Элейн Огня и Льда не зря получила своё прозвище. Она одинаково хорошо владела обеими стихиями и, хотя Башня магов ещё не признала это официально, в огне и льде уже достигла уровня архимага.
Но нынешняя погода была против неё.
В таком ливне огонь почти не годился. Даже магическое пламя под сплошной стеной воды быстро теряло силу.
Оставался лёд.
Дождь мешал и здесь: непрерывные потоки воды не давали холоду набрать полную силу и заставляли тратить куда больше маны. Поднять сразу несколько толстых стен, а потом удерживать их под ударами двадцати магов могла только Элейн.
Но и её силы подходили к концу.
Грохот!
Треск!
Бах!
Тёмные заклинания одно за другим били в ледяную преграду.
Хруст!
По центру стены побежала широкая трещина.
— Есть! Ещё немного!
— Дожимайте!
Нападавшие воспрянули духом.
Элейн же понимала: время вышло.
Её нельзя было назвать неженкой, но крови на её руках ещё не было. Она ни разу не пыталась убить человека и прежде даже не допускала такой мысли.
Поэтому сначала выбрала защиту. Запереть врагов, задержать их, выиграть время — это она могла.
Только стена вот-вот рухнет.
После этого двадцать тёмных магов окажутся перед ней, и сдержать их в одиночку уже не получится.
Я не могу их пропустить.
От врагов исходила такая явная жажда убийства, что сомнений в их намерениях не оставалось. Достаточно было оглянуться на однокурсников: те дрались не на учебной площадке, а за собственную жизнь.
Если к бою присоединятся ещё двадцать магов, кто-нибудь обязательно погибнет.
Элейн снова посмотрела на трещину.
Значит, выбора нет?
Она вспомнила Лану, Бретта, Ривьеру, Аллена, Фабиолу — всех, с кем училась, спорила и смеялась. А прежде всего она подумала о Максе.
Позволить врагам добраться до них она не могла.
Элейн прикусила губу.
Решение было принято.
Наверное, другого с самого начала и не существовало.
Хруст!
Грохот!
Ледяная стена разлетелась на осколки.
— Пробили!
— Не дайте ей опомниться! Бейте!
Двадцать магов ринулись вперёд.
Они не заметили, что взгляд Элейн изменился. В её глазах больше не было сомнений — только холод.
Она шевелила губами, заканчивая длинное заклинание.
Обычно Элейн хватало короткой формулы или одного слова. Если сейчас ей понадобилось столько времени, значит, речь шла о магии совсем другого порядка.
Но враги этого не понимали.
Даже если бы поняли, уйти уже не успели бы.
— Тёмная сфера!
— Тёмное рассечение!
— Тёмная стрела!
— Тёмный клинок!
Двадцать заклинаний устремились к Элейн. По отдельности они относились к среднему уровню, но вместе могли снести крепостную стену.
Чёрная волна была уже рядом, когда Элейн закончила.
— Буран.
Высшая ледяная магия сорвалась с её ладони.
И мир вокруг побелел.
* * *
Грохот! Бах! Треск!
Над северной дорогой без конца сталкивались заклинания.
Девятнадцать тёмных магов отбивались от одной девушки, и всё равно преимущество было не на их стороне.
— Да откуда эти стрелы всё лезут?!
— Это уже бред какой-то!
Они выдыхались. Каждая новая волна заставляла вновь вкладывать ману в защитные заклинания, а переломить бой не удавалось.
— Спокойно! Она одна, а нас девятнадцать!
— Верно! Рано или поздно она сдохнет от усталости. Нужно просто продержаться!
Такой расчёт был бы верным против любого другого врага.
Зевок.
Ривьера прикрыла рот ладонью.
Тёмные маги уставились на неё.
Кто, блядь, зевает посреди смертельной схватки?
— О-она устала.
— Конечно. От усталости и зевает.
Они отчаянно цеплялись за это объяснение.
Ривьера запрокинула голову и открыла рот.
Глоть-глоть.
Несколько секунд она пила дождевую воду, а потом довольно выдохнула:
— А-а...
Со стороны могло показаться, будто она гуляет под тёплым летним дождём, а не убивает людей.
У магов нервно задёргались веки.
— П-пить, наверное, хотела.
— Да. Очень устала и захотела пить.
Они пытались подбодрить друг друга, но плечи уже опустились, а голоса стали жалкими.
Ривьера, наоборот, заметно оживилась.
— Зарядилась.
Сомнительное заявление.
И тут Магических стрел стало почти в полтора раза больше.
— Ч-что?!
— Их стало больше!
Лица у тёмных магов побелели. Последняя надежда рассыпалась.
