Когда Дугу Байтянь проснулся, уже был полдень. Спал он невероятно сладко. Служитель заходил несколько раз, но, видя, как крепко тот спит, не решался будить. Оставив умывальные принадлежности, он тихо удалился.
Встав, Дугу Байтянь сначала прополоскал рот, затем умылся. Вдруг он почувствовал неладное и вспомнил, что на лице маска. Он поспешно снял её, тщательно умылся и снова осторожно надел. Эта маска теперь была его оберегом. Без неё, выйди он так на улицу, какой-нибудь горячий мастер боевых искусств выскочил бы и «во имя небесной справедливости» прикончил его.
Всё вчерашнее казалось сном. Неужели это и вправду было наваждение? Ответ очевиден: нет. Всё было реальностью. Дугу Байтянь вышел из комнаты и глубоко вдохнул «свежий» воздух. Впрочем, свежим он уже не был. Наступил полдень.
Он направился в главный зал. Проходя мимо комнаты Сюаньсюань, он прислушался, вложив в уши силу. Оттуда доносилось ровное дыхание. Эта девчонка и вправду лентяйка, до сих пор не встала. Он хотел было позвать её поесть, но передумал.
Дугу Байтянь прямо прошёл в зал и сел за свободный столик. Хотя время было обеденное, в зале почему-то почти никого не было. Он заказал чашку каши, несколько паровых лепёшек и несколько мясных и овощных закусок. Хотел ещё кувшин вина, но пить одному показалось скучно, и он отказался.
В это время с улицы донёсся шум.
— Госпожа Лю сейчас придёт.
— Правда?
— Мы хотим увидеть госпожу Жуянь.
— Нет, мы отвечаем за безопасность госпожи Жуянь и никому не позволим её увидеть.
— Мы только одним глазком.
Снова раздались крики.
Дугу Байтянь удивился. Что происходит? Что за госпожа Жуянь? С этим вопросом он подозвал служителя. Хотел окликнуть «эй, малый», но счёл это невежливым и сказал:
— Брат, что там на улице? Почему так шумно?
Услышав, что Дугу Байтянь назвал его братом, служитель странно на него посмотрел, но всё же терпеливо объяснил:
— Господин, вам повезло. Сегодня госпожа Лю Жуянь проезжает здесь. Может, вам посчастливится увидеть её. Все эти люди ждут на пути, по которому должна проехать госпожа Жуянь, чтобы хоть одним глазком взглянуть на её красоту.
— Кто такая Лю Жуянь? — спросил Дугу Байтянь.
Глаза служителя расширились. Он не поверил своим ушам:
— Господин, вы шутите? Вы не слышали о знаменитой «Двойном совершенстве в песне и танце» Лю Жуянь из нашей империи Цинфэн?
— Я не из империи Цинфэн.
— А, вот оно что. Неудивительно. Госпожа Жуянь известна всей империи Цинфэн, но почему-то она редко принимает приглашения из других стран. Но раз вы приехали к нам, вам точно повезло. Я вам скажу, госпожа Жуянь…
Дугу Байтянь ел и слушал болтовню служителя.
— Госпожа Жуянь такая красавица, словно небожительница, спустившаяся на землю…
— О, вот как она красива.
Служитель, казалось, открыл шлюз красноречия и трещал без умолку.
— Господин, знаете, почему её зовут «Двойное совершенство в песне и танце»? Это восхваление её пения и танца, которым нет равных в нашей империи Цинфэн.
— Я думал, её песни и танцы непревзойдённы в Поднебесной.
— Знаю, вы можете не поверить, но пение и танец госпожи Жуянь и вправду не имеют равных. Увидите и услышите сами — поверите.
— Ты сам видел и слышал?
— Нет, но сын мужа племянницы жены дяди моего двоюродного брата видел и слышал. Говорят, пение госпожи Жуянь — это… Есть же выражение: «Такая мелодия должна звучать лишь на небесах, сколько раз её услышишь среди людей…»
— «Такая мелодия должна звучать лишь на небесах, сколько раз её услышишь среди людей».
— Да, именно эта фраза. Хоть она и о мелодии, но к её пению подходит идеально. Её голос чудесен, красивее жаворонка в ветвях… А танец — само совершенство…
Дугу Байтянь смотрел на возбуждённого служителя и едва сдерживал улыбку. Женщина, которую тот никогда не видел, довела его до такого восторга. Лю Жуянь начала вызывать и его любопытство.
