— Милорд! Милорд!
— Да что стряслось?
Управляющий влетел в кабинет, едва переводя дух.
— Вы уже слышали про дом Селтрин?
— Про дом Селтрин? Что с ним?
— Наследный принц послал туда карательный отряд...
— Значит, всё-таки началось. — Лорд тяжело вздохнул. — Эренберты подняли мятеж, а расплачиваться первыми приходится их родне возле столицы. Могли бы хоть предупредить заранее, дать людям уйти...
— Милорд, дело не в этом.
— А в чём?
— Селтрины разбили войска наследного принца.
Лорд медленно поднялся из кресла.
— Разбили?.. Ты ничего не путаешь?
— Наголову. И почти без потерь.
— Как, чёрт побери?
— Устроили засаду в лесу Атараксия.
— Но это же за пределами их владений. Они вышли навстречу врагу и ударили первыми? Откуда у Селтринов такой полководец?
— Подробностей пока никто не знает.
— А сама весть точная?
— Точнее некуда. В городе только об этом и говорят.
Лорд снова опустился в кресло. Несколько мгновений он молчал, уставившись в одну точку.
— Управляющий.
— Да, милорд.
— Письмо, которое я велел отправить...
— С заверениями в верности наследному принцу?
В эти края ещё не приезжал его посланник. Владения лежали далеко от столицы, поэтому лорд решил не ждать и первым примкнуть к тому, на чьей стороне была сила.
Теперь он уже не спешил.
— Придержи письмо.
— Но, милорд...
— Обстановка меняется. Посмотрим, чем всё кончится.
— Будет исполнено.
До этой вести лорд готов был присягнуть Адольфу. Теперь он предпочёл выждать.
И он был далеко не единственным.
По всей империи дворяне откладывали письма, отменяли отправку посланников и заново прикидывали, к кому выгоднее примкнуть и на чьей стороне на самом деле сила.
Регина не ошиблась. Первая победа действительно стала переломной. Селтрины не просто отбились: они заставили всех сомневающихся поднять головы.
Теперь империя смотрела на их земли и ждала следующего шага.
Тронный зал Императорского дворца.
Сая стояла на коленях перед возвышением, бледная, как смерть. Она не раз шла в бой без страха, но рядом с Адольфом чувствовала себя зверем, загнанным в угол.
Дело было не в титуле.
От наследного принца исходила тяжёлая, давящая сила. Он не просил повиновения — он считал его естественным. Именно поэтому Сая в своё время и выбрала его сторону. Такой человек, казалось ей, рождён для трона. Он сметёт любого, кто встанет на пути, и непременно победит.
— Ты проиграла? — спросил Адольф. — Ты?
В его голосе не было ни гнева, ни разочарования. Он выглядел озадаченным, словно услышал нечто заведомо невозможное.
— Мне нечем оправдаться, Ваше Высочество.
Сая склонилась так низко, что коснулась лбом пола.
— Оправдания мне не нужны. Расскажи всё. Я хочу понять, как ты умудрилась проиграть там, где проиграть было нельзя.
— Слушаюсь.
Ей пришлось заново пережить позор — от первого шага в лес до беспорядочного отступления.
Адольф слушал внимательно. По мере рассказа недоумение исчезло с его лица.
— Засада за пределами владений... Забавно. Не думал, что у Селтринов найдётся человек, способный первым ударить вдали от собственных стен.
Он тихо рассмеялся.
Так ребёнок смотрел бы на червя, которого не удалось раздавить с первого раза: не из жалости — из любопытства. Игрушка неожиданно оказалась живучей, и оттого стала лишь занятнее.
В глазах Адольфа блеснул хищный интерес.
— Случившегося не изменить, — произнёс Гэлбрейт. — Но второго поражения допустить нельзя. Иначе пострадает уже не только репутация Саи, но и ваша власть.
Слепой мудрец был одним из немногих, кому дозволялось говорить с наследным принцем прямо.
— Знаю, учитель. Трещину надо заделать, пока она не расползлась. На этот раз мы раздавим червя как следует.
Адольф повернулся к Винчелу Вандрейну.
— Больше осечек не будет?
— Не будет, Ваше Высочество.
— Шести тысяч хватит?
Шесть тысяч — вдвое больше прежнего отряда. Посылать такую силу против одного графства Адольфу не хотелось: со стороны могло показаться, будто Селтрины и вправду представляют для него угрозу.
Винчел понял невысказанный вопрос.
— Этого более чем достаточно.
— Вот и славно.
Адольф хлопнул в ладони и улыбнулся.
— Получишь шесть тысяч лучших солдат. На этот раз сотри Селтринов с лица земли. А тело Макса Селтрина привези мне.
Неподалёку от имперской столицы стояла тихая деревня. На её окраине прятался ничем не примечательный дом. Лишь несколько человек знали, что в подвале устроено тайное убежище сторонников принцессы.
Там горел один-единственный фонарь.
Итан и Эмили Сафия осторожно спустились по лестнице. Итан натянул капюшон до самых бровей, но при его росте и плечах такая маскировка выглядела смешно. Такого громилу можно было узнать даже со спины.
