— Пришли. Я вас ждал.
— А я, между прочим, перепугался. Вдруг является Аид и вытаскивает меня наружу. Первая мысль — неужели я сам не заметил, как умер? Решил, что Владыка Царства мёртвых лично пришёл за мной. Впрочем, такой специалист, как я, и там наверняка пользовался бы уважением. Но оказалось, всё совсем не так. Зевс мёртв, а Олимп теперь у тебя в руках. Сначала я решил, что мне какую-то чушь рассказывают.
— Потом убедились, что не чушь?
— Конечно. До сих пор звучит дико, но сама обстановка не оставляет выбора — приходится верить.
— Рад, что поверили. А кто с вами?
Прометей пришёл не один.
Рядом стоял незнакомец.
Ни синей кожи — приметы Благословения Отца, — ни синего свечения в глазах, ни волос, извивающихся, словно змеи. Внешность совершенно обычная.
Значит, чистокровный титан.
Но кто именно?
— А ты его знаешь. Вернее, знаешь скелет, который сидел внутри этой оболочки. В общем, знакомьтесь. Гелиос. Тот самый Олд Гард, который сторожил меня на скале.
— Олд Гард?..
Иэн отлично помнил скелета, который отдал ему собственное ребро и умолял помочь избавиться от проклятия.
Тогда от него действительно оставались одни кости.
Откуда же взялся этот красивый молодой титан?
— Его Зевс проклял. А теперь самого Зевса нет — вот и проклятие развалилось. В Тартар его упрятали за то, что плохо меня сторожил. Я зашёл и вытащил. Столько лет рядом проторчали — поневоле привязываешься. Вот вечно у меня из-за этой проклятой привязанности неприятности. И как, спрашивается, после этого уничтожать этот грёбаный мир?
Прометей ещё не успел договорить, а Олд Гард — нет, Гелиос — уже опустился на одно колено.
Этого ему показалось мало.
Он склонил голову почти до пола.
— Господин Калиду Ватанка! Нет — новый король Олимпа! Благодаря вашей милости я освободился от проклятия, которое терзало меня столько лет. Я отплачу за это жизнью и верной службой. Если позволите, приму Благословение Отца и официально...
— Не надо. Оставайтесь титаном.
— Вот здесь я с ним согласен. Лишнее это.
— А?.. Да. Тогда хотя бы Клятву Ранга...
— Вот это можно.
Ритуал Благословения Отца превратил бы Гелиоса в синекожего суперианина.
Иэну сама мысль была неприятна, поэтому он отказал сразу. Прометей его поддержал.
Но если Гелиос сам хочет связать себя Клятвой Ранга — препятствовать незачем.
— Как бы то ни было, я рад, что вы живы. Олд Гард... то есть Гелиос, верно?
— Да. Так меня зовут. Имя, которое я... очень давно не произносил.
— Вы сказали, что хотите стать моим подчинённым. Даже если ради этого придётся оставить титанов.
— Именно. Я не передумал. Вы ведь исполнили мою просьбу.
Вообще-то Иэн убивал Зевса совсем не ради него.
Но результат оказался полезным.
У Иэна появился ещё один способный союзник.
«И силы в нём прилично. Пригодится».
Гелиос был сильнее Эос, которую Иэн когда-то устранил вместе с Афродитой.
То есть тянул как минимум на владыку высшего ранга.
— Тогда прошу прощения: мы только познакомились, а у меня уже есть поручение.
— Говорите. Я исполню всё и не заставлю вас пожалеть.
— Судя по вашей силе, среди титанов вы занимали довольно высокое положение. Полагаю, примерно на уровне члена нашего Совета Башни Часов. Я прав?
— Не уверен, что именно означает ваш Совет Башни Часов, но низкой мою должность точно не назовёшь. Сейчас этот титул у меня отняли, однако когда-то меня называли Владыкой Солнца.
Владыка Солнца.
Теперь этот титул принадлежал Аполлону.
Значит, Гелиос был прежним Владыкой Солнца.
Точно так же, как Эос — прежней владычицей рассвета.
— Отлично.
Именно такого человека Иэн и хотел получить.
Он сразу перешёл к делу:
— Гелиос, возвращайтесь в Землю титанов. Прямо сейчас.
