Сила Кровавого демона, глубокая и непостижимая, вызывала потрясение и ужас. Человек, чью силу невозможно было измерить, вот так внезапно явился миру.
После Кровавого демона не оставалось мёртвых, но всюду, где она проходила, в сердцах людей поселялся страх. В одном роду боевых искусств империи Синьмин двести тридцать семь человек были подвешены к балкам и выпороты до крови, кожа их была изодрана, но никто не испустил дух — в конце концов все выжили. В империи Байюэ известную школу целиком раздели и выгнали на людную площадь, и школа потеряла всякое лицо. В империи Цинфэн…
Одно нелепое событие за другим доказывало, что Кровавый демон намеренно мутит и без того неспокойный мир боевых искусств. Она подливала масла в огонь, она хотела ввергнуть мир боевых искусств в великую смуту, но всё же проявляла снисходительность и не доводила до смертоубийства.
Когда Дугу Байтянь вступил в мир боевых искусств, Кровавый демон как раз остановилась. Он уселся в углу харчевни и внимательно слушал, что говорят обедающие о последних слухах в мире боевых искусств.
— Эх, не успели Император Гнева и Кровавый Император утихомириться, как откуда ни возьмись появился Кровавый демон. Воистину, одна волна не успела улечься, как поднялась другая.
— Кто такая эта Кровавый демон? Как она вдруг объявилась? Почему раньше о ней никто не слышал?
— Кто знает. Словно с неба свалилась.
— Говорят, она родная старшая сестра Демона Бессмертия. Не знаю, правда ли.
— Чепуха! Какая там старшая сестра — она его жена.
— Чёрт побери, не может быть! Это… два сверхужасных существа объединились — настоящий кошмарный союз.
— Демону Бессмертия и правда повезло. Говорят, у Кровавого демона внешность такая, что рыбы тонут, гуси падают, луна прячется, цветы стыдятся. Красавица на весь мир, воистину редкая.
— Уже завидно.
— Тс-с, тише. Недавно слышал, как несколько друзей из мира боевых искусств только что обсудили Кровавого демона, и вскоре она явилась к ним. В итоге у бедолаг губы распухли так, что можно было пять ослов привязать.
— Да, тише. Говорят, самого Вана Ашуры империи Ханьтан, Чжао Чэна, она легко одолела, а потом выщипала ему все волосы и бороду, вырезала на лице огромную черепаху и залила краской. Боюсь, Чжао Чэну до конца жизни не избавиться от этого пятна.
— Как страшно.
— Вот именно. Говорят, все мастера уровня Ван от страха попрятались и не смеют показываться.
— Чего бояться? Разве не слышали? Кровавый демон уже исчезла из мира боевых искусств, наверняка вернулась к Демону Бессмертия.
— Эх, Кровавый демон и Демон Бессмертия — идеальная пара. Ой!
Тонкий волосок пронзил щёки говорившего, и по нему потекла кровь.
В харчевню вошла женщина в маске. От неё исходила аура, от которой становилось тяжко и хотелось трепетать.
— Это вы обо мне судачите? — Голос женщины был холоден.
Несколько человек, только что оживлённо болтавших, тут же затряслись от страха. Кровавый демон, это сверхужасное существо, явилась перед ними, а они только что её обсуждали.
— Пощадите…
— Госпожа Кровавый демон, пощадите…
— Вон!
Несколько человек в панике выбежали.
Дугу Байтянь ничуть не удивился появлению Кровавого демона, потому что он искал её, следуя по маршруту её перемещений. Он предполагал, что она непременно вернётся отсюда в Долину Небесных Демонов.
Увидев жалкий вид тех людей из мира боевых искусств, он вдруг ощутил какую-то нереальность. К таким людям не могло быть ненависти. Мстить таким, казалось, не имело смысла. Неужели, когда сила становится слишком велика, теряешь интерес к слабым противникам? — мысленно спросил он себя.
— Хе-хе, жёнушка, ты пришла.
— Хм. — Кровавый демон холодно фыркнула, и стул, на котором сидел Дугу Байтянь, вдруг разлетелся на куски. Он поспешно отскочил в сторону.
— Не нужно так злиться. Это те несколько человек нас выдали, я тут ни при чём.
Кровавый демон холодно сказала:
— Не думала, что через тысячу лет люди в мире боевых искусств станут такими бесстыжими. Ладно, моё задание выполнено, я возвращаюсь в Долину Небесных Демонов.
— Ты ведь только вышла, куда спешить? К тому же за несколько дней много ли сделаешь?