— Ваше Высочество, этот ублюдок... То есть старший Макс разбил первый отряд принца.
Сидевшая у стола девушка подняла на него нефритово-зелёные глаза. Золотые волосы мягко блеснули в свете фонаря.
— Я уже слышала. Хорошая новость. Что будем делать?
Оскар Перезия улыбнулась так безмятежно, будто речь шла о прогулке.
Пока вся империя гадала, куда исчезла принцесса, она скрывалась почти под носом у брата. Ход был дерзким, зато надёжным: враги искали её где угодно, только не рядом со столицей.
— В каком смысле — что? — Итан растерянно почесал затылок.
Он привык решать вопросы кулаками и за мыслями Оскар не поспевал.
Эмили поняла быстрее.
— Вы хотите изменить план?
— Возможно.
— Нельзя! Здесь слишком опасно. Как только появится возможность, мы должны уходить на запад.
Именно ради этого близнецы и прибыли в убежище. Первый ход принцессы был блестящим, но оставаться возле столицы она не могла. Вокруг простирались земли Адольфа. Для Оскар не существовало места опаснее.
На западе же её ждали самые верные союзники.
— Я всё понимаю, — мягко сказала принцесса. — Но обстоятельства изменились.
— Макс победил, спору нет. Только он уже сделал всё, что мог. Стоит принцу послать серьёзную армию — Селтринов сомнут. Они слишком близко к столице. Даже Эренберты, связанные с ними помолвкой, пока не двинулись с места.
— Регина не бросит Макса, — возразил Итан. — На сбор армии нужно время.
— Это и называется бросить! Если бы она хотела его спасти, отправила бы помощь сразу, пусть даже с риском потерять людей.
Эмили заговорила громче, но Оскар только улыбнулась.
— Так рассуждают почти все. А Регина просто доверяет Максу.
— С чего вы взяли?
— Скажем так, у неё есть основания.
Принцесса не стала объяснять.
— В любом случае мы не можем сидеть в подвале, пока Макс воюет. Скоро люди спросят: А где принцесса? Что сделала она?
Оскар смотрела дальше остальных. Победа союзника радовала её, но вместе с тем несла угрозу. Чем заметнее становился Макс, тем меньше внимания оставалось законной наследнице.
И дело было не в нём одном. В гражданской войне, где решалась судьба престола, Оскар обязана была оставаться главным лицом своей стороны. Иначе после победы ей пришлось бы делить власть с теми, кто добыл эту победу вместо неё.
Макс не любит меня настолько, чтобы бездумно полезть за мной в огонь. И в наш успех он едва ли верит. Значит, выбрал путь, на котором сможет набрать больше всего заслуг.
Она верно поняла его расчёт. Не зря Макс считал её опасной и чересчур проницательной.
Эмили, при всей своей сообразительности, пока этого не видела. Про Итана и говорить было нечего.
— Пусть болтают что хотят, — настаивала Эмили. — Сейчас важнее сохранить вам жизнь.
Хлоп!
Оскар хлопнула в ладони, обрывая её.
— Иногда осторожность губит вернее риска. Сейчас как раз такой случай.
Она взяла Эмили за руку.
— У вашего дома остались люди, которых можно поднять без лишнего шума.
У каждого сильного рода имелась тайная служба. Дом Сафия не был исключением.
— Вы говорите о Синей Луне? — тихо спросила Эмили.
— О ней. Пора отплатить моему дорогому братцу его же монетой. Скоро ему придётся делить войска, и лучшего случая у нас не будет.
Победа Макса уже меняла ход войны — причём там, где он сам этого не ожидал.
После первой битвы в землях Селтрин не праздновали.
Все понимали: это только начало.
В военном зале стояла такая тишина, будто поражение потерпели они, а не враг. Рыцари хмурились над картой. Хэнк то и дело поглядывал на Макса. Даже Гвен не находил себе места.
Спокойствие сохраняли лишь сам Макс и Милия, для которой любое его слово звучало как откровение.
— Да выдохните уже, — сказал Макс.
— Молодой господин... У вас ведь есть новый план? — осторожно спросил Хэнк.
Первая засада удалась блестяще. Враг не ожидал нападения за пределами графства и вошёл в лес вслепую.
Но одна и та же уловка дважды не сработает.
Теперь войска Адольфа наверняка обойдут Атараксию, даже если потеряют несколько дней. И придут в куда большем числе.
— Ударим первыми, — сказал Макс.
Хэнк решил, что ослышался.
— Мы?.. Нападём сами?
Заместитель Хэнка замер с открытым ртом. Гвен тоже вскинул голову.
Селтрины уступали противнику и в людях, и в запасах. Лезть вперёд при таком раскладе казалось чистым безумием.
— Молодой господин, это уже чересчур...
Макс поднял ладонь, и Гвен осёкся.
— Нельзя давать им опомниться. Пусть нервничают. Пусть гадают, откуда мы ударим и что задумали.
Он постучал пальцем по виску, затем наклонился над картой.
— Начнём отсюда.
Палец лёг на лес Атараксия — то самое место, где Селтрины одержали первую победу.