Блейд, главарь банды Красный Волк, никогда не признавал над собой хозяина. Он мог прикинуться ручным, мог даже лизнуть протянутую ладонь, но стоило отвернуться — тут же вцеплялся в горло.
Я знал эту тварь слишком хорошо. В прошлых прохождениях он предавал меня не раз.
Поэтому жить ему нельзя.
Оставалось решить, как именно он сдохнет.
Проще всего было прикончить его самому. И, чего уж скрывать, это доставило бы мне удовольствие. Но потакать себе — не всегда лучший выбор. Куда полезнее дать людям самим поставить точку — прежде всего жителям одиннадцатого этажа, которых Блейд годами гнул, морил голодом и использовал как расходный материал.
— У-у-ух...
Блейд пришёл в себя после моего пинка и протяжно застонал. Голова гудела, тело ещё плохо слушалось, зато глаза уже метались по сторонам. Он быстро понял, где лежит, кто стоит рядом и насколько паршивы его дела.
Блейд был гордым и злобным, но не настолько тупым, чтобы умереть из принципа. Когда требовалось выжить, он умел ползать на брюхе. Правда, при первой же возможности снова кусал руку, которая его пощадила.
— Я проиграл... Вчистую проиграл.
Он произнёс это нехотя и настороженно огляделся.
— И? — спросил я.
— Что ты со мной сделаешь?
— Понятия не имею.
Блейд на миг растерялся, потом торопливо заговорил:
— Оставь меня в живых. Я пригожусь.
— Пригодишься?
Я повторил это так, будто и вправду заинтересовался. Блейд тут же оживился: решил, что ухватился за спасительную верёвку.
А вот лица жителей одиннадцатого этажа разом окаменели.
— Сам видел, я сильный. Не хвастаюсь, просто говорю как есть. Я владею аурой меча. В такой дыре лишний сильный боец на вес золота.
— Допустим.
— И я многое знаю. Здесь есть вещи, о которых известно только мне. Я всё расскажу. Без утайки.
Он торговал единственным, что у него осталось: силой и сведениями. В подземелье такое предложение могло соблазнить кого угодно.
Но не нас.
Ни мне, ни моим спутникам этот ублюдок был не нужен.
— Ладно. Я тебя услышал.
— Тогда...
— Только решать твою судьбу буду не я.
— Рыцарь? Я могу с ним поговорить. Я объясню...
— Нет.
Бах!
Я снова пнул его, на этот раз так, что связанный Блейд покатился по грязному полу.
— А-а-а!.. Какого хрена?!
Он остановился прямо перед толпой — перед людьми, которых считал скотом.
— Он ваш, — сказал я. — Хотите — убейте. Хотите — оставьте в живых. Мне всё равно.
Несколько секунд никто не двигался. Люди смотрели то на меня, то на Блейда и словно не верили, что услышали правильно. Они явно боялись, что его пощадят, уведут или снова поставят над ними.
— В-вы правда отдаёте его нам? — спросил один из мужчин.
— Правда. Решение уже принято. Делайте, что считаете нужным.
— Совсем что угодно?
— Совсем.
Лишь после второго подтверждения до них дошло: ловушки нет.
— Постой! — заорал Блейд. — Ты не можешь отдать меня этим ничтожествам!
Сам себе могилу вырыл, а всё равно не сумел заткнуться. Даже сейчас, когда его жизнь была у них в руках, он называл их ничтожествами.
Значит, презирал их по-настоящему и не считал людьми никого, кто не входил в его банду.
Скрип.
Кто-то стиснул зубы.
Никто не произнёс ни слова. Люди только переглянулись — и этого хватило.
Один поднял с земли камень. За ним второй. Третий выбрал булыжник потяжелее.
Блейд наконец понял, чем всё кончится.
— Эй... Эй, спокойно! Останови их! Это неправильно! Я могу быть полезен! Я...
Хрясь!
Камень угодил ему в висок. Кожа лопнула, по лицу хлынула кровь.
— П-пощадите...
Поздно.
Это был только первый удар.
Тук! Бах! Хрясь! Тук!
— А-а-а! Хватит! Перестаньте! Я сказал, перестаньте!..
Камни посыпались один за другим. Связанный Блейд не мог ни закрыться, ни отползти. Он дёргался, выл, просил прощения, обещал всё на свете, но никто уже не слушал.
Глухой удар.
Тело обмякло.
Блейд сдох в грязи, под ногами тех, кого годами держал за бесправную скотину.
Для главаря разбойников — вполне заслуженный конец.
* * *
— Мы всем вам обязаны, — сказал исхудавший мужчина средних лет. — Если бы вы не пришли, нас бы использовали до последнего, а потом выбросили, как ненужный хлам.
Он поклонился, и вслед за ним заговорили остальные.
— Спасибо!
— Вы нас спасли!
— Теперь мы свободны!
В голосах мешались радость, облегчение и растерянность. Люди ещё не привыкли к мысли, что Блейда больше нет и никто не ударит их за лишний кусок еды.
Я слушал вполуха. Моё внимание привлекла невысокая худощавая девушка с мягкими, почти щенячьими чертами лица.
Ран.
Младшая ученица великого мастера Крейва.
Вот это руки.
От недоедания она стала тощей, но мышцы на предплечьях и плечах никуда не делись. Они остались плотными и крепкими: такие руки появляются только от тяжёлой работы, а не от прогулок и красивых поклонов.
Сразу видно, что она ремесленница.
