Карла строго посмотрела на Энни.
“Не скрывайте от меня ничего, миледи. Пожалуйста, скажите правду.”
“Я уже всё рассказала.”
[Как ни странно, самым трудным для Энни всегда было обмануть именно Карлу.]
Сейчас служанка сидела напротив неё в карете, и на её лице не было ни следа привычной игривости.
[Честно говоря, в такие моменты Карла пугала Энни даже больше, чем сам тиран.]
По спине девушки скатилась капелька холодного пота.
[Да ты прямо как голодный призрак...]
Однако внешне она сохраняла невозмутимость.
“Я всего лишь консультировала его по вопросам торговли. Ваше Величество некоторое время провёл на передовой, поэтому ему нужны были разъяснения.”
“Почему вы постоянно говорите какие-то глупости?”
“Потому что это правда. Ты предлагаешь мне придумать историю, которой никогда не было?”
Карла тяжело вздохнула.
[Она никак не могла поверить, что тиран стал бы приглашать кого-то во дворец исключительно ради таких разговоров.]
Пусть она и не знала, о чём именно беседовали эти двое, но беспокоилась за Энни так же сильно, как мать переживает за ребёнка, оказавшегося у воды без присмотра.
[Дело было вовсе не в способностях Энни.]
[Даже самый умный человек не может предугадать поступки безумца.]
“Там был этот сумасшедший тиран, но не было ни одного помощника. Уверена, он из тех убийц, которым даже нравится размахивать мечом.”
“Карла.”
“Тогда почему сегодня рядом с ним никого не было? На вечере всё было точно так же. Неужели он отпустил всех только потому, что пожалел своих помощников?”
[Это действительно было странно.]
[Император появлялся без сопровождения не только слуг, но даже без ближайших помощников.]
Карла настойчиво продолжала:
“А вдруг он действительно всех убил, как говорят слухи?”
“Хватит. Его Величество вовсе не такой жестокий, как ты думаешь.”
“Откуда вам это знать? Это же опасно!”
В глазах Карлы плескалась искренняя тревога.
Она боялась, что её любимая госпожа столкнётся с чем-то страшным и болезненным.
Энни протянула руку и крепко сжала ладонь служанки.
“Его Величество прислал мне вежливое приглашение и официальное предложение. Он не угрожал и не шантажировал меня. Если бы он действительно был таким безумным человеком, как ты говоришь, то не стал бы соблюдать все формальности. Я получила контракты. Посмотри, здесь даже стоит подпись Его Величества.”
“...”
“Не всё является таким, каким кажется на первый взгляд.”
В конце концов Карла обречённо вздохнула.
По дороге домой Энни пришлось ещё долго успокаивать свою служанку.
***
“...Поэтому некоторое время мне придётся регулярно посещать Императорский дворец. Просто имейте это в виду. А это, сам контракт.”
Маленькая рука Энни положила документы на стол.
Реакция семьи оказалась ошеломляющей.
Даже когда шесть лет назад она объявила, что никогда не выйдет замуж, родственники выглядели менее потрясёнными.
Энни мысленно цокнула языком.
[Я ожидала чего-то подобного, но всё-таки не настолько...]
Лица всех присутствующих, кроме её матери Лопес, побледнели.
Прокашлявшись, Энни продолжила:
“Вам не о чем беспокоиться. Работа не такая уж сложная, а Его Величество выплатит семье Дсев достойное вознаграждение…”
“Энни Милл Дсев, ты с ума сошла?!”
Не выдержав, воскликнул Давид.
Сидевшая рядом Хирия тут же ущипнула его за руку.
“Дорогой, как ты можешь говорить такие вещи леди?”
“А ты помолчи. Такое ощущение, будто она вообще не ценит собственную шею…”
Похоже, отец Энни был полностью согласен с сыном.
Он не только не остановил Давида, но даже нахмурился ещё сильнее.
[Для него Энни была гордостью семьи.]
[Дочерью, признанной всей Империей.]
[И теперь эта дочь совершенно спокойно заявляла, что будет сотрудничать с тираном.]
“Даже если семья получит выгоду, это абсолютно недопустимо! Если скажешь что-нибудь не то, его меч не станет ждать. А если скажешь что-нибудь не так министрам, проблемы начнутся уже с их стороны.”
“Отец…”
“Немедленно откажись. Остальное я как-нибудь улажу.”
Когда Энни собиралась ответить, неожиданно заговорила Лопес:
“Энни.”
“Да, мама?”
“Как прошёл бал-маскарад?”
Столь внезапная смена темы сбила всех с толку.
Мягким голосом Лопес продолжила:
“В этом году ты опять только наблюдала со стороны?”
Энни уже хотела отрицательно покачать головой, но внезапно вспомнила Эджеда, который неожиданно пригласил её на танец.
Сделав вдох, она ответила:
“Нет. Я танцевала один танец.”
Услышав это, Лопес с интересом посмотрела на дочь.
“Вот как.”
После короткой паузы она спокойно произнесла:
“Тогда можешь идти.”
“Но…”
“Остальным займусь я.”
Сказав это, Лопес перевела взгляд на семью.
Её холодные глаза заставили замолчать всех присутствующих.
Даже отца семейства.
Потому что настоящей хозяйкой семьи Дсев была именно Лопес.
После недолгого молчания Давид всё же не выдержал:
“Мама, это слишком опасно. Связываться с тираном…”
“Всё не настолько опасно, как тебе кажется. Его Величество никогда не поднимал меч на людей, помогавших ему в государственных делах.”
“Но слухи…”
“Кто распространяет эти слухи?”
“Дворцовые слуги…”
“Ты слышал это непосредственно от них?”
“...”
“Когда именно? Где? Каким образом они якобы стали свидетелями этого? И по какой причине Его Величество должен был кого-то казнить?”
Лопес задавала вопросы с такой настойчивостью, что даже лучшие следователи Империи позавидовали бы её хватке.
Пока родственники пытались отвечать, Энни тихо поднялась со своего места и незаметно покинула комнату.
***
Примечание
В оригинале используется выражение “голодный призрак.”
Это устойчивое сравнение означает человека, который настолько одержим какой-либо мыслью или переживанием, что становится невероятно настойчивым и не отступает, пока не добьётся ответа.
В данном случае Энни мысленно сравнивает Карлу с таким “голодным призраком”, потому что служанка буквально вцепилась в неё с расспросами и не собиралась отпускать, пока не узнает правду. Это не оскорбление, а шутливое сравнение очень настойчивого человека.