Я разложил карту на коленях и ещё раз сверился с маршрутом.
Первую часть похода мы уже закончили: прошли от западной границы Центрального континента до озера Элрайн, попутно вычистив всё бандитское отребье, до которого смогли дотянуться. Теперь нам предстояло двигаться на северо-восток. В конце пути находился торговый город Вэя — восточные ворота континента и место встречи с Региной.
До назначенного дня оставалось совсем немного. Разберёмся с последней шайкой — и успеем вовремя.
Вот только последняя цель была не из лёгких.
Кровавый Шторм наводил ужас на весь северо-восток. С обычными разбойниками тоже хватало мороки: почти все они прекрасно держались в седле, налетали внезапно и так же быстро исчезали. До сих пор нам везло. В подземельях ни шайка Блейда, ни остальные банды не могли использовать лошадей, поэтому мы прижимали их к стене и добивали без особых затей.
Здесь так не выйдет.
Сначала нужно было лишить врага главного преимущества — скорости.
— Может... не стоит лезть именно к ним? — осторожно спросил Дэн.
Я вопросительно поднял бровь.
— Про Кровавый Шторм всякое рассказывают. Они будто с лошадьми срослись. Если захотят уйти, мы их не догоним. А если окружат...
— Не ссы, — фыркнул Годвин.
— Я не ссу. Я думаю головой. Что ты будешь делать, когда они начнут носиться вокруг нас и бить со всех сторон?
— Перебью всех к чёртовой матери.
— Жизнь была бы куда проще, если бы одного твоего желания хватало.
Дэн покачал головой. Годвин уже набрал воздуха, чтобы рявкнуть в ответ, но я оборвал их раньше.
— Хватит. Дэн прав: в чистом поле они нас раскатают.
— Значит, отступаем? — нахмурился Годвин.
— С чего бы? Нужно просто заставить их драться там, где лошади не помогут. План у меня уже есть.
— Уже? — Дэн моргнул.
Камиан, Аннет и Аллен даже не удивились. Они смотрели так, будто я обязан был придумать всё заранее.
Похоже, остальные всерьёз считали меня великим стратегом, который между завтраком и обедом походя выигрывает войны.
Хоть бы иногда сомневались. От их веры в меня только тяжелее.
Я убрал карту.
— Слушайте внимательно. Объясню один раз.
Я начал рассказывать, как мы проведём последнюю операцию.
* * *
Эту землю называли Пустошью. Иногда — Покинутой землёй.
Куда ни глянь, тянулись песок и голый камень. Ни травы, ни тени, ни капли воды. Говорили, когда-то здесь зеленели поля и люди собирали богатый урожай, но теперь в такие сказки верили разве что дети. Даже муравьи обходили Пустошь стороной.
Именно поэтому старая крепость в Долине Зноя стала идеальным убежищем для Кровавого Шторма.
Её нашёл Ибрагим. Заброшенные стены сами по себе мало чего стоили, однако внутри бил чистый родник. Увидев воду, главарь сразу понял, что судьба преподнесла ему подарок. В округе никто не жил, случайные путники сюда не забредали, а чужое войско погибло бы от жажды ещё на подходе.
Так древняя крепость стала логовом разбойников. Отсюда они годами совершали набеги, грабили деревни и возвращались туда, где их никто не мог достать.
В тот день всё начиналось как обычно.
— Босс, следующая добыча на западе, — доложил один из людей Ибрагима и протянул записку, принесённую голубем.
По тому, откуда прилетела птица, уже можно было понять, в какую сторону придётся ехать.
— Неплохо.
Ибрагим развернул бумагу и оскалился.
Схема была простой. В каждой подходящей деревне у них сидел осведомитель. Стоило ему сообщить, что солдат мало, как шайка налетала, забирала всё ценное и исчезала. Мелкие княжества не могли держать гарнизон в каждой глуши, и Кровавый Шторм этим пользовался.
— Марселлин... Давненько мы там не были. Наверняка опять жирком обросли.
