— Ха-ха, жёнушка, ты такая умная. — Дугу Байтянь поцеловал Хуа Юньсянь в щёку и осторожно поставил на пол.
Хуа Юньсянь вскрикнула, не веря, что её только что поцеловали.
— А-а…
Дугу Байтянь поспешно заткнул уши и отскочил в сторону.
— Ах ты, мерзавец, я тебя убью. — Она бросилась на Дугу Байтяня, размахивая ладонями.
Дугу Байтянь поймал её руки:
— Жёнушка, успокойся, не навреди здоровью.
Но Хуа Юньсянь, казалось, потеряла рассудок, бешено атакуя. Руки не двигались — она пустила в ход ноги и даже зубы.
Дугу Байтянь не уследил: его действительно пнули и укусили. Он быстро запечатал её точки и бросил на кровать.
— Хе-хе…
Увидев его недобрую усмешку, Хуа Юньсянь, казалось, пришла в себя и дрожащим голосом сказала:
— Ты… мерзавец, быстро разпечатай мои точки.
— Разпечатать, чтобы ты меня снова пнула и укусила? — Дугу Байтянь подошёл к кровати.
Хуа Юньсянь снова вскрикнула:
— А… не подходи…
Дугу Байтянь быстро запечатал её точку немоты и лёг рядом на кровать.
Хуа Юньсянь менялась в лице, чуть не потеряла сознание. Но сейчас она не могла ни говорить, ни двигаться и лишь беспомощно смотрела на Дугу Байтяня.
Дугу Байтянь лежал напротив и улыбался:
— Жёнушка, мы после венчания ещё не были в брачной комнате. Считай, это она. Эх, не думал, что этот день наступит так внезапно. Спи.
У Хуа Юньсянь сердце ушло в пятки. Она думала, что не избежит волчьих когтей, и готовилась к худшему. Но, к её удивлению, Дугу Байтянь вёл себя очень прилично и вовсе её не трогал. Это её удивило, и она, волнуясь, погрузилась в сон.
Дугу Байтянь был нормальным мужчиной и не чужд дурных мыслей. Но при этой мысли он вспоминал Минъюэ, и в душе поднималась невыразимая боль. Он пока не мог переступить через Минъюэ.
Среди ночи Хуа Юньсянь проснулась: Дугу Байтянь спал очень неспокойно, ворочался, и одна его рука легла на неё. Она разозлилась, но ничего не могла сделать, пришлось снова заставить себя уснуть. Но в полусне Дугу Байтянь вдруг повернулся и столкнул её с кровати на пол.
Хуа Юньсянь чуть не потеряла сознание от злости. Впервые она оказалась в таком жалком положении, даже во сне её обижают. Лёжа на холодном полу, она мысленно прокляла Дугу Байтяня сотню раз.
Вдруг с грохотом Дугу Байтянь тоже свалился и упал прямо на неё. Сейчас вся её сила была запечатана, защитной ци не было, и от удара у неё выступили слёзы. В душе она чувствовала себя крайне несправедливо обиженной и ненавидела Дугу Байтяня лютой ненавистью.
Дугу Байтянь с трудом открыл глаза, постепенно пришёл в себя. Поняв, что произошло, он внутренне возликовал, но вслух воскликнул:
— Жёнушка, как ты оказалась подо мной? Ты… что ты со мной сделала? Неужели… не удержалась… и…
Хуа Юньсянь готова была сойти с ума. Это был негодяй из негодяев. Её глаза метали искры. Если бы она могла двигаться, она бы его укусила.
Видя её полный ненависти взгляд, Дугу Байтянь вдруг рассмеялся:
— О, так мы упали на пол. Жёнушка, ты такая добрая, заботишься обо мне, боялась, что мне будет больно, и подстелилась.
От крайнего гнева Хуа Юньсянь прорвала точку немоты и издала пронзительный вопль:
— А… Дугу Байтянь, проклятый, ты меня вывел… — И она впилась зубами в его плечо.
— Ха-ха… — Дугу Байтянь снова запечатал её точки и отнёс на кровать.
На этот раз он спал спокойно и больше не падал, лишь изредка пинал Хуа Юньсянь.
Хуа Юньсянь от злости посинела, но могла лишь молча кипеть.
На следующее утро, когда Дугу Байтянь снял печать, Хуа Юньсянь первым делом разнесла кровать, затем перебила всё в комнате и издала вопль, уходящий в небеса.
Она не могла победить Дугу Байтяня и знала, что открытое нападение лишь вызовет новые издевательства, поэтому сорвала зло на вещах.
Дугу Байтянь смотрел с трепетом и мысленно сказал: «Страшно, страшно. Женщина в ярости ужасна».
Когда всё утихло, он подошёл:
— Жёнушка, не нужно так. Это же наша брачная комната, а ты её разрушила. Как же теперь вспоминать?
Хуа Юньсянь ничего не сказала, вышла из комнаты. Выглянув наружу, она обомлела: из разных комнат выглядывали семеро-восьмеро учеников демонического культа и смотрели в их сторону.
— А, вы разве ушли? Почему вы здесь? — Хуа Юньсянь почувствовала, как щёки горят. Её застали выходящей из одной комнаты с Дугу Байтянем, теперь точно не отмоешься.
