Великий Огонь Разрушения.
Говорили, это пламя вспыхнет в день гибели мира. Все считали его старой страшилкой, но оно существовало на самом деле. Великий Огонь таился на вулканическом острове у южной оконечности континента — в месте, которое не зря называли адом.
* * *
Жар стоял такой, что каждый вдох обжигал горло. Над чёрной землёй дрожал воздух, а подошвы, казалось, вот-вот расплавятся.
Живому здесь было не место.
И всё же по острову брела целая толпа незваных гостей.
— Терпеть не могу потеть, — проворчал низкорослый, но могучий дворф с серой бородой.
Лицо его было сплошь изрезано шрамами. Одного взгляда хватало, чтобы понять: шутить с ним опасно.
— Вождь! Этот уже сдох! — крикнул другой серый дворф.
— Вот позорище, — отозвался третий. — Вычеркнем дохляка из рода и тут же спалим. Место подходящее.
Калькус, тот самый шрамолицый Вождь, лениво махнул рукой.
— Кто сказал, что он сдох? В моём роду слабаков нет. Пните его.
Бум! Бум!
Тюк!
Лежавший без движения дворф рывком сел, будто воскрес.
— О, живой.
— Какого хрена вы меня разбудили?! — рявкнул он.
Калькус фыркнул:
— Ты чего разлёгся, болван? Забыл, что мы сюда работать пришли?
— А... Точно. Работа.
— Вот же придурок.
В месте, где обычный человек умер бы от одного только жара, серые дворфы вели себя так, словно выбрались за город выпить и подраться.
И правда, обычными их не назовёшь.
Племя серых дворфов славилось силой и безрассудной храбростью даже среди своих сородичей. А на проклятый остров их привело задание Красного Дождя.
Калькус оглянулся.
— Ты там тоже дрыхнешь, Тьма?
В Красном Дожде это имя носила лишь одна женщина — Наташа, последняя тёмная эльфийка.
— Нет, — безучастно ответила она.
— Что-то рвения в тебе не видно.
— Интересно, почему.
Калькус ухмыльнулся.
— Жалко высших эльфов? Вы ведь даже не родня.
Высшие эльфы считались детьми Мирового Древа. Тёмные же появились на свет от Древа Чёрной Луны. Одних почитали как наследников древней крови, других веками проклинали и сторонились.
Теперь это различие почти потеряло смысл: тёмные эльфы исчезли.
Почти все.
— Высшая эльфийка ни в чём не виновата, — сказала Наташа.
— Тогда, выходит, половина мира ни в чём не виновата, — расхохотался Калькус. — Но старый мир должен сгореть дотла, иначе новый не родится. Ради этого мы и подожжём Мировое Древо. Разве нет?
— И что?
— А то. Хватит разводить сопли. Делай своё дело. Не нравится — проваливай.
Наташа поднялась.
Пот ручьями стекал по лицу, одежда промокла насквозь, и это бесило её ещё сильнее.
— Дело я сделаю. А чувствовать буду то, что захочу.
— Ха-ха! Уже ради одного твоего вида стоило сюда тащиться. Вся мокрая, злая...
— Заткнись, Вождь.
Обычно Наташа не опускалась до дешёвых оскорблений вроде коротышки или обрубка. Да и слово Вождь было всего лишь прозвищем — таким же, как Профессор, Ведьма, Тень, Посланник или Тьма.
— Какая же ты всё-таки жалкая и забавная...
Калькус вдруг осёкся. С лица исчезла ухмылка.
Он поднял боевой молот, который был выше его самого.
— Парни, шабаш закончился! За работу!
— О-о-о!
— Вот это другое дело!
— Работа! Работа!
Серые дворфы натянули шлемы и взялись за оружие. Ростом они не вышли, зато стояли крепко, словно выкованные из стали.
И тут впереди раздался рёв.
Р-р-ра-а!
Из марева вышли огромные ящерицы, объятые пламенем. На материке таких чудовищ не водилось. Их породил сам остров, и выжить здесь могли только твари с нечеловеческой живучестью.
Но серые дворфы уступать им не собирались.
Калькус вскинул молот.
— Вперёд, дети мои! Разнесите эту погань!
— В бой!
Они рванули с места ещё до того, как он договорил.
* * *
Великий Огонь Разрушения таился в самом сердце острова.
