[Карла…Почему ты сегодня утром так странно себя вела?]
[Карла и раньше проявляла живой интерес к повседневной жизни своей хозяйки.]
[Но сегодня утром её поведение было особенно подозрительным.]
Стоило Энни лишь сказать, что сегодня она может вернуться домой немного позже обычного, как служанка буквально просияла.
Она тут же бросилась к гардеробу и начала что-то искать.
Через несколько секунд её руки уже были полны лент и заколок, которыми Энни почти никогда не пользовалась.
[Что это?]
Растерявшись, Энни удивлённо посмотрела на неё.
Карла лишь хитро улыбнулась.
[Идите сюда. Сегодня я сделаю вас самой красивой.]
[Это что…Она решила превратить меня в принцессу Императорского дворца?]
[Или…]
[Неужели она снова надеется, что я встречу какого-нибудь мужчину?]
[В последнее время Карла почти перестала говорить об этом.]
[Но раньше она постоянно твердила своей госпоже, что той пора выйти замуж.]
Взгляд Энни невольно остановился на круглом зеркале, стоявшем на рабочем столе.
Дорогое зеркало в позолоченной раме когда-то подарила ей мать.
Красная ленточка, аккуратно завязанная на её коротких волосах, всё ещё казалась непривычной.
Энни ещё несколько секунд рассматривала своё отражение, а затем опустила взгляд на документы.
[Сейчас совсем не время думать об этом.]
[Работы было столько, что и двух её не хватило бы, чтобы всё успеть до обещанной встречи с Эджедой.]
Пока она разбирала бумаги, мысли время от времени всё равно возвращались к нему.
[Нельзя заставлять Его Величество ждать. Сегодня нужно закончить пораньше.]
Тук-тук.
Услышав стук по столу, Энни подняла голову.
Перед ней стоял Рай.
Сегодня на нём была совсем другая одежда.
Грубоватая серая мантия с плотной тканью удивительно хорошо ему шла.
“Ты занята?”
Рай говорил вежливо и негромко, явно помня о том, что вокруг много людей.
Впрочем…
Все её коллеги, сидевшие неподалёку, уже во все глаза смотрели в их сторону.
[Это было неудивительно.]
[Даже стоя неподвижно, Рай выделялся среди остальных чиновников почти на целую голову.]
[Поскольку он сразу не заговорил о делах Министерства иностранных дел, Энни поняла, что пришёл он вовсе не по работе.]
[Оставлять его возле своего стола было неудобно.]
Она поднялась и жестом предложила пройти к выходу.
[К счастью, на террасе, куда допускались только чиновники, никого не оказалось.]
Ещё раз убедившись, что рядом нет посторонних, Энни виновато улыбнулась.
“Вчера ты благополучно добрался домой?”
“Конечно.”
Рай усмехнулся.
“Я ведь уже не ребёнок. После ужина сходил на ночной рынок, купил несколько местных сладостей и угостил остальных послов. Всё благодаря твоему совету, Энни.”
[Он говорил открыто и уверенно.]
[Не зря именно его отправили представлять Кесен.]
[В его спокойной улыбке чувствовалась редкая способность заботиться о собеседнике так, чтобы тот не испытывал ни неловкости, ни чувства вины.]
Но Энни совсем не могла терять время.
Поэтому поспешила перейти к делу.
“Зачем ты пришёл? Прости, но сейчас у меня действительно очень много работы.”
Вместо ответа Рай медленно протянул к ней руку.
На его ладони лежала белоснежная роза.
Сделанная из холодного льда.
Она мерцала так, словно была вырезана из прозрачного стекла.
“…”
Глядя на цветок, Энни мысленно вздохнула.
[Он специально дождался момента, когда мы останемся вдвоём…А теперь дарит мне розу…]
[Как бы она ни старалась, смысл такого поступка был слишком очевиден.]
