Когда с призраками было покончено, Камиан перевёл дух и сразу спросил:
— А теперь объясни.
— Честно? Я и сам не знаю.
— Что?..
— Но кое о чём догадываюсь. Посмотрите наверх.
Камиан и Аннет подняли головы.
И застыли.
— Э-это ещё что?!
— Красная Луна?..
Они несколько раз моргнули, будто надеялись, что наваждение исчезнет. Не исчезло. Тогда оба уставились на меня.
— Что это такое?
— Старший, что происходит?
Красная Луна потрясла их сильнее, чем орды нежити. Впрочем, после походов в подземелья мертвецы для них и правда были не в новинку.
— Не знаю, — признался я.
— Опять не знаешь?..
— Зато помню одну старую историю. Когда-то некромант, державший в страхе весь мир, призвал кроваво-красную луну.
Я ничего не выдумывал. В прошлом уже случалась похожая трагедия.
История любит повторяться. Особенно когда люди сами ей помогают.
— Тогда появилась несметная нежить, а привычный мир словно вывернуло наизнанку.
— Значит...
— Да. Всё сходится. Мы в полной заднице.
Камиан прикусил губу. Аннет тоже помрачнела.
— Но это же Священный город, — сказал Камиан. — Помощь скоро придёт.
В его глазах мелькнула надежда.
Логично. Здесь находился центр Церкви, базировался Первый корпус паладинов, охранявший город, а в Башне Света хватало сильных магов. Любой решил бы, что спасатели вот-вот появятся.
Только зря.
— Я тоже сперва так подумал. Забудьте.
Я покачал головой.
— Почему?
— Старший, что ты имеешь в виду?
— Пока осматривался, добрался до задних ворот. В такой ситуации первым делом ищут путь для отхода. Так вот, выхода нет.
— Нет?.. Нежить перекрыла ворота?
— Если бы только нежить. Через неё я бы прорвался.
— Тогда что?
— Барьер.
— Барьер? — переспросила Аннет.
— Непробиваемый. Я там был не один. Другие тоже пытались его снести, но ничего не вышло. В конце концов все отступили от ворот.
Я пересказал то, что видел во время первой попытки пройти этот эпизод.
Хотя видел — слишком мягко сказано. Тогда я метался у барьера, пока подоспевшая нежить не разорвала меня на части.
Главное было ясно: выбраться мы не сможем.
И снаружи нам никто не поможет.
Таков железный закон ролевых игр: могучие союзники остаются где-то за сценой, пока герои сами тащат сюжет на горбу. Барьер лишь не позволял этому правилу нарушиться.
— Но Церковь наверняка найдёт способ...
— Не надейтесь. Даже если найдёт, неизвестно когда. Нам нужно дожить до этого момента.
Я посмотрел на них по очереди.
— Недостаточно спасти только себя. Мы должны вытащить как можно больше людей. Иначе зачем мы вообще здесь?
Камиан и Аннет притихли.
Теперь они окончательно поняли, насколько всё плохо. В опасности были их друзья, однокурсники, старшие и младшие. Даже преподаватели.
— Я понял, старший.
— Я тоже сделаю всё, что смогу.
Оба говорили твёрдо.
Я слегка улыбнулся.
— Спасибо. Мы справимся. До сих пор ведь справлялись.
А затем махнул вперёд:
— Идём.
* * *
Кроваво-красная луна висела над академией. Огромный барьер накрыл всю территорию.
Профессор Карен сразу почувствовала неладное.
— Ох... Дело дрянь.
Она вскочила так резко, что забыла о недоеденном ужине.
— Хм.
Лапит, которого она едва ли не силой усадила за один стол с собой, тоже поднялся и прищурился.
Это...
Красная Луна некроманта.
О ней упоминали лишь древнейшие хроники. Легенда, в которую почти никто не верил, вдруг ожила у него перед глазами.
Впрочем, легенды не всегда лгут. Тайный архив на острове Диотесе тоже многие сочли бы сказкой.