Сейчас Ран выглядела спокойнее. Благодарить вслух не стала, зато на лице читалось облегчение. Она тоже участвовала в расправе над Блейдом и явно не жалела об этом.
Значит, я всё сделал правильно.
Теперь можно было закрепить успех.
— Не надо нас благодарить, — сказал я. — Мы сделали то, что должны были.
— Нет, господин. За такое одной благодарности мало.
— Тогда оставим благодарности на потом. У нас есть дело поважнее.
— Какое?
— Блейд говорил, что на этаже полно чудовищ и нежити.
Мужчина сразу помрачнел.
— Это правда.
— Значит, их надо уничтожить.
— Уничтожить?.. Всех?
— Всех.
Он уставился на меня так, будто я предложил свалить потолок голыми руками. Остальные тоже притихли. Мы появились меньше получаса назад, разгромили банду — и уже собирались идти дальше, в незнакомую часть этажа, на врага пострашнее.
Для них это звучало безумием.
— Вы очень сильны, — осторожно начал мужчина, — но здешних тварей нельзя недооценивать. Они не бродят поодиночке. Чудовища и мертвецы держатся отрядами, почти как люди.
Никто из моих спутников даже не дрогнул. На десятом этаже мы уже видели то же самое.
— Ясно. Ничего нового, — сказал я. — Карта у вас есть?
Местность я и без неё помнил неплохо. Но людям нужен был понятный план, а не слова человека, который якобы всё знает. Карта отлично подходила.
— К-карта? Да, где-то была...
— Принесите сейчас.
— Я поищу...
— Она у меня.
Раздался низкий женский голос.
Ран вышла вперёд, достала из кармана сложенный лист и протянула его мне.
— Ты просил карту.
— Верно.
Я развернул бумагу. План был начерчен аккуратно, с расстояниями, тропами и отметками опасных мест. Достаточно взглянуть, чтобы понять, чья это работа.
— Отлично сделано.
— Обычный набросок. Только есть две белые зоны.
— Белые?
— Туда никто не смог пройти.
— Значит, нам туда и надо.
Ран ничего не ответила. Просто посмотрела на меня внимательнее.
Так смотрят, когда после долгого перерыва встречают человека, от которого можно ждать чего-то интересного. Наверное, поэтому она сама принесла карту.
Раз уж ждёт — придётся не разочаровать.
Я повернулся к своим людям.
— На каждую точку — по часу. Через два часа вернёмся.
* * *
— Может, всё-таки надо было их остановить?
Мужчина средних лет не находил себе места.
Несколько лет Блейд обращался с ним хуже, чем с дворовой собакой. Стариков и больных здесь давно списали, поэтому сорокалетний мужчина оказался старшим среди выживших и прекрасно понимал: вскоре очередь дошла бы и до него.
А потом появились освободители.
И тут же ушли туда, куда остальные боялись даже заглядывать.
Если они погибнут, всё вернётся к прежнему кошмару. Или станет ещё хуже.
— Не стоило, — сухо сказала Ран. — Они бы всё равно не послушали.
— Почему ты так решила?
— Нам до них далеко. Сейчас мы им только помешаем. Посмотри хотя бы на их оружие и броню. У нас ничего похожего нет.
Мужчина замолчал.
— И вообще, осталась минута, — добавила Ран и посмотрела на часы.
— Ты до сих пор веришь, что они уложатся в два часа?
Она не ответила.
— Сорок секунд.
Люди переглянулись. На Ран смотрели как на сумасшедшую, которая упрямо ждёт невозможного.
— Тридцать.
Стрелка продолжала двигаться.
— Десять.
Тишина стала вязкой.
— Пять.
Топ-топ-топ-топ-топ!
Кто-то быстро приближался.
Все разом повернули головы.
— Похоже, я не опоздал.
Из прохода вышел Макс. С головы до ног он был залит кровью странного цвета.
— В-вы?!
— Что случилось?
— Вы уже вернулись?..
Макс не стал отвечать. Только оглянулся через плечо.
Тяжёлые шаги.
Следом показались Гвен и остальные. На них тоже была чужая кровь, но шли они ровно и уверенно. Никого не несли, никто не хромал.
Все вернулись.
— Неужели?.. — выдохнул кто-то.
— Вы правда закончили за два часа?
— Да этого не может быть...
Люди ещё пытались решить, не ошиблись ли они, когда бойцы Гвена молча дали ответ.
Свист! Свист! Свист!
В воздух взлетели три тяжёлых предмета.
Грохот!
На землю упали огромные змеиные головы.
Три головы Гидры — главного чудовища одиннадцатого этажа.
— М-мать твою...
— Это же Гидра!
Отрубленные пасти всё ещё подрагивали, будто тварь собиралась снова укусить. Жители попятились.
— Вы её убили?.. Правда убили?
— И всех остальных тоже?
— За два часа?.. Как?!
Но на этом представление не закончилось.
Макс бросил на землю тускло-серое сердце. Оно всё ещё билось.
— А это сердце короля-лича. Больше оно ни на что не годится.
Топот.
Хруст!
Сапог раздавил сердце.
В тот же миг над площадью прокатился вой, от которого заложило уши и застыла кровь.
Кья-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!
— А-а-а!
— Что это?!
— Господи!..
Люди попадали на землю, закрывая уши. Только Ран осталась стоять. В её глазах горел чистый, почти детский восторг.
Макс поймал её взгляд и спокойно произнёс:
— Зачистка закончена. Мы победили. Полностью.