— До меня твой отец и ещё один мастер уровня Ди уже наполнили этот мир боевых искусств ужасом. То, что я делала, — лишь лишнее. Сейчас в мире боевых искусств и так достаточно смуты.
Дугу Байтянь подумал и сказал:
— Вот что, сходи в пять великих святых мест. Хе-хе, ты понимаешь, что я имею в виду, а потом можешь возвращаться в Долину Небесных Демонов.
— Нет. — Кровавый демон наотрез отказалась. — Я уже побывала во всех пяти святых местах. В тех пяти местах я ощутила дыхание святых. Я сейчас ни в коем случае не могу сражаться с мастерами уровня Шэн. Мне нужно немедленно вернуться в Долину Небесных Демонов и полностью восстановить свою силу.
— Что?! Во всех пяти святых местах есть дыхание святых, правда? — Дугу Байтянь был потрясён.
— Конечно, правда. Думаешь, пять великих святых мест — лишь пустые имена? Как древние школы с тысячелетней историей могли не породить мастеров уровня Шэн?
— Ладно, возвращайся в Долину Небесных Демонов. — Дугу Байтянь на мгновение застыл, представляя возможные встречи в будущем.
Кровавый демон, этот непревзойдённый мастер, чью силу невозможно было измерить, исчезла из мира боевых искусств, словно мимолётное видение, оставив после себя бесконечные загадки. Но люди не могли предположить, что вскоре Кровавый демон вновь появится в мире боевых искусств в разгар невиданной доселе великой смуты. Разумеется, она уже не будет в центре внимания.
Дугу Байтянь возвращался в родные края с тяжёлым сердцем. С тех пор как он услышал, что в пяти великих святых местах есть дыхание святых, он втайне тревожился, потому что раньше его отец сражался на вершине Уиньфэн.
Чем ближе к родному городку, тем сильнее волновался. С тех пор как он вступил в мир боевых искусств, прошло полгода. Большую часть этого времени он провёл в бегах, почти каждый день был на грани смерти. Глядя на всё более знакомые пейзажи, он испытывал приливы волнения.
Былые события, минувшие радости — всё на этой милой и родной земле.
Проходя мимо рощи за городком, Дугу Байтянь невольно остановился. Здесь был источник его счастья и начало его несчастий.
Чтобы избежать опеки семьи, он и его друзья из городка считали это место чистым уголком. Здесь они дрались, боролись, жарили дичь… Им было бесконечно весело, никто их не сдерживал, никто не контролировал. Те мельчайшие мгновения одно за другим всплывали в его памяти. Сколько смеха и радости, сколько беззаботных лет прошло в этой роще.
Однако его несчастье тоже началось здесь. Здесь он увидел Минъюэ и её старшего брата по школе, и это положило начало его пути по миру боевых искусств, пути, полному печальных песен. «Милая Юээр, какая же ты глупая, почему ты не могла мне ничего сказать?» — по лицу Дугу Байтяня текли слёзы.
Он вспоминал маленькую девочку, которая с пяти-шести лет постоянно вертелась у него за спиной, и на душе становилось тепло. Тогдашняя Минъюэ была румяной и нежной, прекрасной, как фарфоровая кукла. Особенно трогательным было её серьёзное, по-детски непосредственное личико.
В полузабытьи ему почудилось, что та маленькая Минъюэ, подпрыгивая, бежит к нему. В ушах снова зазвучали её наивные слова:
«Брат Байтянь, подожди меня».
«Брат Байтянь, я устала, понеси меня».
«Брат Байтянь, когда я вырасту, я выйду за тебя замуж».
Сердце Дугу Байтяня разрывалось от боли. Вспоминая каждое мгновение с Минъюэ, он готов был сойти с ума, готов был разрушить небо, разорвать землю. Он никогда не забудет сцену прощания в Долине Долголетия. Он сражался со всеми героями Поднебесной, пролил реки крови, но так и не смог спасти жизнь любимой. Глядя, как Минъюэ увядает, словно хрупкий цветок, он чувствовал, что сердце его разбито…
Долог путь. Спрятав былые радости и слёзы, Дугу Байтянь крепко сжимал в руке Кристалл слёз любви, добытый в Долине Небесных Демонов.
Городок не изменился, всё такой же шумный и оживлённый, на улицах то и дело слышались крики торговцев. Дугу Байтянь был уже не тем, что прежде. Ныне его имя в мире боевых искусств гремело, словно солнце в зените. Он не хотел вызывать в городке никаких переполохов. Он ступил шагом божественной пустоты и, подобно вспышке молнии, промчался по улице. Прохожие ощутили лишь лёгкий ветерок, и больше ничего.