Глаза Ибрагима загорелись. Он грабил деревни много лет, но очередную добычу по-прежнему предвкушал с азартом.
— Босс...
Стоявший рядом разбойник замялся.
— Чего тебе?
— Говорят, по округе ходит отряд, который истребляет банды. Ещё говорят, они подбрасывают ложные сведения. А вдруг это ловушка?
Ибрагим презрительно хмыкнул.
— Ты сам сказал, кого они истребляют?
— Б-бандитов...
— Вот именно. Бандитов. Жалкое дерьмо, которое трясёт кошельки с проезжих купцов. А мы берём целые деревни. Думаешь, эти ублюдки рискнут сунуться к Кровавому Шторму?
Ибрагим терпеть не мог, когда его людей ставили в один ряд с обычными дорожными грабителями. Он искренне считал себя человеком иного размаха.
— Простите, босс.
— Хватит молоть чушь. Готовь людей.
— Да, босс!
Через некоторое время шайка покинула крепость и отправилась за новой добычей.
* * *
— Сука!
Лицо Ибрагима перекосило от ярости.
Записка оказалась поддельной.
В Марселлине их встретили не беззащитные крестьяне, а более сотни вооружённых солдат. Засада была подготовлена заранее: враги точно знали, откуда и когда появится шайка.
При равных условиях Кровавый Шторм мог победить. Людей у Ибрагима было не меньше. Но их застали врасплох, зажали на неудобной улице и не дали развернуться. После короткой, жестокой схватки шайке пришлось отступить, потеряв больше двадцати человек.
Такого позора шайка не знала с тех пор, как набрала силу.
Никто не смел заговорить. Разбойники только гнали лошадей и не решались поднять глаза на главаря.
— Быстрее, тупые скоты! — заорал Ибрагим. — Если они подстроили засаду, то могли добраться и до крепости!
— Да, босс!
Грохот копыт.
Отряд прибавил ходу.
* * *
Грохот копыт.
Над песком поднялась густая пыль. Разбойники влетели в узкую долину и вскоре увидели знакомые стены.
Старая крепость выглядела жалко, но для них она была домом и надёжным убежищем. Никто прежде не добирался сюда следом за ними. Когда впереди показались ворота, люди Ибрагима заметно расслабились.
Снаружи всё казалось спокойным.
А потом над стенами выросли человеческие фигуры.
В руках у них были луки.
— Какого?..
Свист стрел.
Стрелы обрушились прежде, чем разбойники успели развернуть коней.
Глухие удары.
— А-а-а!..
— Сука!..
Первые всадники вылетели из сёдел. Кому-то стрела вошла в плечо, кому-то — в грудь или шею.
Ибрагим опомнился мгновенно.
— В стороны! Назад!
Шайка раскололась надвое, резко развернулась и ушла из-под обстрела. Двигались они слаженно и быстро. Свою дурную славу эти люди заработали не зря.
Отойдя за пределы выстрела, отряд снова собрался.
— В крепости враги?..
— Они и правда сюда добрались...
Разбойники переговаривались вполголоса. Их логово впервые захватили чужаки, и от прежней самоуверенности ничего не осталось.
— Заткнулись! — рявкнул Ибрагим. — Мир ещё не рухнул.
— Босс...
— Думайте головой. Они сидят внутри, а не мы. Ты, бери людей и перекрой вход в долину. Живо!
Решение было разумным. Узкий проход оставался единственной дорогой наружу. Небольшого отряда хватило бы, чтобы остановить подкрепление, а заодно запереть захватчиков в крепости.
Пусть сидят там, как крысы в бочке. Вода у них есть, зато еды почти нет. Рано или поздно сами полезут наружу.
Ибрагим снова почувствовал себя хозяином положения.
* * *
— Семеро? Маловато, — недовольно пробормотал Годвин.
Он явно рассчитывал, что первый залп уложит хотя бы половину шайки.
— Быстро ушли, сволочи, — сказал Дэн.
— Я предупреждал: это не мелкая шваль.