— Нельзя будить людей ночью, — невозмутимо сказала Ривьера. — Ночью надо спать.
Для неё это была непривычно длинная речь. Значит, разозлилась она по-настоящему.
— Я вас уничтожу.
Ривьера лениво махнула рукой, будто отгоняла мух.
Все стрелы разом сорвались с места.
— Твою мать!...
— Держать защиту!
— Нет! Не-ет!
Маги вложили в щиты последние силы.
Их не хватило.
Тук-тук-тук-тук-тук!
Тук-тук-тук-тук!
Тук-тук-тук-тук-тук!
— А-а-а!
— Кха!...
— Помогите!
Крики быстро стихли.
Девятнадцать тел остались лежать в грязи. Кости были раздроблены, конечности вывернуты, и живых среди них не осталось.
Только тогда Ривьера развеяла заклинание.
— Уничтожение завершено.
Она повернулась на запад, туда, где Элейн сдерживала ещё один отряд.
— А соперница хороша.
Весь участок дороги превратился в ледяную пустыню. Двадцать человек застыли в толще льда.
Это был Буран — Ривьера не сомневалась.
Ривьера смотрела на замёрзших врагов со странным выражением лица.
— Не думала, что она способна убить.
Люди редко меняются. Элейн всегда щадила противников, даже когда это было неразумно. Но теперь она решилась убить.
И Ривьера почти не сомневалась, кто на неё повлиял.
— Всё равно она моя соперница.
Лёгким прыжком Ривьера забралась на крышу.
— Я закончила. Буду спать.
Шорох.
Она улеглась прямо под дождём и мгновенно уснула.
Редкий талант, которому многие бы позавидовали.
* * *
На востоке Берто дрожал от ярости.
— Какого хрена всё так обернулось?..
План был безупречен. Погода помогала. В первые минуты всё шло именно так, как он рассчитывал.
А потом случилась одна заминка — и следом посыпалось всё.
Теперь отрицать провал было невозможно.
Но я не отступлю.
Берто сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони до крови.
Отступать всё равно было некуда. Ради общей мечты он должен был сражаться до конца: убить как можно больше врагов и выиграть время. Ради этого Берто был готов отдать жизнь. Остальные — тоже.
— Стоять насмерть! — заорал он. — Перед смертью заберите с собой как можно больше! Наша жертва станет нашей победой!
В глазах тёмных магов снова вспыхнул фанатичный огонь.
— Стоять насмерть!
— Убить как можно больше!
— Наша жертва — наша победа!
Они подхватили слова Берто, будто молитву.
Ещё минуту назад строй шатался, а теперь тёмные маги ринулись вперёд с удвоенной яростью.
Взрыв!
— Кх!...
Тёмный разряд угодил Бретту в плечо и отбросил его назад. Из рваной раны хлынула кровь; в глубине белела кость.
— С-староста! — крикнул Аллен.
Он отбросил ближайшего врага копьём и дёрнулся к Бретту.
— Не подходи! — Бретт заставил себя выпрямиться. — Оставишь место — строй развалится!
Раненого всегда приходилось прикрывать. А тот, кто прикрывает, уже не мог драться в полную силу.
Бретт понимал это и потому делал вид, что всё в порядке.
— Н-но...
— Царапина! Я ещё могу держать меч. Вернись на правый фланг!
— Д-да, староста!
Аллен послушался.
Только тогда Бретт позволил себе тяжело выдохнуть.
Техника копья Бенессов была особенно хороша против нескольких врагов. Без Аллена правый фланг долго бы не продержался.
С центром было проще: там собрались лучшие бойцы. Даже если Бретт упадёт, остальные удержат линию.
В этот момент он заметил Берто.
Командир тёмных магов смотрел прямо на него.
Удар!
Берто оттолкнулся от земли и рванул вперёд.
Быстро. Очень быстро.
И всё же Бретт видел каждое движение, словно время замедлилось.
В руке противника возникло огромное чёрное копьё, по которому бежали всполохи тёмной энергии.
Это было заклинание совсем иного уровня.
Смерть.
Бретт понял это сразу.
Отступить он не мог. Позади стояли однокурсники. Увернись он — копьё пробило бы кого-то из них.
Бретт крепче сжал меч.
До конца. Я должен сделать всё, что могу.
Он приготовился встретить удар и умереть на месте.
Грохот!
Чёрное копьё внезапно остановилось.
Чёрный меч перехватил удар.
— На этот раз ты выжил, — усмехнулся Макс.
Бретт не понял, что значат эти слова.
Да это было и неважно.
Макс успел.
Сейчас его спина казалась надёжнее любой стены.
— Мог бы прийти чуть раньше, — выдохнул Бретт и наконец улыбнулся.