В потайной комнате не горело ни одной лишней свечи. За длинным столом сидели люди в чёрных мантиях. Лиц не было видно, но и без того чувствовалось: всем здесь не по себе.
Никто не решался заговорить первым.
Тук-тук.
— Кто там?
— Прибыл Посланник Красного Дождя.
— Впустите.
Дверь отворилась, и в комнату скользнул невзрачный мужчина. Стоило отвернуться — и уже не вспомнишь ни лица, ни походки. Именно так и должен был выглядеть Посланник.
Он не поздоровался.
— Слышал, в Священном городе Леферии вы лишились всего, что строили столько лет.
Люди за столом помрачнели. Слишком уж прямо он напомнил о недавнем разгроме культистов Тёмного бога.
— Пришёл позлорадствовать?
— Что вы. Небесный владыка искренне скорбит о вашей утрате.
— И ради этого ты тащился сюда?..
— Ради возможности.
Посланник оборвал говорившего и едва заметно улыбнулся.
— Какой ещё возможности?
— Скоро вам выпадет редкий шанс. Небесный владыка советует его не упустить.
— Говори яснее.
— Сами разберётесь. А если нет, то я вообще не понимаю, какого чёрта мы с вами связались.
— Наглец!
— Следи за языком, сукин сын!
Несколько человек вскочили, но старик, сидевший во главе стола, ударил ладонью по подлокотнику.
— Хватит!
Его голос сразу вернул всех на места.
Старик посмотрел на Посланника.
— Передай своему господину: одна неудача нас не сломила.
— Вы о себе слишком высокого мнения.
Посланник усмехнулся.
— Да я тебя сейчас...
— Ещё слово — и пожалеешь!
— Я сказал: хватит!
На этот раз старик почти рявкнул. Возмущённые голоса стихли.
Посланник развёл руками с таким видом, будто ничего не произошло.
— Да ладно вам. Пошутил. Мы прекрасно знаем, на что вы способны. Иначе не стали бы сотрудничать. Надеюсь, наше взаимовыгодное дело продолжится.
Он развернулся и ушёл, даже не попрощавшись.
Едва дверь закрылась, люди в мантиях заговорили все разом.
— Пророк, нельзя это спускать!
— Он нас унизил!
— Зачем мы вообще терпим этих ублюдков?..
— Довольно.
Старика называли Пророком не из вежливости. Одного его слова хватило, чтобы спор прекратился.
— Злость мешает думать. Мы не имеем права принимать решения сгоряча.
Никто не ответил.
— Церковь ослабла, но всё ещё опасна. К тому же старая тварь жива.
Пророку самому было далеко за восемьдесят, однако все поняли, кого он имел в виду. Святую Леферию.
— Враг нашего врага пока нам полезен. У Красного Дождя и у нас есть общая цель. Значит, мы будем работать вместе, пока это спасает жизни наших братьев.
— Поняли.
— Тогда следите за обстановкой. Будьте готовы выступить в любую минуту.
Кто-то осторожно спросил:
— Всё настолько серьёзно?
— Нам обещали возможность.
— А если Посланник соврал?
Пророк медленно поднял глаза.
— Не соврал.
Сомнений в его голосе не было.
Культисты Тёмного бога начали готовиться к выходу из подполья.
Весна незаметно перетекла в начало лета, и по Академии святой Леферии пополз новый слух.
Накануне ночью первая принцесса Оскар внезапно уехала в имперскую столицу.
Новость ошеломила всех. Принцесса считалась образцовой студенткой и никогда не бросала учёбу без причины. Посреди семестра она не сорвалась бы с места просто так.
Студенты принялись гадать.
— Говорят, император сам вызвал её во дворец.
— Зачем?
— После беспорядков в Священном городе он боится за дочь.
— Ерунда. Он строгий отец, а не наседка.
— Тогда дело в свадьбе. Ей больше незачем учиться, вот и вернули готовиться к браку.
— С кем? У неё даже жениха нет.
— Ты совсем тупой? У таких людей браки решают семьи.
— И ты правда думаешь, принцесса согласится?
— А разве она не встречается с Максом Селтрином с четвёртого курса?
Разговор оборвался.
Потом на несчастного обрушились со всех сторон.
— Фу, не говори такую мерзость!
— Совсем охренел?
Вот так я снова оказался врагом всех мужчин академии. Тяжела жизнь красавчика, ничего не скажешь.
Как бы то ни было, отъезд Оскар обсуждали в каждой аудитории и за каждым столом. Настоящей причины не знал почти никто.
Кроме меня.
Император слёг.
Он был не стар и прежде не жаловался на здоровье. Если такой человек внезапно оказался при смерти, без чужого вмешательства не обошлось.
