— Ха-ха… Это и есть праведный путь? Небесное дао — вздор. Тогда я предпочту быть демоном! Раз так, пусть я паду и стану демоном в этом бренном мире!
— Дерзость! Дугу Байтянь, ты не раскаялся и на пороге смерти смеешь произносить такие речи. Ты безнадёжен.
— Что значит «не раскаялся», «смеешь произносить такие речи», «безнадёжен»? В чём я провинился? В чём мне раскаиваться? Разве то, что меня вынудили пожертвовать собой и стать демоном, — моя вина?
Один из мастеров ранга Ван сказал:
— Какими бы ни были причины, раз ты когда-то пожертвовал собой и стал демоном, ты заслуживаешь смерти. Ты нарушил запрет континента.
— Чушь! Разве это моя вина? Ты, старый бессмертный, совсем выжил из ума. А я ещё называл тебя старшим. Из-за одной простой фразы предков «Встретившего пожертвовавшего собой и ставшего демоном — убить без пощады» вы хотите меня убить. Не говоря уже о том, что я ещё не стал демоном, — а если бы и стал, что с того? Что плохого в демоне? Когда я жертвовал собой и становился демоном, я думал не об убийстве, а о том, как спасти своих друзей. А вы, старые бессмертные, не разбираясь, кто прав, кто виноват, сразу говорите, что я демон и заслуживаю смерти. Разве это праведный путь?
Внизу тотчас поднялся шум. Кто-то осмелился обозвать мастеров ранга Ван старыми бессмертными и выжившими из ума. В их глазах это было осквернение праведного пути демоном.
— Убить его!
— На пороге смерти не раскаялся, убить!
— Убить демона!
…
Глаза Дугу Байтяня сияли божественным светом, он обвёл взглядом весь зал. Могучее Божественное сознание уровня Ди хлынуло вокруг. За ним последовало тяжёлое давление, обрушившееся на людей. На площади постепенно стало тихо.
— Вы говорите, что я демон. Хорошо, тогда я спрошу вас: что дурного сделал этот демон с тех пор, как вышел в мир?
Никто не ответил.
— Тогда я скажу вам. За эти несколько месяцев, что я странствую, этот демон вычистил всех разбойников и грабителей империи Цинфэн, больших и малых. Предал правосудию нескольких свирепых разбойников, много лет орудовавших на континенте. Приютил сотни бездомных бедных детей. Вот что сделал этот демон.
С этими словами он медленно обвёл взглядом каждого. Он увидел тревогу Ситу Минъюэ, увидел недоумение наследницы Хрустального павильона Шуйцзин, увидел равнодушие других наследников святынь… Увидел… Больше всего он увидел равнодушие и ненависть толпы.
В душе Дугу Байтяня поднялся холод. Он окончательно остыл. Уничтожение демонов — эта глубоко укоренившаяся мысль неискоренима. Оставалось одно слово: бой!
Один из семи мастеров ранга Ван сказал:
— Мы не будем тебя мучить. Если ты сам лишишь себя силы и больше никогда не будешь заниматься боевым искусством, мы сохраним тебе жизнь.
— Хе-хе…
Дугу Байтянь холодно усмехнулся:
— Тогда вы, семеро, нападайте на меня вместе. Мне больше нечего сказать.
Семеро переглянулись. Шестеро отошли к краю помоста, остался один. Внезапно Дугу Байтянь взмыл в воздух, схватил Божественный меч Кровавых Слёз, висевший над помостом, и быстро опустился обратно.
Семь мастеров ранга Ван сильно удивились. Толпа внизу давно вскипела:
— Убить! Убить его…
— Хорошо! С этого дня я, Дугу Байтянь, — демон! Демон — это я, Дугу Байтянь! Рыцари праведного пути, идите сюда.
Дугу Байтянь с Божественным мечом Кровавых Слёз в руке, направив остриё в южное небо, гордо стоял на помосте.
Подул осенний ветер, одежда захлопала. Ветер растрепал его чёрные длинные волосы и растревожил сердце. Отныне его ждут кровь и битва. В душе поднялся холод: что будет с родом Дугу? Я принёс своей семье гибель. Может… может… может, не всё так страшно. Они же сказали, что если я лишу себя силы, мне сохранят жизнь. Значит, семью не тронут.
Семь мастеров ранга Ван снова окружили его на помосте. Люди внизу перекрыли все дороги с горы. Тут на помост прыгнули полтора десятка молодых людей. Среди них были наследники пяти святынь Ли Ши, Шуйцзин и другие, Бу Юйсы, Лань Хайтянь, Скорбящий… Эти молодые люди были теми двадцатью, кого назвали семь мастеров ранга Ван, кто мог сразу войти в финал.
Семь мастеров ранга Ван, полтора десятка мастеров уровня почти Ван плотно окружили его. Он был словно заперт в медных стенах. Дугу Байтянь тихо стоял в центре помоста, глядя на этих мастеров. На его лице постепенно появилась улыбка.
