мощную силу, словно молния, прочертил воздух. Ветер и облака переменились, небо и земля потеряли цвет, в воздухе смутно слышались раскаты грома.
Клинок и кулак столкнулись в воздухе. В этот миг ослепительное великолепие озарило небо и землю, озарило сердца старого боевого императора и Дугу Байтяня. От этого потрясающего удара они одновременно ощутили нечто необычное. Предел силы был явлен ими в полной мере. Полное противостояние двух мастеров на пике в одно мгновение превратило ночь в день. Все в радиусе сотни ли увидели это необычайное явление. Все люди мира боевых искусств были в ужасе. Десять дней назад они не забыли грандиозную битву демонического императора бессмертия с Императором Меча. Император Меча потерпел сокрушительное поражение и стал рабом. Через десять дней снова разразилась битва на пике. В душах людей царила тревога. Это необычайное явление было гораздо грандиознее предыдущего, что говорило о том, что на этот раз выступил непревзойдённый мастер уровня Ди. Но каков будет результат?
Если он снова потерпит поражение, то люди мира боевых искусств действительно падут духом. В их понимании мира больше не останется никого, кто мог бы противостоять демоническому императору бессмертия, и он отныне будет властвовать над миром. Ослепительный свет встревожил обычных людей мира боевых искусств и, что важнее, двух мастеров уровня Ди, находившихся ближе всех к старому боевому императору. Две фигуры, обратившись в два порыва холодного ветра, помчались туда с расстояния в несколько десятков ли.
Дугу Байтянь почувствовал некоторую слабость, тело онемело. Старый боевой святой Шуй Тяньхэнь тоже был крайне утомлён, его тело покачнулось. Но в душах их царило воодушевление. Трудно найти противника, ещё труднее встретить равного по силе. В том потрясающем ударе оба, похоже, ухватили что-то, в душах обоих зародилось озарение, сила, казалось, могла снова возрасти. Но в конце концов они так и не ухватили главного.
Кружился белый снег, в мире неба и земли снова воцарился покой.
Дугу Байтянь медленно регулировал истинную ци в теле. Лишь спустя долгое время он восстановился. Тут и старый боевой император пришёл в себя, и из его глаз вырвались два луча духовного света.
— Молодой Дугу, неплохо! Ты сразился со мной на равных. Эх, достойная молодёжь!
Дугу Байтянь больше всего ненавидел этих стариков, кичащихся своим возрастом. Он только хотел нагрубить, как старый боевой император снова заговорил.
— У того старого мерзавца Дугу Фэйюя есть такой внук. Неважно, какая у него слава, но с такой силой он может с гордостью похвастаться.
Это озадачило Дугу Байтяня. Похоже, этот старик был старым знакомым его деда.
— Это… старый… старший… — Он с трудом заменил слово «мерзавец» на «старший».
— Старший знает моего деда, но не должен так о нём отзываться. Кто вы такой?
Старый боевой император усмехнулся:
— Я старейшина Хрустального дворца Шуй Тяньхэнь. Ты, должно быть, видел мою внучку Шуйцзин?
Тук.
Сердце Дугу Байтяня ёкнуло. Это же дед той милой ангелицы! Он покраснел и мысленно сказал: «Этот старик, наверное, не знает, что у меня с его внучкой были близкие отношения? Право, стоит поблагодарить Наньгун Сяньэр, хе-хе…» — Размышляя так, он рассмеялся.
— Малыш, чего ты похотливо ухмыляешься? Стоит мне заговорить о внучке, как ты становишься таким? Ты напрашиваешься на трепку. — Дугу Байтянь машинально потрогал рот: — А, что такого?
— Ха-ха… — Старик не удержался от смеха. — Ты, малыш, забавный, хе-хе…
Дугу Байтянь покраснел и мысленно сказал: «Этот старик… воистину…»
Затем он с серьёзным видом произнёс:
— Старший, я действительно знаком с вашей внучкой. Она прекрасна, я проникся нежностью. Вы… вы не хотите выдать её за меня? Тогда я был бы вам очень благодарен, хе-хе…
Старик вытаращил глаза:
— И не думай! Посмеешь зариться на мою внучку — я с тобой не разберусь иначе.
— Хе-хе… — Дугу Байтянь с наглой ухмылкой сказал: — Тогда зачем вы о ней заговорили? Разве это не намёк? Я, демонический император бессмертия, до сих пор без жены. Шуйцзин нежна и мила, скромна и великодушна, к тому же несравненная красавица. Разве это не идеальная жена? Такую славную девушку я не упущу. Мм, решено: я непременно возьму её в жёны. Даже если вы не согласитесь, я её украду.
