Тук.
“Ваше Величество, прошу простить за вторжение во время разговора.”
Неожиданное появление Доэра заставило Энни сделать ещё несколько шагов назад.
Однако он даже не посмотрел в её сторону.
Подойдя к Эджеде, Доэр осторожно взял его за руку и что-то тихо прошептал ему на ухо.
Энни перевела взгляд дальше.
Позади стоял Физ.
Она невольно прикусила губу.
[Так вот кто были те помощники на клубничной ферме…]
[Теперь всё окончательно сложилось в единую картину.]
Доэр повернулся к ней.
Его лицо оставалось совершенно бесстрастным.
Деловым тоном он произнёс:
“Леди Энни Дсев, прошу простить нас, но у Его Величества возникло срочное государственное дело, требующее немедленного рассмотрения. Поэтому мы вынуждены сейчас забрать его.”
“…”
“Приношу извинения за столь внезапный уход.”
Не дожидаясь ответа, Доэр и Физ осторожно увели Императора.
Двери террасы распахнулись.
Музыка, доносившаяся из бального зала, словно на миг стихла.
Через приоткрытые двери были видны растерянные лица гостей.
Энни молча смотрела вслед уходящим.
Затем опустила взгляд.
На белом пиджаке, лежавшем на полу, что-то выглядывало из кармана.
Розовый конверт.
…
Она медленно наклонилась.
Подняла вещи одну за другой.
Белый пиджак.
Небольшую шкатулку с украшением.
И конверт.
[Это…]
“Боже мой! Тиран вернулся в бальный зал! Что сегодня вообще происходит?!”
Как только Император вместе со своими помощниками исчез, из-за открытых дверей вновь донёсся шум возбуждённых голосов.
Энни крепче сжала находки в руках.
[Что теперь с этим делать?]
[Догнать его сейчас?]
[После всего произошедшего это казалось невозможным.]
[Оставить вещи здесь тоже нельзя.]
Немного поколебавшись, она снова убрала шкатулку и конверт в карман белого пиджака.
***
Всю дорогу до особняка Энни не могла думать ни о чём другом.
Смотря на покачивавшиеся под потолком фонари кареты, она тяжело вздохнула и подняла руки.
Теперь перед ней лежали две вещи.
В левой руке - приоткрытая шкатулка с кольцом.
В правой - розовый конверт.
Внутри шкатулки сияло великолепное платиновое кольцо, украшенное красным бриллиантом - национальным сокровищем Поркаусы.
Сначала из-за потрясения она почти не обратила на него внимания.
Но теперь оно не давало ей покоя.
“…”
“Зачем он вообще принёс это с собой?”
Оглядываясь назад, Энни всё больше убеждалась, что поведение Императора было очень странным.
[Сначала он неожиданно пригласил её в комнату для почётных гостей во дворце.]
[Потом без колебаний скупил все её товары на благотворительной ярмарке.]
[Теперь ещё это кольцо…]
Она глубоко задумалась.
[Он будто пытался показать себя с лучшей стороны…]
[К Энни часто обращались за советом.]
[Самыми популярными были вопросы о любви.]
[Но…]
[Связать воедино добродушного застенчивого юношу с собачьим лакомством и жестокого Императора всё ещё казалось невозможным.]
Чем больше она размышляла, тем сильнее начинала болеть голова.
“Ах…”
Она устало прикрыла глаза.
“Что же это такое…”
“Почему вы так со мной поступаете?”
Тяжело вздохнув, Энни легла на кровать.
Закрыла шкатулку.
И машинально приложила ладонь к груди.
Затем посмотрела на конверт.
Почти с обидой.
[Мне нельзя его читать.]
Но любопытство оказалось сильнее.
[Возможно…]
[Именно в этом письме скрывается ответ.]
Она долго боролась сама с собой.
И наконец осторожно открыла конверт.
“…”
“Так много…”
Внутри оказалось сразу несколько исписанных листов.
Почерк был красивым, ровным и удивительно изящным.
[Совсем не таким, каким она представляла почерк человека, которого весь мир называл тираном.]
Не замечая этого, Энни выпрямилась.
И начала читать.
Письмо начиналось без имени.
Лишь традиционным обращением:
[Дорогая…]
Так обычно начинались любовные письма в Поркаусе.
***
Когда свечи в комнате догорели почти до половины, Энни медленно опустила последнее письмо.
Из её груди вырвался тяжёлый вздох.
“…”
Она долго смотрела на листы бумаги.
[Не нужно было этого делать.]
[Тот, кто писал подобное письмо…]
[Вкладывал в каждую строчку свои переживания.]
[Свои надежды.]
[Свои чувства.]
[В каждом слове чувствовались любовь.]
[И абсолютная искренность.]
[Я даже не имею к этому отношения…]
[И всё равно прочитала его без разрешения.]
Она прикусила губу.
[Это была ошибка.]
[Очень грубая ошибка.]
[И по отношению к Императору.]
[И по отношению к женщине, которой было адресовано это письмо.]
Энни закрыла лицо подушкой.
[Какая же я легкомысленная идиотка…]
[Даже если выпила немного вина…это меня не оправдывает.]
И вдруг…
Её словно пронзила неожиданная мысль.
“…”
“А если…”
Она медленно подняла голову.
Подозрительно посмотрела сначала на письмо.
Потом на шкатулку с кольцом.
“…”
“Неужели…”
“Это письмо написано…мне?”
Она сразу же покачала головой.
[Нет.]
[Содержание письма ясно показывало, что человек любил адресата уже очень долго.]
[А ведь до налоговой проверки они с Императором почти не разговаривали.]
[Не может же человек столько лет безответно любить женщину, с которой даже ни разу толком не говорил.]
[Такого просто не бывает.]
[Тем более он должен был знать её очень давно.]
Закончив размышлять, Энни тихо усмехнулась самой себе.
“Похоже…”
“После одного танца с Императором у меня совсем голова перестала работать.”
Щёлк.
В этот момент дверь спальни осторожно приоткрылась.
Ланг, ловко нажав лапой на ручку, вошла внутрь.
Пёс неторопливо забрался на кровать и устроился рядом с хозяйкой.
Энни машинально погладила её по спине свободной рукой.
Ланг тут же потянулась к письму, собираясь схватить его зубами.
“Нет.”
Ланг тут же замерла.
Недовольно фыркнул, показывая своё возмущение.
Но Энни лишь вытянула руку с письмом подальше.
И тихо сказала:
“Оно очень дорого для кого-то.”