— Я, Дугу Байтянь, и умерев, буду в славе. Столько мастеров окружили одного меня. Ха-ха…
Наследник Нефритовой пустоты, одной из пяти святынь, Юй И холодно усмехнулся:
— Неумирающего демона каждый может убить. О рыцарстве с тобой речи нет.
Глядя на этого наследника святыни, Дугу Байтянь почувствовал отвращение. Этот «убийца девичьих сердец» с солнечно-ярким лицом вызывал у него неприязнь — коварство. Его таинственное чутьё подсказывало, что этот человек двуличен и опасен.
— Ха-ха… Какое благородное основание. Тогда нападайте все вместе.
Дугу Байтянь с кроваво-красным мечом холодно смотрел на них.
Семеро мастеров ранга Ван почувствовали неловкость. Устроить при всех героях избиение младшего — после этого по миру боевых искусств не пройдёшь. Семеро невольно отступили к краю помоста. Полтора десятка мастеров уровня почти Ван тоже постепенно отступили. Остались только наследники пяти святынь. Эти пятеро, как и говорили слухи, выступали вовне единым фронтом.
Дугу Байтянь холодно смотрел на этих пятерых. Божественный меч Кровавых Слёз испускал кроваво-красное остриё, то появлявшееся, то исчезавшее.
— Вы наследники святой школы, я — злой демон. Демон против святых. Ха-ха… Идите, удовлетворите своё желание уничтожить демона и защитить путь.
Ли Ши внешне оставалась спокойной, но в душе давно потеряла покой. Лично у неё не было ни малейшей симпатии к Дугу Байтяню. Особенно при мысли о том, как в Чанфэн он к ней приставал, её охватывало бешенство. Но в его словах была правда. Этот немного испорченный мужчина на самом деле не делал ничего дурного. Наоборот, совершил немало благородных поступков.
Наследник Нефритовой пустоты Юй И думал только об одном: объединиться и как можно скорее убить этого демона. С тех пор как могучее Божественное сознание уровня Ди Дугу Байтяня разлилось вокруг, в его душе поселился глубокий страх. Это было духовное мастерство, превосходящее его собственное. Он ни за что не позволит, чтобы среди его сверстников был кто-то намного сильнее его.
Наследник Павильона Иллюзорного Неба Ван Дао, полный мужественной силы, стоял с серьёзным лицом. Он глубоко ощущал ужас противника и не мигая смотрел на Дугу Байтяня.
Самым неловким было положение наследницы Хрустального павильона Шуйцзин. Перед этим могучим мужчиной, с которым у неё была близость, она не знала, что чувствует. Недавно, снова увидев его на вершине Юньшань, Шуйцзин была потрясена. Она мысленно поклялась найти случай убить его, чтобы замести следы. Но в этот миг она колебалась. Перед всеми героями этот человек держался так вызывающе, с такой властной мощью. Вот это настоящий… Но она не смела думать дальше, потому что перед ней был демон, демон, которого мир не потерпит.
Самым странным среди наследников пяти святынь был наследник Павильона Облачной Дымки Хуа Юньфэй. Этот «кролик», которого Дугу Байтянь считал самым красивым и самым «страшным», стоял, скрестив руки на груди, с улыбкой в стороне и явно не собирался нападать.
Юй И сказал:
— Дугу Байтянь, ты демон, мы наследники святой школы. С древних времён праведные и злые не уживаются. Сегодня мы вершим волю небес.
— Какой же ты болтливый. Я уже сказал: нападайте все вместе.
— Мы наследники святой школы и не станем нападать все вместе. Если бы мы так поступили, это было бы позором для святой школы.
Говорил «кролик» Хуа Юньфэй. С этими словами он отступил. Ван Дао последовал за ним. Ли Ши немного поколебалась и тоже отступила. Видя, что эти трое отошли, Шуйцзин без колебаний отошла в сторону, мысленно с облегчением выдохнув.
Наследник Нефритовой пустоты Юй И изменился в лице, но быстро пришёл в себя.
— Хорошо, теперь честно. Давай устроим честный поединок. Посмотрим, чем же страшен этот неумирающий демон.
— Хе-хе…
Дугу Байтянь холодно усмехнулся:
— Хватит болтать, иди сюда.
С этими словами тёмно-красный Божественный меч Кровавых Слёз вдруг стал ярко-алым, словно кровь. Ослепительный кроваво-красный мечевой свет вырвался из острия и взметнулся вверх. На помосте словно сверкнула кровавая молния. Кроваво-красный свет ударил прямо в Юй И. Ледяное убийственное намерение заставило даже героев внизу почувствовать пронизывающий холод.
— Божественный меч покорения демонов: путь праведный на чи!
Меч Юй И замелькал вверх и вниз, выписывая огромные полосы серебристого света, блокируя кровавый мечевой свет. Затем ослепительная серебристая лента вырвалась в воздух и устремилась к Дугу Байтяню.
— Да пошёл ты со своим мечом покорения демонов. Я, владыка демонов, правлю миром. Убей!