[Не ожидала…Всё-таки жители Кесена действительно очень прямолинейные.]
[Они никогда не скрывали ни симпатии…]
[Ни неприязни.]
[И сейчас всё совершенно ясно говорило о первом.]
[Вот только…]
[Энни совершенно не понимала, что ей делать.]
[Стоит принимать её…или нет?]
[Какими бы хорошими ни были их отношения, она прежде всего оставалась государственным чиновником.]
[Нельзя было ни обидеть иностранного посла, ни дать ему ложную надежду.]
[Но если она примет цветок…]
[Коллеги наверняка начнут судачить.]
[А если это ещё и признание…]
[Тогда принимать подарок было нельзя ни в коем случае.]
Энни осторожно произнесла:
“Сэр Рай…Ты действительно замечательный человек. Но сейчас я не хочу вступать ни с кем в отношения…”
Однако Рай лишь спокойно улыбнулся.
Словно заранее ожидал именно такого ответа.
Недоумевающая Энни посмотрела на него.
Он снова протянул ей ледяную розу.
“Не обязательно принимать её.”
Он улыбнулся ещё мягче.
“Просто подержи её несколько секунд.”
“…”
[После таких слов отказаться уже было невозможно.]
Энни осторожно коснулась розы кончиками пальцев.
И в тот же миг произошло нечто удивительное.
Цветок вспыхнул ослепительным белым светом…
А затем рассыпался, словно песок.
По телу Энни мгновенно разлилось приятное тепло.
Это ощущение напоминало святую воду, которую она однажды испытала возле водопадов Поркаусы.
Поражённая, Энни широко раскрыла глаза.
Рай улыбнулся.
“Тогда я пойду.”
Он слегка кивнул.
“Удачи тебе с работой. Увидимся завтра.”
И, не дожидаясь ответа, спокойно покинул террасу.
Оставшись одна, Энни ещё долго смотрела на свои пустые ладони.
Они были слегка влажными, словно покрыты утренней росой.
Тёплое сияние всё ещё медленно распространялось по всему телу.
Эффект оказался поразительным.
На мгновение ей даже пришла в голову нелепая мысль:
[Пожалуй, если выйти замуж за жителя Кесена, можно прожить очень долгую жизнь…]
Потом она тихо пробормотала:
“…Наверное, он просто не знает, что я решила никогда не выходить замуж.”
[В следующий раз нужно обязательно ему сказать.]
Приняв решение, Энни поспешила обратно в кабинет.
[Сейчас было совсем не время отвлекаться.]
[Её всё ещё ждала огромная гора работы.]
***
Тем временем…
Эджед закончил государственные дела даже быстрее обычного.
Теперь он сидел в своём кабинете, глубоко задумавшись.
Сев удобно устроился у него на плече и лениво зевнул.
[...Что же мне сегодня сделать для Энни?]
[Конечно, он хотел, чтобы ей было приятно провести с ним время.]
[Но этого было недостаточно.]
[Ему нужно было показать себя с лучшей стороны.]
[Дать Энни понять свои чувства.]
[И однажды наконец признаться ей.]
[И всё же…Вчера мисс Энни внимательно выслушала меня.]
[Стоило ему вспомнить их разговор, как сердце начинало биться быстрее.]
[Даже несмотря на то, что Энни говорила с тревогой, переживая за него…]
[Именно это и делало воспоминание таким дорогим.]
[Она беспокоилась о его будущем.]
[Советовала ему.]
[Думала о нём.]
От одной мысли об этом Эджеде хотелось немедленно рассказать обо всём Доэру и Физу.
[Энни действительно переживает за меня…]
[Точно так же, как заботится о Карле или своей семье.]
От этой мысли он испытывал почти детскую гордость.
[Теперь мы можем спокойно разговаривать столько, сколько захотим.]
В его глазах вспыхнул решительный огонёк.
[Сегодня я обязательно сделаю Энни счастливой!]