[Так же, как настоящее чудо, когда кто-то способен полюбить её…]
[Таким же чудом оказалось и то, что однажды она сама смогла полюбить кого-то.]
[И этим чудом для Энни стал Эджед.]
Но вместо радости её охватило смущение.
[Это была куда более сложная ситуация, чем ей хотелось бы.]
Теперь Энни окончательно поняла:
[Слова Карлы были не догадкой.]
[Она с самого начала говорила правду.]
[И больше отрицать это было невозможно.]
[Рядом с Эджедой она всегда чувствовала себя так же спокойно, как лёжа в собственной постели после долгого дня.]
[Ей хотелось разговаривать с ним ещё и ещё.]
[Не отпускать этот момент.]
[И у этих чувств существовал только один ответ.]
[…Боже.]
[Я действительно…влюбилась.]
Энни молча смотрела на Эджеду.
Он вытирал полотенцем влажный от пота лоб.
Китель уже был снят.
На нём осталась только тонкая рубашка, подчёркивавшая крепкое, хорошо сложенное тело.
[И дело было не только в фигуре.]
[Чёткая линия подбородка.]
[Суровый взгляд.]
[Он выглядел настоящим взрослым мужчиной.]
От этого ей невольно вспомнились служанки, которых она встретила по дороге.
Они украдкой поглядывали на Эджеду и специально шли медленнее, чтобы подольше любоваться им.
[После того как ложное пророчество о тиране было опровергнуто, людей, сторонившихся Императора, стало значительно меньше.]
[Страх исчез.]
[И постепенно окружающие начали замечать всё то хорошее, что прежде скрывалось за этим страхом.]
[То, что раньше видела только Энни…]
[Теперь начали видеть и остальные.]
Продолжая смотреть на Эджеду, Энни окончательно растерялась.
[Всё это время она воспринимала его как младшего брата.]
[Но теперь…]
[Она совершенно ясно понимала, насколько он привлекателен.]
[Эти чувства никак не могли существовать одновременно.]
[Что это вообще такое?]
[Неужели…]
[Я действительно начинаю смотреть на сэра Эджеду как на мужчину?]
[Нет.]
[Этого не может быть…]
“Энни.”
[Даже его голос…]
[Казалось, обладал собственным ароматом.]
[Мягким.]
[Тёплым.]
[Удивительно спокойным.]
Когда она, словно деревянная, подняла голову, Эджед уже стоял перед ней с привычной доброй улыбкой.
Повесив полотенце на шею, он ласково спросил:
“Тебе дать носовой платок?”
Вместе с этими словами он протянул ей аккуратно сложенный розовый платок.
От лёгкого ветерка щёки Энни вспыхнули ещё сильнее.
[Господи…]
[Почему я так радуюсь обычному носовому платку?]
[Как бы она ни пыталась не обращать внимания…]
[Сознание всё равно возвращалось к нему.]
[Но проблема была не только в ней.]
[Перед ней стоял невероятно красивый мужчина.]
[Который заботился о людях так, словно был готов отдать им весь мир.]
[Какая женщина смогла бы остаться равнодушной?]
Энни прекрасно понимала, что Эджед просто добр от природы.
Именно поэтому её сердце сжималось ещё сильнее.
[Ведь…]
[У него уже был человек, которого он любил.]
[…Успокойся.]
Сделав глубокий вдох, Энни наконец взяла себя в руки.
И постаралась ответить как можно спокойнее:
“Нет, всё хорошо.”
Она покачала головой.
“И…пожалуйста…”
Немного помолчав, она тихо добавила:
“Больше не дарите мне ничего.”
Первые слова прозвучали спокойно.
Но чем дальше она говорила…
Тем сильнее прорывались наружу её чувства.
Она поспешно сделала шаг назад, словно стараясь увеличить расстояние между ними.
Эджед смущённо улыбнулся.
Покрутив платок в руках, он виновато произнёс:
“Прости.”
“Мне показалось, что тебе жарко…”
“Лицо у тебя совсем красное.”
Энни тут же нахмурилась.
“За что вы опять извиняетесь?”
“Это уже плохая привычка.”
“Не стоит постоянно просить прощения.”
“Хорошо…”
Эджед сразу кивнул.
“Буду осторожнее.”
[Даже когда она говорила довольно резко…]
[Он совсем не обижался.]
[Казалось, если Энни попросит его о чём угодно…]
[Он без колебаний согласится.]
[От этого становилось ещё тяжелее.]
[Ведь сам Эджед совсем не изменился.]
[Изменилось только её сердце.]
[Он ничего не понимал.]
[А она…]
[То радовалась.]
[То расстраивалась.]
[То начинала осторожничать.]
[Что вообще с ней происходило?]
Заметив, как помрачнело лицо Энни, Эджед осторожно спросил:
“Хочешь, я принесу тебе лимонный тарт?”
Энни виновато улыбнулась.
“Простите…”
“В следующий раз угощу вас сама.”
На самом деле сейчас ей ужасно хотелось съесть кусочек лимонного тарта.
[Казалось, сладкое немного успокоило бы её.]
[Но такие десерты были дорогими.]
[Да и достать их было непросто.]
[Особенно в поместье семьи Дсев, которое находилось далеко от столицы.]
Однако Эджед только весело улыбнулся.
“Не переживай.”
“Я купил его по дороге.”
“…”
“Причём довольно много.”
Он повернулся к своим помощникам.
“Доэр.”
“Физ.”
“Да, Ваше Величество!”
“Уже несём!”
По приказу Эджеды оба помощника сразу отправились за лимонным тартом.
В ответ Энни распорядилась принести чай и остальные сладости.
И именно эта заботливость снова вывела её из равновесия.
[Он настоящий лис…]
[Уже успел узнать все мои любимые сладости…]
[Да ещё и каждый раз привозит подарки…]
[И…]
[Его бесконечная доброта.]
[Вот поэтому…]
[Я и влюбилась в него…]
[Это нечестно…]
[Если признать собственные чувства…]
[То виновата была только она сама.]
[Эджед ведь ничего ей не обещал.]
Не догадываясь о её переживаниях, он вопросительно посмотрел на неё.
[Как добрый щенок, который совсем не понимает, почему хозяин вдруг загрустил.]
[И…]
[Как по волшебству…]
[Всё раздражение снова исчезло.]
[…Невероятно.]
Энни и сама поражалась собственным переменам.
[Она уже давно не подросток.]
[Так почему же её настроение меняется каждую минуту?]
[То нравится.]
[То пугает.]
[То заставляет сердце биться ещё сильнее.]
[От всего этого она уже начала немного уставать.]
В груди словно лежал тяжёлый камень.
И одновременно внутри щекотало какое-то тёплое, счастливое чувство.
Вскоре на стол поставили огромное блюдо с лимонными тартами.
Всё было приготовлено безупречно.
Доэр и Физ, довольные выполненным поручением, спокойно отошли в сторону.
Эджед первым взял ложку.
И аккуратно вложил её в руку Энни.
“Вот.”
Затем заботливо посмотрел на чашку.
“Осторожнее.”
“Кажется, чай ещё очень горячий.”
От этих простых слов сердце Энни дрогнуло так сильно, словно кто-то бросил камень в тихую гладь озера.
[Он ведь действительно всего лишь беспокоился о ней.]
[…Ваше Величество…]
[Вы настоящий преступник…]
[Похититель сердец.]
[Она даже не могла на него сердиться.]
[Потому что таким он был всегда.]
[Добрым.]
[Заботливым.]
[И именно поэтому её сердце всё сильнее тянулось к нему.]