— Что? В Землю титанов?
Гелиос растерялся.
Минуту назад он клялся, что готов предать собственное племя и стать слугой Иэна.
Даже предложил Клятву Ранга.
И вместо того чтобы принять его, новый король Олимпа отправляет назад?
Мягкий отказ?
Если да, то почему?
— Если вы не хотите принимать меня, скажите хотя бы причину...
— Я не отказываю. Я даю вам первое задание.
— Задание?
— Нам ещё не раз придётся иметь дело с титанами и заключать с ними соглашения. Я хочу, чтобы вы стали связующим звеном. А для этого полезнее вернуться к своим и восстановить положение, разве нет?
Олимп и титаны.
Точнее — Иэн и титаны.
Гелиос понял сразу и кивнул.
— Ясно. Вернусь и буду делать всё, что смогу, пока вы не позовёте.
— Если спросят, как вам удалось выбраться...
— Скажу, что Зевс погиб в борьбе за олимпийский престол, проклятие исчезло вместе с ним, а я воспользовался случаем и бежал. Думаю, этого достаточно. Или добавить что-нибудь ещё?
— Нет. В самый раз.
Иэн очертил пальцем круг.
В воздухе раскрылся овальный портал.
Он вёл за пределы Сердца Супериора.
— Я, если честно, думал, что с вами случилось нечто гораздо хуже. В этом была и моя вина, поэтому воспоминание не давало покоя. Теперь, когда вижу вас живым и в прежнем облике, мне одновременно и стыдно, и легче.
— Когда Зевс снова явился и потребовал ответить за провал, у меня самого сердце ушло в пятки. Но вас, господин Калиду Ватанка, я не винил. Я просил об этом, понимая риск. Наоборот — всё боялся, не подставил ли я вас. А вы не то что не пострадали, вы Зевсу башку нахрен снесли... Ой. То есть... простите. Слишком долго прожил рядом с Прометеем. Уже и его мерзкая манера выражаться ко мне прилипла. Нельзя же так...
Похоже, годы охраны Прометея не прошли бесследно.
Даже речь Гелиоса стала подозрительно похожа на прометеевскую. Для титана, когда-то славившегося безупречными манерами, перемена была более чем неловкой.
— Это ещё почему моя речь к тебе прилипла? Просто у самого нутро такое же.
— З-заткнись! Не видишь, я разговариваю со своим благодетелем?
— Если рассуждать так, я тоже твой благодетель. Проклятие сняли, а ты всё равно до конца веков торчал бы в Тартаре, если бы я тебя не вытащил. Если уж считать, я даже больше благодетель. Верно, Калиду Ватанка?
Когда-то один был стражем, другой — узником.
Судя по всему, старая вражда между Гелиосом и Прометеем никуда не делась.
— Кто из вас благодетельнее, разбираться не стану. Но рад, что вы не держите на меня зла. Хотелось бы поговорить ещё, однако чем дольше вы отсутствуете, тем больше подозрений вызовет возвращение. Поэтому не буду задерживать. Ещё раз поздравляю, Гелиос. Вы освободились от проклятия Зевса и вернули настоящее тело и силу.
— Благодарю. Поручение выполню как можно лучше. До встречи.
Гелиос поклонился так, как вассал кланяется королю.
Похоже, служить Иэну он решил всерьёз.
— Иди уже. Раз работа появилась — делай как следует.
— А ты постарайся снова не угодить на вершину какой-нибудь скалы. Срамота одна.
Конечно, без прощальной перепалки с Прометеем не обошлось.
Они ругались до самого портала.
— Знаешь, мне кажется, скелетом он был приятнее. Нет?
— Думаю, Гелиос сейчас рассуждает ровно так же. Что вы были приятнее, пока сидели в тюрьме.
Иэн усмехнулся и сел.
Прометею он указал на соседнее кресло.
— Кстати, ты заметно вырос. Когда мы встретились, я мог одной рукой тебя схватить.
— Ранг бытия теперь другой. Если вам неудобно, могу хотя бы внешне уменьшиться.
— Да не надо. Просто непривычно. Времени ведь прошло совсем немного. А ты уже успел свернуть Зевсу шею и занять его место. Я, признаться, думал, ты немного пошумишь и сдохнешь. Даже отдавая тебе воспоминания, больших надежд не питал.
