— Ух ты!..
У Хэнка, преданного капитана рыцарей Селтрина, вырвался невольный возглас. Он так и застыл с открытым ртом, не замечая, как морозный ветер забирается под воротник.
— Ч-что?..
— Это ещё что такое?!
— Да я сплю! Точно сплю!
Остальные рыцари Селтрина выглядели ничуть не лучше. У всех были такие лица, будто на их глазах произошло невозможное.
Впрочем, иначе и быть не могло.
Они слишком хорошо знали молодого господина — избалованного бездельника, чьи скромные способности давно перестали быть для кого-либо тайной. И вот этот самый человек только что одолел прославленного воина с востока.
Тут у кого угодно земля ушла бы из-под ног.
— С-сильно... — наконец пробормотал Хэнк.
Он уже поверил собственным глазам, но разум всё ещё сопротивлялся. Такого не добьёшься одной усердной тренировкой. Чтобы подняться на этот уровень, Максу пришлось бы будто заново родиться.
А тем временем...
— Я знал! Я всегда в него верил! Ни на миг не сомневался!
Граф Селтрин радовался так, словно у него только что родился первенец. Графиня тоже позабыла о приличиях и вскочила с места.
— Боже мой! Наш сын победил! Он и правда победил!
Супруги схватились за руки и от радости затрясли ими в воздухе.
— Братец... сейчас ты даже выглядел круто... Нет! Что за чушь!
Лисс передёрнуло от одной этой мысли. Она яростно замотала головой, словно могла вытрясти из неё опасное заблуждение.
И только Регина тихо выдохнула.
Фух...
Её губы тронула едва заметная улыбка.
Так семья Селтрин встретила победу Макса.
* * *
— Н-неужели... это правда?..
— Не может быть!..
— Молодой господин... проиграл?!
Рыцари Каверна оцепенели. Они стояли, распахнув глаза и рты, и не могли отвести взгляд от поверженного Архина.
Каждый из них не раз выходил с ним на поле боя. Они знали, насколько он отважен и силён. Втайне многие считали, что среди ровесников ему попросту нет равных.
И всё же он проиграл.
Проиграл всухую.
Да ещё кому — никчёмному старшему сыну дома Селтрин.
Это было хуже кошмара.
— Хм... Так...
Маркиз Ноа Каверн почти никогда не позволял чувствам брать верх. Прозвище Железная Стена Востока он получил не только за свои военные заслуги.
Но сейчас потрясение не смог скрыть даже он.
Взгляд маркиза дрогнул. Плечи едва заметно опустились. Обычно невозмутимое лицо исказилось, и за несколько мгновений он будто постарел на десять лет.
— Г-господин маркиз! Тут наверняка какой-то подвох!
— Верно! Этот трус наверняка прибегнул к грязному приёму...
— Замолчать!
Рёв маркиза ударил по двору, как гром.
Рыцари тут же прикусили языки. Давление, исходившее от хозяина, пригвоздило их к месту. Ещё секунду назад вокруг стоял гомон, а теперь воздух словно промёрз насквозь.
Ноа Каверн посмотрел на графа Селтрина.
— Поздравляю. Вы вырастили достойного сына.
Кхм...
— Да что вы. Просто сегодня удача оказалась на его стороне.
Граф быстро взял себя в руки и постарался ответить скромно.
— Удача?
Маркиз прищурился.
— Н-нет, я не то хотел сказать...
— Вот как. Ну и хитрец же вы. Столько лет скрывали свои замыслы. Прикидывались безобидной дворнягой, а сами растили в доме тигрёнка.
— Что?
Граф Селтрин растерянно моргнул.
Обвинение было настолько нелепым, что другой реакции от него и ждать не стоило. Однако маркизу эта искренняя растерянность показалась очередной уловкой.
До последнего притворяется. Вот же прожжённый интриган.
— Правильно, — усмехнулся Ноа. — Раз уж взялись скрывать когти, надо держаться до конца.
Он смерил графа тяжёлым взглядом и продолжил:
— Теперь я понимаю, что задумал мой старый друг. Никак не мог взять в толк, зачем он предложил этот брак, если так дорожит внучкой. А он всё знал заранее. Яблоко от яблони недалеко падает.
Для мужчины и женщины династический брак означал совсем разное.