Несколько учеников демонического культа поспешно вышли и испуганно сказали:
— Мы несколько человек остались по приказу главы зала Лю, чтобы быть в распоряжении святой девы и молодого господина Дугу.
— Уходите, немедленно уходите! — закричала Хуа Юньсянь. — Я же знаю ваши тайные убежища, быстро!
Те переглянулись и умчались.
Дугу Байтянь громко рассмеялся:
— Ха-ха, теперь глава культа и остальные узнают, что мы вместе, и обрадуются.
Услышав это, Хуа Юньсянь снова чуть не взорвалась.
— Жёнушка, давай помиримся.
Видя его наглую физиономию, Хуа Юньсянь сдалась:
— Чего ты хочешь?
Дугу Байтянь сказал:
— Немедленно собери силы Павильона Облачной Дымки в столице. Я возглавлю силы демонического культа в столице. Вместе уничтожим вторую организацию убийц.
— Ты с ума сошёл? Вчера ты был серьёзен? Нет, я не могу сейчас с тобой связываться и не могу допустить, чтобы люди демонического культа и Павильона Облачной Дымки объединились.
Дугу Байтянь сказал:
— Конечно, серьёзен. Ты моя жена, ты должна мне помочь. К тому же это выгодно демоническому культу. Когда я выясню точный адрес второй организации убийц, ты поведёшь людей Павильона Облачной Дымки под видом уничтожения особо опасных преступников, создавая видимость, что ты не знала, что это вторая в мире организация убийц. Я поведу людей демонического культа и устрою тайную резню. Я на виду, ты в тени — кто узнает? А если узнают, ты можешь отговориться, что случайно оказалась там. Ты выдающаяся ученица Павильона Облачной Дымки, кто не поверит твоим словам?
Хуа Юньсянь холодно сказала:
— Хм, ты не только хочешь уничтожить вторую организацию убийц, но и смешать людей демонического культа с учениками святого места, чтобы ослабить давление на себя. Настоящий план «одним выстрелом двух зайцев»!
Дугу Байтянь сказал:
— Юньсянь, помоги мне. Тебе это ничего не стоит. Ты ведь не хочешь, чтобы твоего мужа всегда считали злодеем? Если люди мира боевых искусств так думают — ладно, но если весь мир — это слишком печально. Поэтому я не только буду бить праведные силы, но и начну обелять своё имя.
Хуа Юньсянь сказала:
— Не называй меня так слащаво, мне непривычно. Ты ещё не злодей? Заставил меня выйти за тебя, хм! Помогать или нет — мне нужно подумать.
Дугу Байтянь спросил:
— Сколько тебе нужно думать?
— Может, месяц, может, год. Я ухожу. Если не отпустишь, я рассержусь. Не надейся, что помогу.
Дугу Байтянь рассмеялся:
— Хорошо, я тебя провожу. Но как мне с тобой связаться? Не заставляй меня ждать.
Хуа Юньсянь сказала:
— Не смей меня провожать, я сама дойду. Если нужно связаться, передай через людей демонического культа. Но лучше не беспокой меня.
Глядя на удаляющуюся Хуа Юньсянь, Дугу Байтянь улыбнулся. Она не отказалась — значит, дело почти сделано.
Он выпустил божественное сознание уровня Ди и начал поиск. Вскоре он обнаружил тех ушедших учеников демонического культа и быстро догнал их.
— А, молодой господин Дугу, что-то случилось? — Ученики удивились, увидев его.
Дугу Байтянь сказал:
— Возвращайтесь и передайте вашему главе зала Лю: главный зал второй в мире организации убийц находится недалеко от столицы Синьмина. Скажите, что я хочу помочь демоническому культу уничтожить эту организацию. Пусть он любыми способами выяснит её местонахождение, подготовит людей и будет готов помочь мне. Лучше отправить запрос в Долину Небесных Демонов, чтобы оттуда прислали мастеров, потому что за этой организацией убийц может стоять страшная сила.
Ученики кивали и наконец быстро ушли.
Дугу Байтянь вернулся на свой постоялый двор. Он был взволнован: в недалёком будущем разразится большая буря. Демонический культ, святое место и демонический император бессмертия объединятся, чтобы уничтожить вторую в мире организацию убийц. Демонический путь и праведный путь смешаются. Интересно, что тогда подумают люди? Будут ли они по-прежнему чётко различать добро и зло?
Очевидно, этого было недостаточно. Но если бы сила, стоящая за второй организацией убийц, оказалась из праведного лагеря, было бы замечательно. Дугу Байтянь потёр руки: «Как же это волнительно!» У него было предчувствие, что сила за этой организацией убийц наверняка связана с какой-то крупной праведной школой.
«Мм, сначала втяну Павильон Облачной Дымки, потом разоблачу силу за организацией убийц, хе-хе, было бы здорово, если бы ещё одну силу святого места втянуть».
Дугу Байтянь не знал, что наследница Хрустального павильона Шуйцзин уже прибыла в столицу Синьмина. Если бы он знал, он бы подпрыгнул от радости.
Шуйцзин, опираясь на силы Хрустального павильона в империи Синьмин, после многих расспросов наконец узнала, что Дугу Байтянь прибыл в столицу Синьмина. Она последовала за ним.