Видя улыбку на губах Дугу Байтяня, служитель сказал:
— Господин, не сомневайтесь, я говорю правду. Вы слышите крики на улице? Большинство из них видели выступления госпожи Жуянь. Узнав, что она проедет здесь, они специально ждут на этом месте с самого утра.
— О? Они видели выступление Лю Жуянь?
— Да. Госпожа Лю, к слову, великая добродетельница. В прошлом году во многих местах империи случилась засуха. Чтобы помочь пострадавшим, она ездила повсюду, просила крупные торговые дома жертвовать деньги, устраивала благотворительные концерты в больших городах, собирала средства. Тогда она приезжала в город Фэнхо неподалёку. Многие из нашего городка ездили смотреть. Жаль, я не смог.
Он вздохнул с сожалением.
— Сегодня у тебя будет шанс её увидеть, — усмехнулся Дугу Байтянь.
— Непросто, — сказал служитель. — Снаружи много стражи, они никого не подпускают.
С радостным и любопытным настроением Дугу Байтянь наконец закончил обед и вытер рот. Тут он ощупал свою густую бороду и вспомнил, что играет роль тридцатисеми-тридцативосьмилетнего крепыша. Тогда он понял, почему служитель так странно посмотрел, когда он назвал его братом. Тридцатисемилетний мужчина называет двадцатилетнего парня братом — и вправду странно. Хорошо, что тот не из мира боевых искусств.
Выйдя из гостиницы, Дугу Байтянь увидел, что улица запружена народом, движение полностью перекрыто. Даже на крышах домов по обе стороны стояли люди. Солдаты едва не тонули в толпе горожан. Лю Жуянь и вправду обладала огромной притягательностью. Дугу Байтянь тоже начал с нетерпением ждать её появления. Какова же эта легендарная женщина?
В это время кто-то крикнул:
— Госпожа Лю едет!
Толпа мгновенно взволновалась, воздух наполнился криками. Солдаты вырвались из толпы и отделили её от дороги. Вдали показалась повозка, рядом с ней было гораздо больше стражи.
Толпа начала напирать. Здешние солдаты поспешно обнажили мечи, лучники натянули луки. Но люди не отступали. Обстановка накалилась. Казалось, вот-вот вспыхнет драка.
В это время примчался всадник на быстром коне. Это был молодой офицер.
Ещё издалека он крикнул:
— Не горячитесь! Госпожа Лю сейчас прибудет. Она встретится с вами, но прошу освободить дорогу и разойтись по сторонам. После встречи госпоже Лю нужно срочно ехать в Кайюань.
Напряжение сразу спало. Толпа медленно расступилась. Солдаты, стоявшие наготове, с облегчением выдохнули.
Повозка наконец приблизилась и остановилась перед людьми.
Занавеска медленно откинулась. С повозки спрыгнула девочка лет пятнадцати-шестнадцати. Большие влажные глаза, хорошенький носик, красные губки, шаловливый вид. Дугу Байтянь слегка разочаровался. Это и есть знаменитое «Двойное совершенство»? Да это просто озорная девчонка.
Но люди по-прежнему не сводили глаз с повозки. В это время из неё вышла женщина в фиолетовом, лет двадцати одного-двадцати двух. Красивая, очень красивая. Высокая, стройная, с изящными бровями, белоснежными щеками, прямым хорошеньким носом, красными губами. Настоящая несравненная красавица. Она могла сравниться с Ситу Минъюэ и с той Сюаньсюань в маске, которую он видел вначале.
Вокруг воцарилась тишина. Все смотрели не отрываясь.
Дугу Байтянь тоже был потрясён, но быстро пришёл в себя. Эта красавица была очень хороша, но до всесокрушающей красоты Ли Ши ей было далеко. Он уже видел несравненный лик Ли Ши и не терял головы, как остальные.
Несомненно, эта красавица и была Лю Жуянь, а девчонка — её служанкой.
Лю Жуянь медленно заговорила:
— Прежде всего благодарю всех за такое радушие. Простите, что заставила ждать.
Из толпы раздались крики:
— Увидеть госпожу Жуянь — для нас честь!