Старик от злости аж борода встопорщилась:
— Посмеешь зариться на мою внучку — я с тобой не разберусь иначе! Я непременно ворвусь в Ханьтан, дойду до рода Дугу.
— Хе-хе… — рассмеялся Дугу Байтянь.
После нескольких полушутливых-полусерьёзных перепалок оба снова замолчали. Наконец старик сказал:
— Малыш Дугу, остановись. Найди место и уйди от мира. Я гарантирую, что никто больше тебя не тронет.
Дугу Байтянь был тронут. Хотя старик сказал всего несколько слов, каждое весило как тысяча цзиней. Он убил стольких людей, запятнал себя столькой кровью, а старик говорит, что обеспечит ему безопасность, лишь бы он отошёл в сторону. Какое же давление примет на себя старик! Что подумают другие мастера уровня Ди? Что подумают пять великих святых мест? Что сделают герои Поднебесной? Весьма вероятно, что он покроет себя позором, будет отвергнут как пособник демона, из возвышенного мастера уровня Ди превратится в демонического отродья, а то и навлечёт беду на семью. Какова же цена!
Старик сказал:
— Я знаком с твоим дедом несколько десятков лет. Но тот старый хрыч не любит выставлять себя напоказ, никогда не хвастается своим мастерством, поэтому другие мастера уровня Ди и не знали о его существовании. Но я знаю его ужасающую силу. Я многому у него научился. К тому же давно, очень давно я остался ему должен. Сегодня я отпускаю тебя в уплату этого долга.
Дугу Байтянь подумал и принял решение. Он ещё не дошёл до того, чтобы скрываться от мира, хотя в будущем, возможно, и появятся ужасающие непревзойдённые мастера. Но он верил, что его сила будет расти и рано или поздно он станет владыкой мира и не будет бояться никого. Кроме того, и это главное, он не хотел навлекать беду на старика. Он решительно и твёрдо отказался.
— Нет, я благодарен за вашу заботу, но я ни за что не пойду на компромисс. С какой стати мне скрываться от мира? Кого мне бояться в этом мире? — В нём была вся наглость хулигана, уверенного, что он демонический император и ему всё нипочём.
Старик проникновенно сказал:
— Малыш, я желаю тебе добра. Подумай, много ли с древних времён было тех, кто действительно мог в одиночку бушевать в мире? Они либо процветали какое-то время, либо зверствовали лет восемь-десять, но никто не кончил хорошо. Продолжая так, ты навредишь себе. Я не верю слухам о том, что пожертвовавший собой и ставший демоном сеет смуту в мире боевых искусств. Я верю, что ты юноша с горячей кровью, но ты действительно убил слишком многих. Тебе пора остановиться.
Дугу Байтянь сказал:
— Трава живёт одно лето, человек — один век. Важен процесс, а не результат. Я уже не могу остановиться. Верите ли вы в судьбу? Я верю, что всё предопределено и уже не изменить. Я могу только идти вперёд. Когда я стану достаточно сильным, я смогу сбросить проклятие судьбы.
Старик тяжело вздохнул:
— Я ни за что не позволю тебе убивать невинных. Если хочешь продолжать кровавую бойню в мире боевых искусств, ступай по моему трупу. Давай, малыш, сразимся ещё раз.
В глазах Дугу Байтяня вспыхнула свирепость. Он холодно посмотрел на старого боевого императора, а затем вдруг рассмеялся:
— Вы действительно милы! Ха-ха…
С этими словами Дугу Байтянь умчался вдаль.
Старик потрогал нос:
— Что? Я, старик, мил? Мне восемьдесят девять, а такое слышу впервые.
Голос Дугу Байтяня донёсся издалека:
— Мил и достоин уважения!
— Чёрт, малыш меня разыграл.
Старик поколебался, но в конце концов не стал преследовать.
Дугу Байтянь уже ощутил через Демонический Клинок за спиной, что два мастера уровня Ди приближаются сюда. Он это предвидел: битва мастеров уровня Ди непременно привлечёт внимание других непревзойдённых мастеров. Раз восемь мастеров уровня Ди окружают его с восьми сторон, они не могли быть слишком далеко друг от друга.
Его первоначальный план был быстро ранить одного мастера уровня Ди, привлечь на помощь двух соседних, затем оставить раненого и встретить одного из подоспевших, нанеся эффективный удар, и так по кругу, пока он не устанет, а затем скрыться. Появление деда Шуйцзин, Шуй Тяньхэня, было неожиданностью.
Однако он не изменил план. Он направился навстречу одному из спешащих на помощь мастеров уровня Ди. Это будет безумная ночь.