В этот миг за окном раздался ясный, приятный, но чуть раздраженный голос:
— Дугу Байтянь, выходи.
Четверо — Дугу Байтянь и три брата Ситу — одновременно опешили и вышли из комнаты.
Гул!
У Дугу Байтяня закружилась голова. Перед ним стояла несравненная красавица, та самая Ли Ши, чья красота покоряла города и страны. Белые одежды красавицы были белее снега. Ее чистое, необыкновенное лицо не было запятнано ни единой частицей мирской пыли. Она походила на холодную, гордую, святую и бесконечно чистую луну.
Дугу Байтянь мысленно сказал: «Чего боялся, то и случилось. Только что обвел вокруг пальца красавиц Уиньфэн, а Ли Ши уже пришла». Три брата Ситу тоже пришли в себя и, краснея, переглянулись. Старый плут, Чжан Пин и старина Ци тоже вышли из комнаты. У Чжан Пина и старины Ци глаза застыли. Лишь через долгое время они пришли в себя. Чжан Пин пробормотал:
— Боже! В мире есть такая красота!
Старина Ци сказал:
— Несравненная, ослепительная красавица случайно окрутила старшего. Я... я плачу...
Старый плут тоже сказал:
— Красива до неприличия. И вправду повезло этому Дугу Байтяню. Будь я, старик, на двадцать лет моложе... Эх! Еще двадцать лет...
— Замолчите.
Ли Ши взмахнула мечом, и слабый голубой свет пронесся над головами старины Ци, Чжан Пина и старого плута. Со звуком «гул» стена неподалеку за ними разлетелась в пыль и обратилась в прах. Трое побледнели от страха. Три брата Ситу тоже остолбенели. Дугу Байтянь тоже сильно испугался. Этот небрежный взмах Ли Ши выпустил страшный врожденный мечевой ган. Это была техника на уровень выше врожденной истинной ци. Он мысленно подумал: «Почему за несколько месяцев ее сила так стремительно выросла? Неужели она достигла ранга Ван? Как это возможно? Это слишком страшно».
После громкого звука во дворе постепенно собрались люди. Все восхищались несравненной красотой Ли Ши.
— Дугу Байтянь, выйди со мной.
С этими словами Ли Ши, словно фея, скользящая по волнам, вылетела со двора.
— Драчун, мы пойдем с тобой.
— Да, и мы пойдем.
— Нет, оставайтесь все здесь. Со мной ничего не случится.
С этими словами он пошел наружу. Остальные во дворе провожали его завистливыми взглядами и перешептывались. Судя по их лицам, они готовы были разорвать его на восемь частей.
Дугу Байтянь мысленно сказал: «Сила красавицы и вправду необычайна». Как он ни старался, Ли Ши всегда держалась впереди на определенном расстоянии, бежала не быстро и не медленно. В мгновение ока они добрались до половины Уиньфэн. В горах росли удивительные цветы и травы, порхали бабочки, жужжали пчелы. Аромат цветов и трав освежал сердце. Прекрасный пейзаж и красавица заставили Дугу Байтяня замечтаться.
— Дугу Байтянь, что ты сегодня утром наговорил?
Лицо красавицы исполнилось гнева.
— Кхе... сегодня утром... кхе, я немного пошутил с несколькими красавицами. Кто же знал, что они окажутся ученицами Уиньфэн.
— Я спрашиваю, что именно ты наговорил?
— Я... я сказал, что ты моя двоюродная сестра.
— Ты... ты, негодяй, почему ты несешь такую чепуху? Ты... я убью тебя.
Ли Ши положила руку на рукоять меча, лицо ее пылало гневом.
— Разве я виноват? Твои братья поклялись убить этого «такого-то», чтобы отомстить за тебя. Если бы я заранее не «породнился» с тобой, они бы меня убили.
— Эх! Я привязалась к форме. Бодхи изначально не дерево, светлое зеркало не подставка. Изначально нет ни единой вещи, где же взяться пыли?
