В глазах Сюаньсюань вспыхнуло фиолетовое сияние. Она медленно подняла руки, и фиолетовая истинная ци Гордого Неба, подобно морскому приливу, хлынула во все стороны. Необъятная врождённая истинная ци заставила всех наблюдавших издалека испытать страх. Те, кто был слабее, уже не могли устоять и мягко опускались на землю.
Десять старейшин демонического культа пришли в движение одновременно. Десять потоков тёмной небесной демонической ци, словно тучи, закрывающие луну, плотно окружили фиолетовое сияние.
— Сеть неба и земли сковывает демоническую душу! — хором произнесли десять старейшин.
Небо потускнело, земля задрожала. Вся небесно-земная эссенция Долины Небесных Демонов безумно устремилась сюда. Огромные колебания энергии заставили учеников демонического культа невольно отступить на сотню чжанов.
Фиолетовое сияние, исходившее от Сюаньсюань, было насильно сжато обратно и постепенно потускнело. Наконец сгусток фиолетового света остановился в чи перед ней. Дальше шла тёмная небесная демоническая истинная ци. Наблюдавшие издалека видели лишь в бесконечной тьме крошечную слабую фиолетовую точку, больше ничего.
Как раз когда небесная демоническая истинная ци вот-вот должна была полностью запереть Сюаньсюань внутри, Сюаньсюань соединила ладони. Из её рук вырвался трёхчиовый клинок. Ослепительная фиолетовая мечевая истинная ци, словно рассекающая облака и туман, разрубила самый слабый барьер небесной демонической истинной ци над её головой. Фиолетовый свет хлынул наружу, Сюаньсюань взмыла в небо. В воздухе она семь раз оттолкнулась от пустоты и вырвалась из окружения десяти старейшин. Но когда она приземлилась, её шаги пошатнулись.
Устояв на ногах, Сюаньсюань скрестила руки, и из обеих ладоней вырвались два клинка, которые, подобно разъярённым драконам, устремились прямо к десяти верховным старейшинам.
— Мечевое заклинание Гордого Неба! — воскликнул наблюдавший издалека глава демонического культа Гай Тяньфэн.
Один старейшина демонического культа спросил:
— В чём особенность Мечевого заклинания Гордого Неба?
Гай Тяньфэн ответил:
— Если говорить о мечевых техниках, то первым называют Божественный меч Потрясающего Неба. Но мало кто знает, что мечевое заклинание в Технике Гордого Неба — столь же острая мечевая техника. Оно сходно с Божественным мечом Потрясающего Неба по духу, хотя и различно по форме. Обе техники, доведённые до предела, позволяют обратить тело в меч, рассечь всё сущее и даже раздробить пустоту.
Ученики демонического культа рядом невольно преисполнились благоговения. Кто-то тихо сказал:
— Если Техника Гордого Неба так чудесна, разве наша Техника Небесного Демона ей уступает?
Глава демонического культа покачал головой:
— Так говорить нельзя. Если судить по мечевым техникам, Техника Небесного Демона действительно уступает Технике Гордого Неба. Но самая деспотичная техника в Технике Небесного Демона — это Ладонь Небесного Демона. Их нельзя сравнивать, у них вообще нет общей меры.
— Значит, наша Ладонь Небесного Демона — первая ладонь в мире? — спросил один ученик демонического культа.
— Примерно так. — ответил глава демонического культа, но мысленно добавил: «Если только Демоническая нефритовая рука не явится в мир».
Маленькая демоница Сюаньсюань, подобная радуге, фиолетовой мечевой истинной ци разила во все стороны. Одна противостояла десяти мастерам уровня Ди и не выказывала ни тени страха. Десять старейшин двигались молниеносно, и в них уже не осталось и следа старческой немощи. Десять человек пытались снова окружить Сюаньсюань. Двадцать ладоней, чёрных как тушь, непрерывно обрушивали на маленькую демоницу бесконечную небесную демоническую истинную ци.