Некроманты ударили первыми? Значит, всё-таки испугались.
Тёмных магов на острове уничтожили. Их убежище Наташа превратила в кровавую могилу. Те, кто не знал правды, наверняка решили, что за разгромом стояла Церковь.
И запаниковали.
Загнанная крыса бросается даже на кошку. Вот некроманты и пошли ва-банк.
Лапит ожидал чего-то подобного. Дураком он не был.
Но одного не учёл.
Не думал, что среди них найдётся чудовище, способное повторить древнюю легенду.
Он считал их обычными падшими магами. А всё оказалось куда интереснее.
Мир снова сумел его удивить.
Лапит едва заметно усмехнулся, сохраняя невозмутимый вид.
И тут Карен спросила:
— Ты ведь знаешь, что это такое?
Он чуть не вздрогнул.
— А? О чём ты? Что-то случилось?
Многолетняя привычка лгать спасла его и на этот раз.
— Странно. Только что ты заметно напрягся.
Чёрт. Она следила за мной?
Хитрая лиса.
— Да я просто не понял, что происходит...
— Хм.
Алые глаза Карен впились в него. Под этим взглядом хотелось поёжиться, но сейчас особенно важно было держаться спокойно.
— Лучше объясни, что это. По тебе видно, что дело серьёзное.
— Серьёзнее некуда.
Видимо, игра удалась: Карен отвела взгляд.
И правда, с какой стати ей подозревать его в связи с некромантами? Он тут вообще ни при чём.
Почувствовав себя несправедливо обвинённым, Лапит поспешил спросить:
— Тогда почему мы ещё здесь? Нужно идти к студентам.
— Потому и не идём.
— Не понял.
— Барьер. Одного взгляда достаточно: нам его не пробить.
Лапит и сам пришёл к тому же выводу. Даже он, единственный шаман в мире, не был уверен, что справится. Карен Мэйфилд, Багровоглазая искательница, тоже не видела способа.
Это была не магическая защита в обычном смысле.
Скорее сверхъестественное явление, порождённое Красной Луной.
Снять такой барьер можно было лишь двумя способами: заставить создателя рассеять его или убить создателя.
Ситуация становилась всё занятнее.
— Бедные дети... — Лапит схватился за лоб.
Большинство преподавателей, живших в городе, уже разошлись по домам. Студенты же почти все оставались в общежитиях. В такой огромной академии после занятий продолжалась своя жизнь: тренировки, клубы, ужины, встречи, обычная болтовня.
Макс Селтрин...
Имя всплыло не случайно.
Когда-то Макс был ничтожной букашкой. Теперь же тревожил Лапита больше многих сильных врагов.
И сегодня он наверняка находился в академии.
Хоть бы сдох.
Лучшего исхода и желать нельзя. Пусть нежить сожрёт его и избавит Лапита от лишней головной боли.
Постойте.
Он вдруг вспомнил: сегодня Макс пожертвовал академии две тысячи свитков.
Свитков Святого Света.
Будь это какое-нибудь другое заклинание, Лапит счёл бы всё совпадением. Но Святой Свет особенно губителен для нежити.
И Макс сделал пожертвование именно сегодня.
Какого хрена?..
— Да, я тоже очень переживаю, — выдавил он.
— Ещё бы.
Его голос предательски дрогнул. По коже побежали мурашки.
Ты что, пророк, ублюдок?
— И всё же, — уверенно сказала Карен, — я верю в наших студентов. Среди них есть по-настоящему особенные.
По выражению Карен Лапит понял: она тоже подумала о Максе.
Экзамен по магии, Бесконечная башня, учебные бои, межакадемические состязания — он раз за разом превосходил ожидания. И не только на занятиях. На острове Диотесе именно Макс помог спасти множество студентов.
Похоже, Карен не сомневалась: сейчас он тоже не останется в стороне, а свитки Святого Света дадут ему нужное оружие. Считала ли она пожертвование совпадением, Лапит не знал, но в её глазах блеснул интерес. Версия о намеренной подготовке явно нравилась ей больше.