Дугу Байтянь почувствовал, что холодный и гордый облик Ли Ши хоть и близок, но необычайно далек.
— Дугу Байтянь, в будущем я убью тебя.
Несравненное лицо покрылось морозной стужей.
Он тотчас сильно испугался:
— Сестра Ли Ши, не сердись. Давай спокойно поговорим. Если я чем-то обидел...
— Замолчи. Кто тебе сестра? Я не обращаю внимания на твою прежнюю чепуху, но это не значит, что ты можешь болтать что вздумается при мне. Если хочешь ко мне обращаться, зови меня по имени.
Ли Ши держала руку на рукояти меча и холодно смотрела.
— Хорошо.
Улыбка Дугу Байтяня исчезла, он серьезно сказал:
— Госпожа Ли, чем я снова вас обидел? Не тем ли случаем в Чанфэн?
— Хм, Дугу Байтянь, твое подлое поведение в Чанфэн я не забуду до конца жизни. Рано или поздно я потребую ответ, не нарушая клятвы.
Лицо Ли Ши давно покраснело, тело слегка дрожало. Лишь через долгое время она успокоилась.
— Кроме того, можешь не волноваться. Я не расскажу о том, что ты пожертвовал собой и стал демоном. В моих глазах ты новая звезда боевых искусств империи Цинфэн, новый взошедший мастер. Но... рано или поздно, прежде чем ты станешь демоном, я отрублю тебе голову мечом. Я отвечаю не только за свою клятву, но и перед всеми людьми мира боевых искусств, и перед народом континента.
— Это и есть причина, по которой ты хочешь меня убить?
— Верно. Рано или поздно я отниму твою жизнь. Готовься заранее.
Дугу Байтянь искренне ощутил печаль:
— В твоих глазах я действительно неисправимый демон? Я и вправду так страшен?
— Ты должен понимать, что я имею в виду. Рано или поздно ты станешь демоном. Десять лет или сто, но с твоими задатками за эту жизнь ты непременно прозреешь жизнь и смерть, достигнешь уровня Шэн и станешь бессмертным демоном, обретешь бессмертное демоническое тело. Ужас бессмертного демона, думаю, ты знаешь лучше меня. Он в несколько раз страшнее мастера уровня Шэн. Ради всех живых существ Поднебесной я должна отрубить тебе голову мечом. Рано или поздно у нас будет бой. Готовься заранее.
Из самой глубины сердца Дугу Байтяня голос скорбно вздохнул: «Неужели все так думают?» Дугу Байтянь ощутил беспричинную печаль и не удержался от долгого вздоха, обратив лицо к небу:
— Неужели «встретившего пожертвовавшего собой и ставшего демоном — убить без пощады» действительно вечная истина? Неужели даже такая чистая земля, как Уиньфэн, подчиняется мирским предрассудкам? Неужели такая мудрая и выдающаяся личность, как фея Ли, верит в эти заблуждения? Неужели в мире нет ни одного человека, кто усомнился бы в правдивости этих слов?
Дугу Байтянь говорил все более взволнованно:
— Ради всех живых существ Поднебесной, ха-ха... Как громко, как праведно, как возвышенно. Убить меня — значит стать защитником мира боевых искусств, спасителем континента. Не думал, что моя жизнь так необычна. Раз так, зачем ждать будущего? Можешь воспользоваться тем, что я сейчас слаб, и убить меня здесь. Прославишься навеки, фея Ли, войдешь в историю, будешь предметом всеобщего поклонения.