— На этот раз я лишь проезжаю через город Тунчжоу и не выступаю по одной причине, — сказала Лю Жуянь. Она сделала паузу и продолжила: — Помните ли вы события сорокалетней давности? Империя Байюэ привела пятьсот тысяч воинов и вторглась в нашу страну. Где проходили их железные копыта, не оставалось ни курицы, ни собаки. Меньше чем за год половина прекрасных земель империи Цинфэн пала под копыта. Империя утонула в кровавом вихре. Кто в час гибели народа восстал, как комета, собрал силы, сплотил остатки? Кто с войском в сто пятьдесят тысяч разбил триста тысяч врагов? Кто в гуще войск снял голову вражеского полководца и, обретя непобедимую мощь, разгромил врага и вернул империи Цинфэн её земли? Это правитель Первого города империи Цинфэн, старый генерал Ли.
— Да здравствует старый генерал Ли!
— Да здравствует старый генерал Ли вовеки!
Оглушительные крики огласили городок.
Славная история всегда пробуждает в народе патриотизм, вызывает гордость. Герои не уступают славной истории. Легенды о героях заставляют кровь молодых кипеть, укрепляют их идеалы. И старикам они дают силы: «У героя на склоне лет стремления не угасают». Слава страны всегда связана с героями. И то и другое — гордость народа.
Когда возбуждённая толпа успокоилась, Лю Жуянь продолжила:
— Сорок лет назад мы победили нелегко. Империя потеряла бесчисленное множество доблестных сыновей и дочерей. Наш непобедимый полководец, старый генерал Ли, был тяжело ранен и сорок лет страдает от последствий. Кто знает, что его любимая жена погибла, прикрывая генерала, когда убивала вражеского главнокомандующего? Сорок лет генерал терпит телесные муки и душевную боль от тоски по погибшей жене. Но вчера генералу внезапно стало плохо. Знаете, что он делал на смертном одре? Он лежал и тихо напевал песни, которые больше всего любила слушать его жена.
Тут голос её дрогнул. Она справилась с чувствами и продолжила:
— Узнав об этом, нынешний император послал гонца с указом. Мне велено немедля ехать в Кайюань и петь для старого генерала.
Услышав это, люди не выдержали и заплакали. Плач стоял стеной.
— Мы задержали госпожу Лю! Мы виноваты перед старым генералом!
— У-у… Желаем старому генералу скорейшего выздоровления.
— Мы грешники!
Солдаты тоже плакали. Они тоже только сейчас узнали эту новость.
Дугу Байтянь тоже растрогался.
Старый генерал Ли в глазах людей был гордостью страны, гордостью народа, подлинным героем. За спиной героя всегда скрываются бесчисленные горести. Посторонние видят лишь их величие в ореоле славы. Кто задумается, какая трагическая история скрыта за этим блеском?
Лишь долгое время спустя люди успокоились, но лица у всех были скорбны.
Лю Жуянь заговорила:
— Сегодня я спою для вас лишь одну песню. В другой раз принесу извинения.
Все хором закричали:
— Нет, это мы виноваты! Мы задержали вас! Мы виноваты перед старым генералом!
Лю Жуянь взмахнула рукой, и голоса стихли.
Полилась печальная, переливчатая песня:
«Увядает роза день за днём,Луна уходит, зелень, свежесть, свет,Как королева в роще берёзовой — во всём.
Я улыбнулся — поцелуй в ответ,И сердце унесла, катя по небу голубому!
Венец из звёзд надела, в объятьях качала,На облаках хранила, в водах отражала,В кустах из роз, пропитанных их ароматом, оставляла,Без жалости в пустыне безбрежной бросала!
Даровала нежность, прозрачность, золото ему,На рассвете вернула в грудь кровоточащую мою.Моё сердце — сокровище печальное,Как сонная звезда, влажное, хрустальное…»
Повозка давно уехала, а люди всё ещё стояли, погружённые в песню, со слезами на лицах.
Глаза Дугу Байтяня тоже увлажнились. Печальная история старого генерала Ли Линя оставила в душе кислый осадок. А скорбная, печальная песня Лю Жуянь задела его сердечную рану. Прекрасный лик Ситу Минъюэ снова всплыл из глубин памяти. Он знал, что это чувство давно унесено ветром, но забыть не мог. Её яркая красота то и дело всплывала в сердце. Это была его вечная боль.
Вытерев уголок глаза, он повернулся и пошёл в гостиницу.