Среди банд Центрального континента Кровавый Шторм считался одной из сильнейших. Я выбрал эту банду не случайно. После множества стычек нам требовался противник, на котором каждый сможет проверить, чему научился. Лучшего завершения похода не придумать.
— Их всё равно больше семидесяти, — тихо сказала Аннет.
— Значит, каждому достанется примерно по десять, — спокойно ответил Камиан.
Ещё недавно он бы так не сказал. Непрерывные бои вымотали его, зато подарили уверенность, которой не добиться на тренировочной площадке.
— М-мы справимся, — поддержал его Аллен и сжал кулак.
Основания для уверенности у нас были. В открытом поле нас бы окружили и перебили. За стенами численное преимущество врага уже не выглядело безнадёжным.
— Господин, всё идёт, как вы сказали, — восхищённо заметил Дольф.
Разбойники разделились. Часть отряда направилась к выходу из долины.
— А куда им ещё деваться?
Я усмехнулся и посмотрел на Годвина.
— Пора. Действуй по плану.
* * *
— Босс, что будем делать?
— Ничего. Спешить должны они, а не мы.
Ибрагим говорил спокойно. Он был уверен, что разгадал замысел врага.
Сначала его выманили ложной запиской и потрепали в засаде. Потом заняли крепость, надеясь, что шайка в ярости полезет на стены и погубит себя в бессмысленном штурме.
Слишком примитивно. Я не тупой деревенский грабитель.
Ибрагим не собирался бросаться вперёд.
— Посидим на месте, и они занервничают. Они ждут штурма, а мы сломаем им весь расчёт.
— Но родник остался внутри...
— И что? Вода у них, зато свобода у нас. Наберём сколько нужно в ближайшей деревне. Заодно привезём еды.
Он усмехнулся. Почти все припасы разбойники забрали в поход. В крепости осталась вода, но одной водой не проживёшь.
— Как всегда, босс, вы всё предусмотрели.
— Рад, что до тебя дошло. Возьми людей и отправляйся за провизией.
— Да, босс!
Разбойник уже повернулся к лошади, когда ворота крепости распахнулись.
Наружу вышел огромный лысый мужчина. Ростом он был почти с медведя, а шириной плеч напоминал шкаф.
— Это что, вызов на поединок? — фыркнул Ибрагим.
Шайка загоготала.
— Совсем крыша поехала!
— Думает, мы к нему по одному полезем!
Годвин остановился перед воротами и гаркнул так, что голос прокатился по всей долине:
— Эй, говнюки! Вылезайте!
Улыбки на лицах разбойников исчезли, однако Ибрагим лениво поднял руку.
— Не ведитесь. На такую дешёвую провокацию клюнет только безмозглый идиот.
— Точно, босс!
Люди снова успокоились.
Тогда Годвин заорал ещё громче:
— Не выйдете — переломаю всё ваше золото и серебро в труху!
Разбойники снова заржали.
— Вот дебил!
— Как он сундуки откроет?
Ибрагим любил порядок. Добычу хранили в прочных железных сундуках, каждый запирался на дорогой замок, сделанный по заказу. Единственный ключ лежал у самого главаря.
— Жалкая попытка, — процедил он. — Даже придумать ничего толком не смогли.
Грохот.
Со стены сбросили сундук.
Следом к нему сбросили чудовищный молот. С виду он весил столько, что обычный человек не смог бы даже сдвинуть его с места.
Разбойники продолжали смеяться.
Годвин взялся за рукоять обеими руками.
— А-а-а!..
Удар металла о металл.
Крышка сундука вмялась внутрь.
Смех стал тише.
Треск металла.
Второй удар разворотил сундук. По земле рассыпались монеты, кубки и украшения.
Никто больше не смеялся.
Годвин занёс молот в третий раз.
Сокрушительный удар.
Монеты, кубки и украшения смешались с песком, превратившись в искорёженный лом.
Ибрагим побелел.
— Чего встали, бесполезные ублюдки?! Вперёд! Живо!