Кровавое море, бешеные волны, безбрежные злые валы — Дугу Байтянь очнулся от кошмарного сна. Вокруг него клубился белый пар от растаявшего снега, снежная равнина превратилась в ледяную гладь. Он был один в пустынном поле.
В этот миг в душе Дугу Байтяня вдруг поднялось чувство одиночества. Одному сражаться в мире боевых искусств, противостоять всему миру, отчаянно биться среди тысяч смертельных опасностей, и даже если тяжело ранен и при смерти — никто не узнает. Одному терпеть одиночество в дикой глуши, сопротивляться смерти…
За непобедимостью в мире — бескрайнее одиночество. В его глазах появилось уныние…
«Хе-хе, демон одинок в мире, бродит в одиночестве… Подумать только, я, Дугу Байтянь, из беззаботного юноши превратился в демона, которого боится весь мир, всего за полгода! Непостоянны дела мирские, жизнь…»
В этот миг Дугу Байтянь был несколько подавлен. Ему действительно хотелось остановиться, уйти от мира в Долину Долголетия, подальше от мирской суеты и лицемерия. Но при мысли о всех событиях этих шести месяцев в нём поднималось негодование, гнев горел, кровь кипела. Зачем идти на компромисс, зачем бежать?
Он поднялся с земли, выхватил Демонический Клинок и яростно ударил. Пурпурно-красная демоническая энергия бешено хлынула из клинка, прочертив в воздухе ослепительную молнию. Ветер и гром, небо и земля потеряли цвет.
Через семь дней тяжело раненное тело Дугу Байтяня полностью восстановилось. Он не вернулся в мир боевых искусств и не пошёл в людные города — он один бродил по бескрайним снегам.
Он размышлял о будущем, думал, куда идти. Хотя он не собирался сразу уходить от мира, он действительно устал. Ему надоела постоянная резня в мире боевых искусств, надоел тошнотворный запах крови, брызжущей перед глазами.
«Неужели лицемерный мир боевых искусств действительно притупил мою остроту? Или я действительно устал?» — ответ был очевиден: второе. Он смутно чувствовал, что его сильные противники не в мире боевых искусств, а среди спящих непревзойдённых мастеров, некоторые из них очень сильны, или…
При этой мысли он не решился думать дальше. Он чувствовал себя действительно уставшим, слишком много дел ждало его.
«Может быть, сильный должен в тишине один вкушать горечь одиночества, но я действительно устал. Отдохну несколько дней».
Демонический император бессмертия бушевал в мире боевых искусств: кровавая резня в Долине Долголетия, десять дней — десять городов, ночная битва с восемью императорами. Мир боевых искусств кипел, люди жили в постоянном страхе. И вот в это время демонический император бессмертия внезапно исчез из мира боевых искусств — уже полмесяца о нём ни слуху ни духу.
Некоторые предполагали: в битве с императорами демонический император Дугу Байтянь получил тяжёлые раны и сейчас залечивает их. Как только этот слух разнёсся по миру боевых искусств, сразу нашлись горячие молодые люди, призывавшие к масштабным поискам по всему миру боевых искусств и уничтожению демонического императора. Но не прошло и полдня, как эти голоса внезапно смолкли: тех юношей либо утащили друзья, либо родители, схватив за уши, затащили домой. В результате за одну ночь эти семьи исчезли и ушли от мира.
Разумеется, люди не верили, что демонический император умер от ран. В этот момент каждый уже считал его неубиваемым демоном, демоном, который становится сильнее от ударов. Это был факт: Дугу Байтянь вырос именно в окружении и убийствах со стороны героев Поднебесной. Под давлением жизни и смерти его телесный потенциал высвобождался максимально, и после каждого смертельного испытания его культивация поднималась на ступень выше. Бесчисленные угрозы смерти, бесчисленные кровавые крещения в конце концов создали нынешнего демонического императора бессмертия, которого все боятся.