Сначала я подозревал сторонников первого принца. Адольф больше всех выигрывал от болезни отца, а положение Оскар становилось шатким. Но сам действовать напрямую он бы не стал. Слишком умён и слишком осторожен.
Значит, ему помогли.
Красный Дождь.
Адольф и Красный Дождь идеально подходили друг другу. Адольф хотел трон. Красному Дождю был нужен хаос. Гражданская война вымотает империю, сожрёт её деньги и людей, а заодно отвлечёт от того, что происходит в академии.
Здесь училось и работало немало выходцев из империи. Если они погибнут или уедут, академия тоже ослабеет.
Теперь вся картина сложилась.
Я поднялся из-за стола.
К этому дню я готовился давно. Пора было раскрывать карты.
— Слышала новости?
— Разумеется.
Я сидел в профессорском кабинете Регины. Здесь, как и прежде в её комнате председателя студсовета, всё лежало на своём месте. Ни пылинки, ни случайной бумаги.
И только слабый запах ментола выдавал хозяйку. Регина всё так же курила.
— Значит, начинается? — спросила она.
— Почти наверняка.
Я сделал глоток. Чай Регина заваривала прекрасно, хотя сама вряд ли считала это чем-то важным.
Главным результатом нашей подготовки стал союз двух домов. Дом Селтрин располагал деньгами, дом Эренберт — армией. Ещё несколько лет назад такой брак сочли бы невозможным. Теперь он мог решить исход Имперской гражданской войны.
— Что у тебя? — спросил я.
— Я поручила всё брату.
— Тогда можно не волноваться.
Лобел Эренберт временно возглавлял дом и в делах не допускал небрежности. Если он занялся подготовкой лично, север не окажется застигнут врасплох.
Регина кивнула.
— А ты?
— Попросил графа...
Она посмотрела на меня.
— Графа?
— Отца. Всё ещё не привык.
Я усмехнулся.
— Попросил его скупать зерно и припасы. Столько, сколько удастся достать.
Во время войны еда стоила не меньше золота. Сейчас её ещё можно было покупать по обычной цене, но скоро стоимость взлетит.
К тому же на этот раз кормить предстояло не только людей Селтрина. На севере не хватало пахотной земли, поэтому армия Эренбертов зависела от подвоза.
— Солдат с пустым брюхом не воюет, — сказала Регина. — Ты решил нашу главную проблему.
— Лучше пусть зерно останется, чем в нужный день его не хватит. А вы дадите мне бойцов, способных выиграть войну.
Уголки её губ дрогнули.
— И это всё?
— Конечно нет.
— Что ещё?
— Секрет.
— Секрет, значит.
— Не портить же сюрприз.
Я улыбнулся, и Регина больше не стала спрашивать.
Моим козырем были жители поселения, которых я почти два года учил воевать.
После победы над Церковью они разошлись кто куда. Небольшая часть отправилась во владения Селтрина, остальные вернулись к прежней жизни. Теперь пришло время собрать их снова.
Перед расставанием я выдал каждому дорогое устройство связи. Теперь до них можно было дозвониться из любой точки континента.
Проблема заключалась в другом: приборов было больше двухсот. Если кто-то не отвечал, приходилось звонить снова и снова.
Сам я заниматься этим не собирался. В конце концов, зачем человеку слуги?
— Дэн, подойди.
Он оказался неподалёку и тут же прибежал.
— Что угодно, молодой господин?
Я указал на целую груду устройств связи.
— Видишь?
— Да, господин.
— Через них можно связаться с моими людьми. Всего устройств чуть больше двухсот.
По лицу Дэна я понял: смысл поручения он уже уловил.
— Свяжись с каждым и передай, чтобы приезжали во владения Селтрина. Откажутся — не дави. Мне нужны только те, кто сам хочет идти за мной.
— С каждым?..
— С каждым.
— А если не ответят?
— Звони, пока не ответят.
Дэн тяжело сглотнул.
— Господин, одному мне будет трудновато...
— Справишься.
Он молчал.
Я положил руку ему на плечо.
— Я в тебя верю.
Хлоп-хлоп.
Дэн побледнел так, будто я уже отправил его на казнь.
Я направился к двери, но вовремя вспомнил ещё кое-что.
— Постой.
— Да?
В его глазах вспыхнула надежда. Бедняга решил, что я передумал.
Зря.
Я достал серебряную брошь в виде милой черепашки.
— Показывай это при разговоре.
Броши сделала Ран. Такую же получил каждый житель поселения. Увидев знак, они поймут, что Дэн говорит от моего имени.
— Понял, господин.
Надежда в его глазах умерла.
— Не кисни.
Я снова похлопал его по плечу и ушёл.
Так я начал собирать свой тайный отряд во владениях Селтрина.