В чёрном как тушь силовом поле небесной демонической силы фиолетовая истинная ци металась и кружилась. Обе нефритовые руки маленькой демоницы уже обратились в фиолетовые клинки. Небесный демонический барьер, тщательно выстроенный десятью старейшинами, снова был разрушен.
Чёрные длинные волосы, фиолетовые глаза, несравненный облик, мастерство, гордо отвергающее мир. Небесная любимица в одиночку противостоит десяти боевым императорам. История, в которой триста лет не рождался новый боевой святой, вот-вот должна была измениться. Поколение небесной гордости готово было родиться.
Под натиском десяти мастеров уровня Ди Сюаньсюань не выказывала ни малейшего признака поражения. Она становилась всё спокойнее, фиолетовое сияние на её теле разгоралось всё ярче.
Кровавый демон Сюй Но с радостью кивала:
— Хорошо, хорошо, скоро, ещё чуть-чуть…
Дугу Байтянь тоже был вне себя от волнения. Хотя не он должен был стать боевым святым, он искренне радовался за маленькую демоницу, потому что никогда не забывал, как в самый трудный момент именно она протянула ему руку помощи.
— А-а… — Сюаньсюань издала долгий вопль и взмыла в пустоту. Она стояла в воздухе, и от неё, подобно разъярённому морю и бешеным волнам, разошлась по всей Долине Небесных Демонов огромная аура несравненной владычицы. Наблюдавшие издалека ученики демонического культа дрожали, половина из них уже распростёрлась на земле.
В этот миг Сюаньсюань полностью пришла в себя. Она силой прорвалась через рубеж, вырвалась из отклонения в культивации и избежала опасности быть разорванной на куски.
— Божественный меч Гордого Неба! — изящно воскликнула Сюаньсюань. Её голос, чистый и приятный, словно жемчужины, падающие на поднос, отчётливо донёсся до каждого уголка Долины Небесных Демонов.
На лице Кровавого демона появилось напряжение. Дугу Байтянь, увидев это, тоже встревожился и мысленно стал молиться: «Сюаньсюань, обязательно добейся успеха!»
— Те—лом—со—тво—рить—меч!
Сюаньсюань ступала по пустоте. Всё её тело испустило сияние в десять тысяч чжанов, ослепительное великолепие, словно десять солнц в небе. В воздухе появился огромный божественный меч.
Внезапно с грохотом из места печати в Долине Скрытых Демонов донёсся такой же ослепительный свет. В сиянии появились два древних знака: «Печать».
«Печать» стремительно, словно молния, полетела сюда, и в воздухе раздались раскаты грома.
Кровавый демон вскрикнула:
— Плохо! — Она взмыла в воздух и устремилась ввысь.
Сияние двух знаков «Печать» внезапно замерло, пролетая мимо бронзовой статуи Небесного демона. Оттуда взметнулась огромная демоническая энергия и устремилась к сиянию.
— А-а… — в ужасе воскликнул глава демонического культа. — Неужели Небесный демон возвращается?!
В это время огромная статуя излучала владычество над небом и землёй, несколько раз качнулась, но в конце концов снова затихла. Вся демоническая энергия, поднимавшаяся от статуи к небу, тоже отхлынула обратно в статую.
Сгусток сияния «Печать», поднявшийся из Долины Скрытых Демонов и прилетевший сюда, был поглощён только что хлынувшей демонической энергией — сияние знака «Печать» померкло. Сияние знака «Печать» «уцелело после бедствия», не изменило направления и устремилось прямо к Сюаньсюань, только что обратившейся в божественный меч.
Кровавый демон непрерывно взмахивала руками, применяя Кровавую демоническую технику, выведенную из Техники Небесного Демона. Потоки кровавой демонической истинной ци, подобно морским волнам, устремились к сиянию знака «Печать». Бесконечные кровавые волны окрасили половину неба над Долиной Небесных Демонов в красный цвет.