Дугу Байтянь снова поднялся на вершину Юньшань — первое место, которое толкнуло его на путь демона. Клубящиеся облака и туман, белый снег. Здесь его разоблачили как обладающего демоническим телом, здесь он пожертвовал собой и стал демоном, и это вызвало всеобщее нападение. Здесь появилась Минъюэ, и это разбило ему сердце. Здесь в отчаянии он едва не уничтожил все чувства и не ступил на путь без возврата…
Оглядываясь на прошлое, Дугу Байтянь испытывал смешанные чувства. Былые мгновения, словно ручеёк, текли в его сердце.
Перед лицом предательства любимой, перед лицом осуждения всего мира, перед лицом окружения семи мастеров уровня Ван, перед лицом холодных клинков десятка мастеров уровня почти Ван — одинокий гордый юноша стоял с мечом…
«Ха-ха… Это и есть праведный путь? Путь Неба непостижим, так я лучше стану демоном! Раз так, позвольте мне в этом бренном мире пасть и стать демоном!»
«К чёрту ваш меч покорения демонов! Я, демон, властвую над миром, здохните!»
«Я — Небесный владыка, я — высший!»
«Путь — на чи, демон — на десять чи!»
Былые дерзкие слова до сих пор звучали в ушах.
«Ха-ха…» — Дугу Байтянь вдруг безумно рассмеялся. Когда он был на уровне почти Ван, он уже был таким дерзким. Сейчас, вспоминая, это вызывало бесконечные воспоминания.
Одна вещь всегда вызывала у него сомнения. Только после гибели Минъюэ он начал догадываться. В тот день на вершине Юньшань, когда силы его иссякли, появились трое мастеров и спасли его: один достиг уровня Ди, двое — уровня Ван. Тогда он был преисполнен благодарности к этим троим. Но теперь, размышляя, он понял: эти трое наверняка были посланы Демоническим владыкой Забвения, чтобы втайне подтолкнуть события и загнать его на путь без возврата.
Теперь его ненависть к Демоническому владыке Забвения стала ещё глубже. Он смутно чувствовал, что та мощная сила, скрытая в его теле, — источник страха Демонического владыки Забвения. Тот не смел действовать открыто, боясь вызвать ответную реакцию этой силы, но втайне постоянно строил козни.
«Демонический владыка Забвения, рано или поздно я притащу тебя в Долину Долголетия и разорву на куски. Я заставлю твою душу рассеяться, а духовное сознание угаснуть».
«Похоже, у тебя в мире боевых искусств ещё есть приспешники. Начну с них».
В последующие дни Дугу Байтянь прошёл по пути, которым когда-то его преследовали, не заходя лишь в одно место — в Демонический край, могилу мастеров уровня Ди. При мысли о Демоническом крае в его душе поднималась беспомощность и утрата. Он не знал почему, но всегда хотел избежать этого места.
«Хватит. Я снова пережил все события этих шести месяцев. От некоторых вещей не убежать. Вернусь в мир боевых искусств и поскорее покончу со всеми счетами».
После многих дней смятения и растерянности демонический император бессмертия снова вернулся в мир боевых искусств. Мир боевых искусств снова вскипел.
Дугу Байтянь не пошёл громить род Наньгун и не напал на пять великих святых мест. Он прошёл через империю Цинфэн и направился в империю Синьмин, намереваясь уничтожить вторую в мире организацию убийц. Род Наньгун и пять великих святых мест станут следующей целью. Он думал начать с рода Наньгун, но когда эта мысль возникла, в душе появилось недоброе предчувствие. Он очень доверял своей интуиции: она не раз помогала ему избежать смертельных опасностей.
Люди мира боевых искусств не понимали, что задумал Дугу Байтянь, не знали, почему он ушёл из империи Цинфэн. Особенно род Наньгун — они были в полном недоумении. По их представлениям, Дугу Байтянь, утвердив свою непобедимую мощь в мире боевых искусств, следующим шагом должен был прийти к ним. Но вышло иначе, и это их крайне удивило.