Мужчина приводил жену в свой дом. Женщина покидала родных и становилась частью чужой семьи. Поэтому предложение Эренбертов было куда серьёзнее предложения Кавернов.
— Простите, но о чём вы?..
Благодаря родному сыну граф Селтрин внезапно превратился в опасного честолюбца, которого остерегалась сама Железная Стена Востока. Он почесал затылок и беспомощно оглянулся.
— Эренберты... Да, выбор неплохой. Но запомните одну вещь. Они так и не покончили с варварами. А мы уничтожили пиратов.
В ответ повисло молчание.
— Надеюсь, в следующий раз мы встретимся при более мирных обстоятельствах.
Маркиз развернулся. Его рыцари подхватили бесчувственного Архина и поспешили следом.
Так важный гость покинул владения Селтрина. Этот день он наверняка запомнил на всю жизнь.
После его отъезда наша семья наконец спокойно собралась за одним столом.
Для меня, правда, всё происходило впервые. Я никогда прежде не видел ни графа, ни графиню Селтрин.
И всё же от такой заботы я терялся.
Сколько же любви в этих взглядах...
— Ха-ха-ха! Молодец, сын. Отлично справился. Я с самого начала в тебя верил.
Отец, ты уже раз десять это повторил.
— Сыночек мой... Как же ты вырос.
Графиня не выпускала моей руки.
Мама, я уже взрослый. Почему рядом с тобой мне снова десять лет?
Хрусть
Лисс, похоже, давно привыкла к подобным сценам. Она спокойно откусила кусок фрукта и продолжила жевать, глядя куда-то в сторону.
«Погодите-ка.
Вы же понимаете, что нельзя так явно обожать одного ребёнка на глазах у другого? Второй ведь вырастет с прибабахом.
Хотя Лисс, похоже, уже поздно спасать.
Нет... Никчёмным вырос как раз Макс.
С другой стороны, его наверняка баловали до одури, пока в голове что-то не переклинило.
Вот что бывает, когда родители не знают меры».
Впрочем, теперь это уже не имело значения.
— Отец, мама, я хотел кое-что сказать.
Я увёл разговор в сторону, и за столом наконец стало спокойнее.
— Конечно, сынок. Мы слушаем.
— Мы с Региной решили идти до конца.
— До конца? — переспросил граф.
— Да. Вместе.
Я протянул руку и взял Регину за ладонь.
Неловко, конечно, но, наверное, именно так люди и показывают близость.
— Ха-ха, понимаю. Понимаю. Я слишком разволновался и не успел толком порадоваться. А ведь повод замечательный. Просто замечательный.
Граф сиял от счастья.
— Да, дорогой. Я так переживала... Какое облегчение, что всё наконец устроилось.
На глазах графини выступили слёзы. Видимо, она и правда всё это время жила как на иголках.
Она слегка склонила голову перед Региной.
— Спасибо тебе. Спасибо, что сумела простить моему сыну то, чему, по правде говоря, нет прощения.
Теперь я окончательно понял, насколько натянутыми были их отношения.
Да уж. Прежний Макс наворотил дел...
— Мне было... очень тяжело, матушка.
Холодный ответ прозвучал так внезапно, что я поперхнулся воздухом.
Кхе! Кхе-кхе!
Кха! Кха-кха!..
Лисс покраснела и схватилась за горло. Кусок фрукта, похоже, застрял.
— Лисс!
Граф вскочил и принялся хлопать дочь по спине.
Ну и семейка. Готовая комедия.
— Д-да, конечно... Я понимаю... На твоём месте я бы тоже...
Графиня окончательно растерялась.
И тут Регина улыбнулась:
— Ах, матушка, я просто пошутила.
Она преобразилась мгновенно, словно только этого и ждала.
Но меня не обманула.
Сначала она говорила совершенно серьёзно. В её глазах ясно читалось: После всего, что я вынесла, уж одну шпильку можно себе позволить.
— Ха-ха-ха-ха! Прекрасная шутка, Регина! Ты сразу разрядила обстановку. Сразу видно — девушка из знатного рода! Ха-ха-ха-ха!
Граф засмеялся с таким усердием, что стало неловко.
Отец, ну хоть бы не так натужно.
Кха! Кха-кха!..
И дочь не бросай. Она сейчас задохнётся, болван!
— Боже мой! Так это была шутка? А я и не поняла...