Перемахнув через высокую стену, Дугу Байтянь оказался во дворе своего дома. Тут на него внезапно хлынули два мощнейших духовных сознания. Властная мощь заставила снег на крыше задрожать.
Дугу Байтянь обрадовался и встревожился. Теперь он мог быть уверен, что с отцом всё в порядке, иначе в доме не было бы двух мастеров уровня Ди.
Две тени, словно две молнии, предстали перед ним. Один — с обликом бессмертного, с седыми волосами и юным лицом. Другой — мужчина средних лет с видом учёного. Это были его дед Дугу Фэйюй и отец Дугу Яньчжи.
— Отец, дед… — голос Дугу Байтяня прервался.
Полгода вдали от дома. В прошлый раз он хоть и виделся с ними, но не успел сказать ни слова по душам. Дугу Байтянь был вне себя от волнения.
Дугу Фэйюй и Дугу Яньчжи просто не могли поверить своим глазам. Они одновременно почувствовали в доме приближение мощного божественного сознания уровня Ди, но никак не думали, что это Дугу Байтянь.
— Ха-ха… — рассмеялся Дугу Фэйюй. — Достойный мой внук! В двадцать лет уже достиг уровня Ди, ха-ха! Угасший род Дугу в одно и то же время породил трёх боевых императоров, ха-ха…
Дугу Яньчжи был вне себя от радости, что сын вернулся невредимым. Взволнованно он сказал:
— Наш род Дугу всегда не желал повторять ошибок тысячелетней давности, скрывался в деревне, таил силы. Не думал, что в конце концов нас всё равно прижмут. Осмелились преследовать моего сына по всей Поднебесной! Это уже слишком! Теперь три императора рода Дугу вышли вместе — даже если мы пройдёмся по всему миру боевых искусств, никто не сможет нас остановить.
Дугу Байтянь почувствовал, что отец изменился. В нём появилась властность, он уже не был тем улыбчивым торговцем. Возможно, это и был истинный гнев учёного мужа.
Дугу Фэйюй сказал:
— Здесь не место для разговоров. Пойдём в дом.
Мать и бабушка Дугу Байтяня, услышав, что он вернулся, заплакали от радости.
— Байтянь, ты вернулся… у-у…
— Тяньэр, ты наконец дома… у-у…
Труднее всего человеку расстаться с родственными чувствами. В каких бы ужасных условиях он ни боролся, Дугу Байтянь всегда тосковал по семье. Вернувшись через полгода, едва избежав смерти, он тоже плакал.
Окружённый родными, в кругу семьи, все были счастливы. Слушали рассказ Дугу Байтяня о невероятных, полных поворотов событиях этих шести месяцев.
Разумеется, о некоторых вещах он рассказал Дугу Фэйюю и Дугу Яньчжи только после того, как ушли мать и бабушка. Всё-таки кое-что было слишком ошеломляющим.
Чудесная встреча в подземном дворце Тунчжоу, битва с бессмертным духом на Уиньфэн, происхождение трёх великих техник — Потрясающего Неба, Чжаньтяня и Сяотянь, легенды Демонического края, битва святых в Долине Долголетия и все тайны путешествия в Долину Небесных Демонов…
Об этих вещах Дугу Байтянь рассказал без утайки, всё как было. Дугу Фэйюй и Дугу Яньчжи, выслушав, были потрясены и надолго задумались. Кое-что они знали давно, о кое-чём не слышали вовсе. Как ни много они повидали, как ни привыкли к чудесам, они долго не могли вымолвить ни слова.
Дугу Фэйюй, поразмыслив, сказал:
— Обо всём этом и о странностях твоего тела, думаю, у тебя самого уже есть смутное понимание. Эх, в некоторых вещах тебе самому решать.
Дугу Яньчжи тоже сказал:
— Какие у тебя планы?
Дугу Байтянь ответил:
— Я не хочу, чтобы отец и дед снова вмешивались в мои дела. Я сам в состоянии с ними справиться.
Дугу Яньчжи сказал:
— Хорошо. Выслушав твои рассказы о чудесах, я понял, что ты встал на непредсказуемый путь. Действуй по своему разумению.
Дугу Байтянь кивнул и с улыбкой сказал:
— Хе-хе, не волнуйтесь. Даже если все мастера уровня Шэн вернутся, что с того? Я Демон Бессмертия, меня не убить. Я буду знать меру.