Наньгун Уди сказал:
— Неужели он что-то почувствовал?
Наньгун Сяньэр сказала:
— Дедушка, о чём вы? Что он мог почувствовать?
— Рано или поздно узнаешь.
Через десять дней в столицу империи Синьмин, город Шанцзин, прибыл высокий юноша — Дугу Байтянь. Люди мира боевых искусств знали, что он вошёл в империю Синьмин, но не знали, каким путём идёт и куда направляется, потому что, войдя в Синьмин, он внезапно исчез. Дугу Байтянь не хотел спугнуть дичь: он намеревался тайно прийти в главный зал убийц и устроить кровавую резню, вырвав сорняк с корнем.
Люди мира боевых искусств империи Синьмин пребывали в панике. Пока мир боевых искусств трепетал, две девушки искали Дугу Байтяня.
Одна — наследница Хрустального павильона Шуйцзин. Она была полна решимости пожертвовать собой, чтобы образумить демона: «Если не я, то кто?» Шуйцзин приехала из империи Байюэ в империю Цинфэн, но там потеряла след Дугу Байтяня — он словно испарился, исчез без следа. Лишь через десять с лишним дней она услышала, что он снова вернулся в мир боевых искусств: демонический император бессмертия покинул империю Цинфэн и направился в империю Синьмин. Она последовала за ним.
Другая — наследница святого места Павильона Облачной Дымки и святая дева демонического культа Хуа Юньсянь. Хуа Юньсянь была крайне встревожена: она боялась, что Дугу Байтянь явился из-за неё. Если он придёт в Павильон Облачной Дымки искать свою «сбежавшую жену», она покроет себя позором. Она ни за что не могла этого допустить. Поэтому, покинув Павильон Облачной Дымки, она задействовала силы демонического культа и святого места, чтобы найти демонического императора. Непременно найти его до того, как «искатель жены» явится к ней.
Дугу Байтянь приехал в Шанцзин, потому что в Долине Долголетия, допрашивая тех трёх убийц, узнал: их главный зал находится недалеко от Шанцзина. Тайно прибыв в Шанцзин, он не выходил из комнаты и сначала три дня отдыхал на постоялом дворе, приводя себя в пиковое состояние.
Он знал, что в главном зале убийц наверняка не один мастер уровня Ван, возможно, есть и мастер уровня Ди. Жестокой битвы не избежать.
В столице империи Цинфэн, в одном постоялом дворе, у окна стоял необычайно красивый мужчина. Позади него на коленях стоял человек в чёрном.
— Докладываю святой деве…
Красивый мужчина раздражённо перебил:
— Сколько раз говорил: не называй меня святой девой на людях, слышишь? — Это была Хуа Юньсянь.
— О, да, святая дева, нет, господин. Мы нашли убежище молодого господина Дугу.
Услышав это, Хуа Юньсянь разозлилась ещё сильнее:
— Не «молодого господина Дугу», а мерзавца Дугу, запомнил?
— Это… — Человек в чёрном запнулся. Глава демонического культа уже приказал не враждовать с Дугу Байтянем и при необходимости помогать ему. Но святая дева Хуа Юньсянь и Дугу Байтянь имели сложные отношения, что ставило членов культа в трудное положение.
Но в конце концов человек в чёрном последовал указанию Хуа Юньсянь:
— Мы обнаружили мерзавца Дугу на одном постоялом дворе… — Он сообщил подробный адрес.
Глаза Хуа Юньсянь блеснули:
— Сколько сейчас учеников культа в Синьмине, смогут ли они схватить этого мерзавца?
Человек в чёрном едва не сел от страха на пол. Шутка ли: восемь мастеров уровня Ди не смогли справиться с демоническим императором бессмертия, куда уж им. К тому же если глава культа узнает, что они враждуют с Дугу Байтянем, он с них шкуру спустит.
Хуа Юньсянь холодно фыркнула:
— Что, мне самой с ним разбираться?