Однако кровавые волны, встретив сияние знака «Печать», словно летящий снег под палящим солнцем, быстро таяли и исчезали. Они могли лишь на время замедлить продвижение сияния знака «Печать».
Лицо Кровавого демона побледнело, она громко крикнула:
— Сюаньсюань, ты меня слышишь? Остановись скорее! Я слишком долго была под печатью, моя изначальная сила сильно подорвана, я не могу противостоять этой силе печати. Спускайся скорее, иначе будет поздно.
В это время Сюаньсюань находилась в состоянии странствия духа по великой пустоте и совсем не слышала её слов. Огромный божественный меч непрерывно впитывал свободную эссенцию неба и земли и превращался в свет.
Кровавый демон наконец не выдержала. Кроваво-красная истинная ци отхлынула обратно. Она выплюнула кровь в воздухе и, кувыркаясь, полетела к земле.
Старший из десяти верховных старейшин демонического культа крикнул:
— Скорее стройте формацию «Десять демонов смущают небо»!
Десять верховных старейшин встали по десяти направлениям, затем начали переплетаться и размеренно двигаться. Наконец хором взревели:
— Десять демонов смущают небо!
Десять потоков тёмной небесной демонической истинной ци соединились, переплелись и образовали огромного чёрного дракона. Дракон медленно поднялся и, встретив Кровавого демона, остановил её падение. Кровавый демон удержалась, перевела дух и, опускаясь к земле, крикнула десяти мастерам уровня Ди:
— Скорее остановите знак «Печать»!
Десять старейшин откликнулись. Чёрный дракон стремительно взмыл в небо и ударил в сияние знака «Печать». Огромное тело дракона, встретив сияние «Печать», разорвалось пополам. Необъятная небесная демоническая истинная ци рассеялась в воздухе. Десять верховных старейшин демонического культа бешено харкали кровью, обессилев.
Дугу Байтянь был вне себя от тревоги. Глядя, как сияние знака «Печать» устремляется к божественному мечу, в который обратилась маленькая демоница, он запрокинул голову и закричал:
— Пожертвовал собой и стал демоном! Пожертвовал собой и стал демоном! Я хочу пожертвовать собой и стать демоном!
Но сколько он ни кричал, это не имело ни малейшего действия.
Сияние знака «Печать» всё же ударило в Божественный меч Гордого Неба, в который обратилась маленькая демоница. Огромный божественный меч задрожал и, кувыркаясь, полетел вниз. Сияние знака «Печать» не отставало и в воздухе ещё трижды ударило по Божественному мечу Гордого Неба.
Сияние божественного меча наконец померкло, и показался облик Сюаньсюань. Сюаньсюань с распущенными волосами, мертвенно-бледная, с плотно закрытыми глазами, непрерывно выплёвывала кровь.
— А-а… проклятое небо, я тебя ненавижу!
Дугу Байтянь с воем запрокинул голову к небу. Его глаза увлажнились. Перед ним вспыхнула сцена гибели Ситу Минъюэ в Долине Долголетия, и происходящее сейчас словно слилось с той картиной.
Хрупкий цветок опадал в воздухе, в одиночестве погружаясь в бесконечную тьму. На прелестном лице застыла лёгкая печаль, в потускневших глазах при каждом вздохе будто таились тысячи слов…
Сюаньсюань, словно от вспышки перед смертью, изо всех сил моргала, будто искала кого-то в толпе. Когда она увидела Дугу Байтяня, на её лице появилась слабая улыбка. Однако кровь, хлынувшая изо рта, оборвала эту улыбку.
— А-а! Нет! Не надо… не надо… Проклятое небо, почему ты всегда так со мной поступаешь?! Я уничтожу небо! — безумно завопил Дугу Байтянь.