Спасибо, мама. Ты всё уловила просто безупречно.
Теперь положение Регины в этой семье окончательно прояснилось. Формально она была будущей невесткой, но снизу вверх на неё никто не смотрел. Скорее наоборот.
Обычно так, наверное, не бывает.
Просто их сын успел натворить столько дерьма, что теперь вся семья ходила перед Региной на цыпочках.
Понимаю. Тут уж ничего не скажешь.
Я покачал головой и тихо цокнул языком.
В этот миг Регина окликнула Лисс:
— Лисс.
Тук
Регина нащупала нужную точку и резко надавила.
Застрявший кусок вылетел из горла.
Кха... Ха... ха...
Лисс судорожно вдохнула.
— Всё хорошо? — спросила Регина.
Та поспешно замахала руками.
— Д-да! Конечно! Всё прекрасно! Не беспокойтесь!
Вся моя семья у неё в руках.
— В любом случае Регина — моя невеста и ваша будущая невестка. Она уже часть семьи. Отец, мама, не надо держаться с ней так официально.
Я больше не мог смотреть на эти церемонии. Да и самой Регине было бы проще.
— Нет, сынок, так нельзя...
— До свадьбы мы обязаны соблюдать приличия.
— Они правы, братец.
Я умолк.
«Вот, значит, как. Даже любимому сыну иногда отказывают.
Ладно. Лучше заткнусь».
Кхм.
— Хорошо, поступайте как знаете.
Я отпил холодной воды и перешёл к главному.
— Отец, теперь серьёзно.
— Говори, сын. Всё что угодно.
— Ты ведь понимаешь, что с домом Каверн мы теперь не поладим?
— Похоже на то. Не думал, что маркиз настолько мелочен.
— Он не мелочен. Он признал в тебе соперника.
— С-соперника? Во мне? Да какой из меня...
Граф беспомощно развёл руками.
Сам он явно невысоко оценивал собственные способности.
Если уж говорить честно, Железной Стене Востока он и правда уступал. Но бездарным правителем его точно не назовёшь. Дом Селтрин удерживал свои позиции в самом сердце империи, где каждый норовил урвать кусок власти. Один этот факт говорил о многом.
— Неважно, кем ты сам себя считаешь. Маркиз уже сделал выводы. Поэтому о добрых отношениях с восточной знатью лучше забыть.
Каверны возглавляли восточную знать. После ссоры с ними сохранить близость с другими восточными родами было почти невозможно.
— Но мы же все служим одной империи...
Граф посмотрел на меня с немой просьбой не говорить таких вещей.
Хороший он человек. Даже слишком.
— Я не предлагаю объявлять их врагами.
Я смягчил тон.
— Нам просто пора выбрать сторону.
— Сторону?
— Да. До сих пор дом Селтрин старался ни к кому не примыкать.
Я не гадал. Я знал.
В каждом прохождении игры Селтрины во время гражданской войны примыкали то к одной стороне, то к другой. Всё зависело от того, какой союз казался безопаснее после разрыва с Эренбертами.
Сейчас события шли по тому же пути.
Династический брак существовал лишь на бумаге и вот-вот должен был развалиться. В такой ситуации осторожность графа была понятна.
— Хм...
Он наконец уловил мою мысль и посерьёзнел.
Потом перевёл взгляд на Регину.
Сомнение никуда не исчезло.
— Я останусь с ним, — спокойно сказала она. — И с домом Селтрин, отец.
Для Регины это было почти клятвой.
Граф заметно расслабился, но проблема оставалась.
Она занимала важное место в доме Эренберт, однако не возглавляла род. Поэтому её слова не давали полной гарантии. На севере наверняка рассуждали так же.
— Обеим сторонам нужна гарантия, — сказал я. — Залог, что этот союз больше не развалится.
— Ты стал мыслить куда глубже, сын. Уже придумал, как этого добиться?
— Мы должны первыми показать серьёзность намерений.
Я ответил без колебаний.
Прежний Макс сам подорвал доверие между семьями. Значит, Селтрины должны сделать первый шаг и взять ответственность на себя.
Без уловок. По-настоящему.
— Серьёзность намерений... И чем же ты предлагаешь её доказать?
— Вот этим.
Я усмехнулся и соединил большой и указательный пальцы в кольцо.
— Создадим военный фонд. Дадим деньги на армию, которая покончит с варварами.