Туда не совались даже серые дворфы. Они остались ждать снаружи, а дальше пошли только Наташа и Калькус.
Тёмная эльфийка окружила себя защитным барьером. Калькус смерил его презрительным взглядом.
— Жалкие фокусы. Настоящий мужик выдержит жар голым телом. Как я.
— Во-первых, я не мужик. Во-вторых, на тебе столько защиты, что тебя самого не видно.
— Это особые огнеупорные доспехи! В них хоть в лаву прыгай!
— Тогда сам и иди за пламенем.
— Не могу.
Наташа медленно повернула голову.
— Что?
— Испытания ещё не закончены.
Она молча уставилась на него.
Почему мне каждый раз достаётся именно такой напарник?
— Ха-ха! А я поболею за тебя отсюда.
Вот же мерзкий... Сволочь...
Наташа стиснула переносицу, пытаясь не сорваться.
— Давай быстрее, — подбодрил её Калькус.
Она ничего не ответила.
Через двадцать минут Наташа вернулась с искрой Великого Огня Разрушения.
Кожа у неё покраснела, одежда висела клочьями. Выглядела она так, будто чудом выбралась из печи.
Калькус тут же заржал:
— Ха-ха-ха! Да ты теперь не тёмная, а красная эльфийка... Ай!
— Сдохни, коротышка!
На этот раз Наташа всё-таки не выдержала.
* * *
Подготовиться.
Легко сказать, когда понятия не имеешь, к чему именно готовиться.
Внутренний конфликт среди высших эльфов?
Это казалось самым вероятным. В Забытом лесу жили только они, значит, неприятности Хирезии должны были быть связаны с кем-то из её народа.
Правда, с её прямым характером трудно было представить, что она ввязалась во внутренний конфликт. С другой стороны, высшие эльфы тоже не одинаковы.
Но зацикливаться на одной версии нельзя.
В этой игре беда могла нагрянуть даже в самое тихое и безопасное место.
— Нежить? Чудовища? Кто-то ещё? Да что угодно, — пробормотал я, крутя в пальцах перо.
Считать предстоящую поездку простым отдыхом с девушкой из другой расы было бы глупо. Нужно было готовиться всерьёз.
— Для начала возьму побольше свитков.
Свитки с мощными боевыми заклинаниями почти не продавались, зато вспомогательные не раз спасали мне жизнь.
— И ещё заказ у Ран... Она ведь уже должна была закончить?
После изготовления знамени у неё остался мифрил, и она сама предложила сделать что-нибудь ещё. Отказываться от такой возможности было преступлением: мастера уровня Ран не раздают подобные предложения направо и налево.
Жаль только, что вещь не появилась раньше. В бою с тем чокнутым некромантом она бы мне очень пригодилась.
— Ладно.
Я поднялся из-за стола. До отъезда оставалось мало времени, так что заказ следовало забрать сейчас.
* * *
— О, Спаситель сегодня рано!
— Надеюсь, нам пока не придётся спускаться ниже, ха-ха!
— Отдыхайте.
В подземном лагере меня встречали как старого знакомого. Здесь и правда стало почти уютно, хотя на следующем этаже нас наверняка ждала новая мясорубка.
— Спаситель, позвольте сопровождать вас.
Милия каким-то образом снова нашла меня первой и вытянулась по стойке смирно.
Надёжная девушка. Жаль, рядом с ней я всякий раз чувствовал себя главой какой-то секты.
— Не стоит, здесь безопасно...
— Опасность может скрываться где угодно. Защищать вас — мой долг.
С каких это пор?
— Я пойду с вами, — твёрдо повторила она.
— Ладно. Пойдём.
Судя по её лицу, отказ не подействовал бы. Она бы и до уборной меня проводила.
Так что к мастерской Ран мы отправились вдвоём.
— О, Макс! И леди Милия?
Ран вышла нам навстречу прямо из кузницы.
— Смотрю, ты уже обжилась.
— Ага. После двух переездов наловчилась. Теперь за день-два ставлю горн, меха, наковальню — и можно работать.
После перехода на одиннадцатый этаж ей уже дважды пришлось разбирать и перевозить всю мастерскую. Теперь она управлялась с этим как заправский грузчик. Помогло и то, что на тринадцатом этаже нашлась старая кузница, пусть и в плачевном состоянии.
— Так зачем пришёл?