— Пожертвовал собой и стал демоном! Пожертвовал собой и стал демоном! Позволь мне пожертвовать собой и стать демоном! Сила, скрытая в глубинах души, скорее пробудись! Я готов отдать свою жизнь за мгновение могущества!
— А-а… — Дугу Байтянь с воем запрокинул голову к небу. Давно забытое чувство снова вспыхнуло в его сердце, бурлящая сила грозила разорвать тело.
Все в Долине Небесных Демонов оцепенели.
То ли страшная клятва Дугу Байтяня возымела действие, то ли именно в этот момент он достиг условия «пожертвовал собой и стал демоном». Чёрные длинные волосы Дугу Байтяня стали фиолетовыми, глаза налились кроваво-красным блеском. Пурпурно-красное свирепое сияние окутало всё его тело. Он издал пронзительный долгий вой:
— А-а… Небо должно быть казнено!
Он шагнул в высь, правым кулаком ударил прямо в сияние знака «Печать». Свирепая властность устрашила девять небес и десять земель. Пурпурно-красное демоническое пламя пронзило небо и землю. Сияние знака «Печать» в одно мгновение было разбито вдребезги и обратилось в ничто. Несравненное пурпурно-красное демоническое пламя пробило насквозь тысячелетнюю эссенцию формации «Небесные демоны сковывают богов» над Долиной Небесных Демонов. Пурпурно-красное демоническое пламя соединило небо и землю.
В то же время святые континента Тяньюй, спавшие тысячи лет, один за другим пробудились. Из десятков таинственных мест раздались разные возгласы изумления.
— Он вернулся!
— Он ещё жив?
— Неужели это он?
— Разве его духовное сознание не угасло?
— Как это возможно, совершенно невозможно!
— Духовное сознание против неба!
— Бессмертный и Неуязвимый!
Дугу Байтянь подхватил в воздухе хрупкое тело Сюаньсюань и устремился в сторону своего жилища.
Сейчас в Долине Небесных Демонов на ногах оставалось меньше двадцати человек, остальные лежали на земле.
Кровавый демон была мертвенно-бледна и бормотала:
— Слишком страшно. Это сила, которая заставляет трепетать даже святых. Это… это точно не сила боевого святого нового времени. Значит, это может быть только… древний боевой святой…
Глава демонического культа Гай Тяньфэн стоял перед десятью верховными старейшинами и тихо сказал:
— Тот… тот удар кулаком был Демонической нефритовой рукой?
Старший верховный старейшина ответил:
— Его ладони сначала стали кроваво-красными, наполнились кровавой аурой, затем стали сине-чёрными, окутанными демонической энергией. Наконец сверкнул белый свет, и сине-чёрные ладони стали белоснежными, словно нефрит, испуская чарующее сияние.
Другой старейшина продолжил:
— Если в мире действительно существует высшая красота, то в тот миг руки Дугу Байтяня были, несомненно, самыми красивыми руками в мире. Прозрачные, как тёплый нефрит, длинные и гладкие. Это абсолютно Демоническая нефритовая рука, владычествующая над миром!
Гай Тяньфэн пробормотал:
— Смута, великая смута грядёт в мире. Но вовсе не из-за нашего демонического культа!
Один верховный старейшина сказал:
— Да, великая смута начинается. Бронзовая статуя Небесного демона испустила могущественнейшую ауру. Пророчество Небесного демона сбывается.
Гай Тяньфэн спросил:
— Какое пророчество?
— Небесный демон некогда изрёк: «Гнев и обида вздымаются к небу, бедствия безграничны, сто святых сражаются, кровь заливает небо…» Слишком давно это было, последующие строки утрачены.
Гай Тяньфэн сказал:
— «Гнев и обида вздымаются к небу» — неужели это о том, что было сейчас…
Один верховный старейшина ответил:
— Должно быть, так.
Гай Тяньфэн сказал:
— Древнее предание гласит, что Небесный демон однажды вернётся. Неужели в этом поколении?