— Тогда зачем отдали, если не верили?
— Оставался крошечный шанс. Я просто рискнул.
— Значит, ставка сыграла.
— Пока что — да.
«Пока что».
Слово прозвучало не случайно.
— Ну, старые времена вспомнили, наговорились. Пора наконец перейти к делу.
— Я только этого и жду. Ради этого вас и освободил.
— А если разговор пойдёт не так, снова засадишь меня в Тартар?
— Скорее всего, не понадобится. Но если придётся — смогу.
— Ха! Да ты хуже Зевса.
— При необходимости могу стать ещё хуже.
— Вот это уже обнадёживает. А то я боялся, что ты дорвался до власти, устроился в тепле да сытости и размяк. Похоже, хотя бы пока такой опасности нет. Теперь можно говорить спокойно.
Прометей удовлетворённо оглядел библиотеку.
Шутки закончились.
Он перешёл к тому, ради чего пришёл.
— По разговору с Гелиосом я примерно понял твою задумку. Ты хочешь собрать всё, что только можно, и сначала решить главную проблему. Так?
Иэн намеревался собрать всех, кого только удастся: Олимп, Асгард, титанов, даже Срединный мир — и общими силами замкнуть кольцо вокруг Чертога Хаоса.
— В одиночку с ними не справиться. А с их главарём — тем более.
— Ты видел мои воспоминания, поэтому знаешь: когда-то я строил почти такой же план и даже успел кое-что сделать. Только вот насколько полно всё это у тебя сохранилось? По тому, что вижу, далеко не целиком. Тогда всё происходило слишком быстро.
Он угадал.
В то время «Пожиратель памяти» Иэна ещё был несовершенен.
К тому же значительную часть воспоминаний Прометея Иэн попросту не мог осмыслить на своём тогдашнем уровне.
Да и сам объём был чудовищным.
Поглотить всё без остатка не получилось.
— Верно. Поэтому я и позвал вас. Если бы ваши воспоминания уже полностью сидели у меня в голове, зачем было освобождать вас сейчас? Вышли бы из Тартара позднее, когда начнётся настоящая война. Я бы просто сказал: идите и деритесь.
Иэн даже не попытался смягчить ответ.
Информации, которую он получил тогда, действительно не хватало.
— Бессердечная сволочь. И знаешь, мне это даже нравится.
Прометей говорил серьёзно.
Такая безжалостная практичность его устраивала.
Чтобы разнести Башню Часов, Чертог Хаоса и весь нынешний порядок Супериора, мягкотелым быть нельзя.
— Раз уж ты мне нравишься, дам один совет. Тот план, который когда-то пытался осуществить я и к которому теперь пришёл ты, невыполним: объединить все силы, кроме Чертога Хаоса, и ударить по нему не получится. С этого нам и стоит начать. Причина, кстати, совсем простая.
Просто?
И в чём причина?
— Помнишь, ты только что отговорил Гелиоса принимать Благословение Отца?
— Да. Конечно.
— Я тогда решил, что ты уже всё знаешь.
— ...Что именно?
Нет.
Иэн остановил Гелиоса только потому, что хотел отправить его обратно к титанам.
При чём здесь весь план?
И вдруг догадка пришла сама.
— Неужели Благословение Отца...
— Да какое там благословение. Это кандалы. Цепь, которая делает тебя рабом Слепого Отца — той самой твари. И какой смысл объединять все армии мира, если перед одним парящим глазом они окажутся беспомощны? Хотя беспомощность — ещё хороший вариант. Представь, что они разом обернутся и направят оружие на тебя. Уже страшнее, правда?
Иными словами, каждый суперианин, принявший Благословение Отца, сам того не понимая заключает договор подчинения.
Причём куда более жёсткий, чем Клятва Ранга.
Хозяин в этом договоре один.
Слепой Отец.
— Я так и не нашёл способа освободиться от этого «благословения», поэтому свой план пришлось бросить. Что уж говорить о других суперианах, если даже я сам оказался связан этим проклятием. Так что, если ты всё ещё хочешь собрать всех против Чертога Хаоса... сначала придётся разорвать договор, который держит их в рабском подчинении.