Прекрасное, несравненное лицо Ли Ши не дрогнуло. Она медленно сказала:
— Я сказала, что не обнародую твои дела. Убить тебя — вовсе не ради славы в глазах мира и не ради имени в истории. Сейчас я не убиваю тебя по причине. Хотя ты вполне можешь достичь уровня Шэн, не исключено, что в будущем случится несчастье и твоя сила остановится в развитии. Кроме того, ты сын своих родителей. Если ты так рано потеряешь жизнь, что будет с твоими родителями? Я выберу подходящее время и создам подходящие условия, чтобы ты завершил свою жизнь героически, как подобает герою. Разумеется, при условии, что ты согласишься сотрудничать. Что до твоих сомнений насчет «встретившего пожертвовавшего собой и ставшего демоном — убить без пощады», у меня есть основания верить. В тайной комнате Уиньфэн хранится неполная древняя книга, где подробно записано о бессмертном демоне. Хотя последние страницы утрачены, этого достаточно, чтобы понять его ужас.
Дугу Байтянь от злости рассмеялся:
— Ха-ха... Ты уже все устроила после моей смерти. Ты так уверена, что в будущем сможешь отрубить мне голову мечом?
Ли Ши сказала:
— Даже если я не одолею тебя, проиграю тебе или погибну от твоего меча, ты все равно не уцелеешь в этом мире. Кто-то тебя убьет.
В голосе звучала невыразимая уверенность.
— Хе-хе, как смешно. Сама хочешь меня убить, а еще оставляешь тигра, чтобы он стал бедой.
— Ты вынуждаешь меня убить тебя?
Ли Ши положила руку на рукоять меча. Все ее существо стало пустым и неосязаемым. Смутно проступило убийственное намерение. Дугу Байтянь почувствовал, что несравненное, подобное сну лицо Ли Ши становится все туманнее. Словно слой дымки или вуаль скрыл покоряющую красоту. Он втайне удивился: «Что это? Что за техника?»
Вокруг Ли Ши словно вилась легкая дымка. Она выглядела как фея, не вкушающая мирской пищи, туманная, подобная сну.
— Дугу Байтянь, ты и вправду хочешь сразиться со мной здесь и сейчас?
Дугу Байтянь мысленно сказал: «Шутишь? Сейчас твоя сила явно выше моей, да еще на твоей территории. Я что, ищу смерти?» Вслух же произнес:
— Нет, зачем с тобой сражаться? Я лишь по доброте предупредил.
— Не беспокойся. У учеников Уиньфэн свои правила, но мы стремимся лишь к спокойной совести.
— Понимаю. Убить меня так — совесть не позволит. Потому ты готова оставить тигра, чтобы он стал бедой. Дать мне шанс. Хе-хе... Уиньфэн только этим и славится.
Ли Ши со звуком «цан» вытащила длинный меч и направила его на Дугу Байтяня. По клинку текли лучи. Вся она, окутанная дымкой, тихо стояла.
Они молча смотрели друг на друга. Долго. Наконец Ли Ши со звуком «цан» убрала меч в ножны.
— Дугу Байтянь, ты не знаешь, насколько страшна та история. Бессмертный демон убил тысячи и тысячи людей. Кровь окрасила полнеба. У его ног лежали горы костей, из тысяч и тысяч костей сложились горы. В то время в мире было пять мастеров уровня Шэн. Они не смогли с ним справиться. Он убил троих... Ты понимаешь, что я имею в виду?
— Понимаю. Чтобы избежать катастрофы, даже если убьешь невиновного, лучше не оставить в живых.
Ли Ши молчала. Через некоторое время Дугу Байтянь стер с лица недавнее возмущение и с улыбкой сказал:
— У феи Ли есть еще дела? Если нет, приглашаю фею прогуляться по лесу.
— Хм, Дугу Байтянь, сегодня утром ты наговорил чепухи моим старшим сестрам. Я еще не разобралась с тобой. И не смей иметь виды на моих братьев.
С этими словами она многозначительно взглянула на него и холодно добавила:
— Ты — это ты, я — это я. Я не хочу слышать ничего о тебе и обо мне. Не хочу слышать никаких пересудов.
Сказав это, Ли Ши, словно облако, полетела вверх по горе.
— Эх! Ли Ши из Чанфэн уже далеко...
Дугу Байтянь улыбнулся. Улыбка была ослепительной.