Лишь когда рассвело, Сюаньсюань медленно открыла тусклые глаза.
— Сяобай, у меня всё тело болит.
При этих словах из её глаз полились слёзы.
У Дугу Байтяня защемило в душе. Он не думал, что обычно доставляющая хлопоты ведьмочка может быть такой слабой и беспомощной. Наверное, это был первый раз, когда девочка попала в беду — вся её детская натура проявилась.
— Тише, не плачь. Брат Байтянь обязательно отомстит за тебя, обязательно разобьёт в пух и прах того чёртова мастера уровня Ди.
— Хе-хе…
Сюаньсюань не удержалась от смеха, затем снова нахмурилась:
— Какой ты мне брат? Ты мой подручный.
С этими словами она помахала перед ним маленьким кулачком.
Дугу Байтянь горько усмехнулся. Только что Сюаньсюань вела себя как слабая девочка, а через мгновение снова стала ведьмочкой.
— Брат или подручный — неважно. Сейчас ты должна меня слушаться. Закрой глаза и отдохни немного. Я велю приготовить тебе что-нибудь укрепляющее. Ты слишком слаба.
С этими словами он помог ведьмочке лечь.
Сюаньсюань зыркнула на него, сердито улеглась, но вскоре уже спала.
Дугу Байтянь вышел к двум служанкам, велел им не разглашать историю с Сюаньсюань и не выходить за пределы двора.
Сначала девушки испугались, но постепенно успокоились и закивали.
Затем он велел им приготовить что-нибудь питательное. Вскоре они принесли чашку женьшеневого отвара.
Дугу Байтянь мысленно кивнул. Раз здесь есть такие укрепляющие средства, раны Сюаньсюань должны быстро зажить.
— Сюаньсюань, проснись.
— Не шуми, я умираю от усталости.
Ведьмочка лениво перевернулась.
— Сюаньсюань, поешь немного.
— Не буду, не буду, не мешай.
Сюаньсюань натянула одеяло на голову.
— Хе-хе…
Глядя на неё, словно на ребёнка, Дугу Байтянь не удержался от смеха.
— Если не встанешь, я стащу с тебя одеяло.
— Только попробуй!
Ведьмочка тотчас высунула голову.
— Выпей этот отвар, и твои раны быстро заживут.
Очнувшаяся Сюаньсюань постепенно улыбнулась:
— О, совесть у тебя есть. Так обо мне заботишься.
Когда Сюаньсюань снова уснула, Дугу Байтянь вышел из комнаты. Он начал бродить по Долине Небесных Демонов, ища лекарства для ведьмочки. Оставлять её одну в комнате он не боялся: даже если люди демонического культа обнаружат Сюаньсюань, они не посмеют ничего сделать, потому что сейчас она его гостья. Конечно, он надеялся, что они её не обнаружат.
Вдруг Дугу Байтянь заметил знакомый силуэт, мелькнувший у небольшого двора.
— Дохлый кролик Хуа Юньфэй! В… в женской одежде?!
Он не поверил своим глазам.
— Может, мне показалось?
Когда он присмотрелся, фигура уже скрылась во дворе.
— Не могло мне показаться. Боже! Демон! Неужели это и вправду тот дохлый кролик? Как он попал в святыню демонического культа — Долину Небесных Демонов? И ещё в женской одежде, извращенец!
— Неужели праведный путь начал действовать против демонического культа, и этот дохлый кролик только что пробрался внутрь?
Дугу Байтянь мысленно предположил, но тут же усомнился.
В голову пришла другая страшная мысль:
— Неужели дохлый кролик изначально из демонического культа и всё время скрывался в святыне боевых искусств как шпион?
Он сам испугался этой мысли. Если так, дело серьёзное. Пять святынь выбирают учеников тщательно, с детства забирают на гору. Выходит, демонический культ ещё более десяти лет назад начал плести интриги против праведников.
— Какие же глубокие замыслы у демонического культа! Тот дохлый кролик наверняка ребёнок важной персоны культа. Да, ребёнок! Она… она женщина!
При этой мысли Дугу Байтянь поразился.
— Это же абсурд! Тот противный мужчина оказался женщиной! Боже! Я должен был догадаться, разве мужчина может быть таким извращенцем? Кто сказал, что кадык обязательно означает мужчину? Этот тип просто прирождённый актёр. Зная, что она невероятно красива и её трудно выдать за мужчину, она нарочно вела себя как извращенец. Ах ты, дохлый кролик, какая хитрая!
Дугу Байтянь ужаснулся своей догадке. Он вспомнил поступки Хуа Юньфэя и уверился: она из демонического культа, иначе не помогала бы ему дважды.
— У этого проклятого демонического культа огромные амбиции. Они протянули щупальца прямо в святыни праведного пути. Интересно, только Павильон Облачной Дымки пронизан ими или все святыни?
Он вспомнил и старшего сына семьи Наньгун, чьё имя не знал. Наверняка это тайная пешка Наньгун в Уиньфэн. Именно он передал семье весть о том, что Дугу Байтянь когда-то пожертвовал собой и стал демоном.
— Похоже, пять святынь действительно пришли в упадок. Их пронизали столько внешних сил, а они ничего не замечают. За расцветом всегда следует упадок!
— Да плевать. Вы все не ангелы. Деритесь, а я с удовольствием посмотрю на бой тигров.
Дугу Байтянь злорадно подумал. Он собрал в долине несколько трав от внутренних ран и поспешил обратно.
Глядя на спящую Сюаньсюань, он почувствовал тепло. Когда весь мир против него, только она тайно помогает.
Дугу Байтянь позвал служанок:
— Хорошо заботьтесь о ней. Приготовьте эти травы и, когда она проснётся, дайте выпить.
— Да, гунцзы.
— Я ухожу. Если кто-то обнаружит её след и придёт сюда, скажите, что эта девушка — лучший друг Дугу Байтяня. Кто тронет хоть волос на её голове, с тем я буду враждовать до смерти, и о снятии печатей пусть забудут.
Выйдя из комнаты, Дугу Байтянь направился прямо к тому тихому дворику, где видел Хуа Юньфэя.
Это был отдельный двор, вокруг никаких построек, снаружи большой сад, полный ароматов. Он наступил на Божественный шаг пустоты, бесшумно подкрался и спрятался в цветах. Наблюдая, он убедился, что хозяин здесь непростой: похоже, это резиденция высокопоставленных лиц культа, здесь редко ходят, тем более не смеют шуметь.
Дугу Байтянь, словно дымка, скользнул во двор, спрятался за цветочной решёткой и стал наблюдать.
Во дворе был небольшой пруд, на воде лежали листья лотоса, словно нефритовые тарелки, среди них розовые лотосы. Девушка в лёгком одеянии сидела на краю пруда босиком, её нефритовые ножки тихо покачивались в воде. Вид был безмятежный, с невыразимой поэтической красотой.
Дугу Байтянь мысленно вздохнул:
— Как красиво!