— Идём, — сказала Карен.
* * *
Я помнил, где появляется нежить.
Я столько раз раскладывал всё по карте, что места появления отпечатались в голове.
Спасать людей тоже нужно по порядку. В первую очередь — тех, кому грозит самая большая опасность.
Красные зоны.
Там появлялись Костяные драконы и Рыцари Смерти. Там же обычно погибало больше всего студентов.
Проблема была одна.
Придётся выбирать.
Обе зоны находились в противоположных концах академии. Теоретически мы могли зачистить одну и побежать ко второй. На деле в девяти случаях из десяти там уже никого не удастся спасти.
То есть одну сторону мы всё равно бросим.
Другого варианта не было. Всех не спасёшь, как ни старайся.
Зону с Костяным драконом придётся оставить.
Костяные драконы чудовищно сильны, зато встречаются по одному. Как и живые драконы, они убивают всё, что входит на их территорию, но редко преследуют добычу за её пределами. Если студентам повезёт спрятаться подальше, кто-то уцелеет.
Рыцари Смерти совсем другие. Они рыщут по округе, ищут живых и не останавливаются, пока не перебьют всех.
Выбор был очевиден.
— Нам сюда.
Я свернул к владениям Рыцаря Смерти.
Оставалось надеяться, что у Костяного дракона очнулся кто-нибудь сильный.
Принцесса-чудовище. Кровавая ведьма. Та высшая эльфийка, которая готова продать душу за кусок мяса. Да кто угодно.
И тут я вспомнил ещё одного человека.
Она ведь сегодня дежурит.
Перед глазами возникло лицо моей невесты.
Я прибавил шагу.
* * *
— Быстрее!
Бретт, староста третьего курса королевского класса, почти сорвался на крик.
Рядом бежали Фабиола, староста дворянского класса, с которой он вечно препирался, и Аллен. У всех троих на лицах застыл ужас.
Они спасали свои жизни.
За ними гнались чудовища.
— Туда!
— Т-ты уверен? — выдохнул Аллен.
— Конечно! Я точно помню!
Бретт не сомневался. Память у него была отличная и сейчас не могла подвести.
Не сейчас.
— Налево!
Он вёл остальных к складу, где оставили бочки со свитками Макса.
Там лежали сотни свитков Святого Света — лучшее оружие против нежити. Доберутся туда, смогут отбиться.
Должны добраться.
Эта надежда и гнала их вперёд.
— Вижу!
Бретт едва не рассмеялся от облегчения.
— Там они! — воскликнула Фабиола.
Аллен прищурился.
— Но возле бочки уже кто-то есть...
Похоже, первокурсники.
— Наверное, их тоже сюда загнали, — решила Фабиола.
Чёрные доспехи. Огромные мечи. Рыцари Смерти оказались настолько сильны, что троица продержалась против них меньше половины минуты и бросилась бежать.
Но мертвецы не отставали.
Свитки были последним шансом.
— Отлично, — сказал Бретт. — Объединимся и дадим им отпор.
Самое разумное решение.
Только Аллену оно почему-то не понравилось.
Остерегайся первокурсников.
Макс, которому он доверял больше всех, сказал это не просто так. Однажды первокурсница обольстила Аллена и едва не убила, заманив в ловушку. С тех пор он старался держаться от младших подальше.
— Ребята... Может, лучше поискать другое место?..
— Вперёд!
Его не услышали.
Да и разве сейчас можно было предлагать отступить? Они добрались до единственного места, где ещё могли спастись.
Аллен стиснул зубы и побежал следом.
Не расслабляйся. Смотри в оба.
Подозревать младших ему было противно, но положение не оставляло выбора. Если кто-то задумает подлость, погибнут его друзья.
Макса и Ривьеры, на которых он обычно мог положиться, рядом не было.
Значит, придётся самому держать ухо востро.
Взгляд Аллена стал жёстким.