— Хотел узнать, готов ли мой заказ.
— А, эта штука? Готова. Сейчас принесу.
Ран скрылась в кузнице и вскоре вернулась с чем-то серебристым в руках.
Это оказался доспех.
— Та-дам! Особый лёгкий доспех из мифрилового сплава работы великой Ран!
Она с гордостью развернула его перед нами.
Даже на первый взгляд было ясно: вещь выдающаяся. Тонкие, плавные линии, безупречная подгонка, ни одной лишней детали — настоящее мастерство.
— Потрясающая работа, леди Ран, — выдохнула Милия.
Она не могла отвести глаз. Для рыцаря такой доспех был настоящим сокровищем.
— Произведение искусства, — согласился я и взял броню.
— Ничего себе, какой лёгкий...
Я невольно удивился.
Доспех должен защищать, но лишний вес способен погубить не хуже клинка. Бесполезно быть неуязвимым, если в бою едва можешь шевелиться.
А эта броня почти ничего не весила.
— Мифрил, — усмехнулась Ран, словно всё объяснение умещалось в одном слове.
Но я понимал, что дело не только в материале. Это был не чистый мифрил, а значит, в сплаве оставалось немало железа. Сделать его одновременно лёгким и прочным мог только выдающийся мастер.
И всё же одна деталь не давала мне покоя.
— Почему черепаха?
На груди красовалась маленькая черепашка. Причём вырезанная с такой тщательностью, будто это была главная часть работы.
— Не удержалась, — призналась Ран.
Я молча посмотрел на неё.
— Ничего не могу с собой поделать. Вижу свободное место — сразу хочется вырезать черепаху.
— Понятно...
Черепаший меч. Черепаший таран. Знамя с черепахой. Теперь ещё и доспех.
Это уже целый комплект. Интересно, за полный набор дают особый эффект?
— Какая милая, — сказала Милия.
Леди Милия, не надо! Она же теперь никогда не остановится!
Ран довольно прищурилась.
— Сразу видно человека со вкусом.
Похоже, теперь Ран будет украшать черепахами всё, что делает для меня.
— Хватит любоваться. Примеряй.
Я надел доспех. Он лёг по телу как вторая кожа и совершенно не стеснял движений.
— Идеально.
— Рано радуешься. Леди Милия, обнажите меч.
— Что?
— Испытаем броню в бою.
Милия растерянно посмотрела на меня. Я кивнул.
— Делай.
Ран всё равно не отстала бы, пока не убедилась в результате. Да и мне самому хотелось проверить защиту.
— Ты её раньше не испытывала? — спросил я.
Для мастера это было бы странно.
— Конечно, испытывала. Но кое-что осталось.
— Что именно?
— Аура меча.
— Аура меча?!
— Давайте, леди Милия. Бейте со всей силы.
— Стой! Сначала дай снять доспех!
— Тогда какой смысл? Одно дело — удар по манекену, совсем другое — настоящая проверка.
— Какая ещё настоящая проверка?!
Я не видел в её рассуждении ни капли здравого смысла.
— Спаситель... Что мне делать? — спросила Милия.
— Ну же, — подначила Ран. — Веди себя как Спаситель. Ты мне не доверяешь?
Раз так уверена, зачем вообще испытывать?!
Но спорить с гениальным мастером было себе дороже. Я ещё собирался обращаться к ней с заказами.
— Бей.
Я расправил плечи и сделал вид, что совершенно спокоен.
— Х-хорошо.
Милия нехотя окутала цепной клинок аурой меча. Именно это оружие принесло ей прозвище Рыцаря Цепного Клинка.
Сила у него была чудовищная.
И тут мне стало не по себе.
— Я начинаю.
Милия глубоко вдохнула и взмахнула мечом.
Свист!
Красная аура распорола воздух.
Ни хрена себе...
Стоп. Отмена. Я не готов. Мне нужно хотя бы морально собраться!
Лязг!
Клинок ударил меня в грудь.
— Кх!
Я невольно застонал.
Но в следующее мгновение раздался звон.
Дзынь!
Цепной меч, усиленный аурой, отскочил от мифрилового доспеха. На металле не осталось даже вмятины.
— Хе-хе-хе, — довольно рассмеялась Ран.
Я посмотрел на неё и поднял большой палец.
Вот это вещь.
Улыбка сама расползлась по лицу.