После внезапного признания Ён Мин-ха.
В голове у меня крутилось не столько чувство гнева, сколько нечто близкое к опустошенности.
Моя мать, мои друзья, пейзажи родного края...
Все, что я так нежно любил, в конечном счете для этих благородных магов было лишь ничтожным существованием.
Тем, что можно уничтожить без тени сомнения, если того требуют их цели.
Более того, теперь я не мог осуществить даже половину своей мести.
Ён Чонмун, один из виновников, давно превратился в холодный пепел, развеянный по ветру.
— Прости меня. За то, что не сказала раньше... Я была так, так напугана...
Ён Мин-ха всё это время сохраняла несвойственную ей подавленность.
Я вспомнил тот момент. Когда, уткнувшись лицом в грудь Ён Мин-ха, я поклялся, что убью всех своих врагов.
Эта решимость осталась неизменной, но... если бы я знал, что ее отец замешан в этом, я бы точно не стал говорить так откровенно.
В конце концов, Ён Мин-ха всю свою жизнь жаждала одобрения отца.
"..."
Сердце сжималось от бесцельного гнева.
Но все это давно закончилось.
Я ведь не могу вытащить мертвецов из могил.
Осознание того, что половина целей для моей мести все еще жива, стало хоть каким-то утешением.
Только так я мог хоть как-то совладать с этими чувствами.
— Прости... правда... прости меня...
Она продолжала извиняться пришибленным голосом.
Мне просто хотелось закончить этот разговор. Нужно было время, чтобы привести мысли в порядок.
— Все в поря...
Как раз когда я собирался повернуться к Ён Мин-ха.
Вдруг она решительно произнесла нечто совершенно неприемлемое.
— Я... не заслуживаю... быть твоей женщиной...
— Что ты только что сказала...?
От одной этой фразы кровь застыла в жилах. Ю Джинхён заставил свои непослушные губы разомкнуться и едва смог переспросить.
Или Ён Мин-ха оговорилась?
Он ведь наверняка мог дать ей шанс.
— ...Прости. Я была слишком жадной, не по чину.
Но Ён Мин-ха продолжала настаивать на своём.
— Думаю, нам нужно время... чтобы пересмотреть наши отношения.
— Что это вдруг на тебя нашло...!
— ...Давай сделаем вид, что нашей помолвки никогда не было. Давай какое-то время побудем порознь...
— Хватит нести чушь!!!
Ён Мин-ха посмотрела на него испуганными глазами, явно не ожидая такой реакции.
Ю Джинхён резко сел. Несколько толстых игл капельницы выскочили разом, вызвав обратный ток крови и разбрызгав капли в разные стороны.
Увидев, как он, пошатываясь, встаёт, Ён Мин-ха поспешно попыталась его остановить.
— Ах, тебе еще нельзя вставать...! Тебе нужно больше отдыхать...
Но Ю Джинхён, казалось, её не слышал. Он решительно зашагал к Ён Мин-ха, которая застыла, словно воробей.
— Как ты смеешь, как ты вообще смеешь...!
Его глаза налились кровью, дыхание было горячим и частым. Ю Джинхён крепко схватил Ён Мин-ха за плечи, когда она съёжилась. Словно твердо решил не дать ей сбежать.
Он смотрел прямо на Ён Мин-ха свирепым взглядом. Когда она не выдержала и попыталась отвести глаза, он грубо взял её за подбородок и повернул лицо к себе.
— ...М-м-м.
Ён Мин-ха издала тихий стон. Затем попыталась его успокоить.
— Э-эй, эй...
— Ты обещала.
Ю Джинхён проигнорировал ее и пробормотал низким голосом.
— Ты четко обещала. Что бы ни случилось... никогда не уходить...!
— Постой... успокойся...
— Ты сама это сказала, старшекурсница...!
К этому моменту Ён Мин-ха уже была прижата к стене, пойманная, словно мышь в клетке. Его глаза горели эмоцией, которая могла быть гневом, одержимостью или чем-то вязким между ними.
— А теперь говоришь, что уйдешь? Я похож на дурака? Думаешь, я буду просто стоять и смотреть, как это происходит?
Ён Мин-ха могла лишь молча слушать его слова.
Хотя она впала в отчаяние, столкнувшись с уродливой правдой о своей семье, сейчас она на самом деле чувствовала проблеск надежды.
Но вскоре она опустила голову.
— Н-но... моя семья... поступила с тобой несправедливо...
— Заткнись.
Грубая рука тут же схватила ее за подбородок и снова подняла его. Ощутив этот контроль спустя столько времени, Ён Мин-ха невольно сглотнула икнув.
— ...Ик.
К этому моменту ее ноги непроизвольно дрожали. Это было чувство, совсем не похожее на страх или ужас.
Они некоторое время молча смотрели друг на друга.
Затем Ю Джинхён издал глубокий, тяжелый вздох.
— ...Позволь спросить лишь об одном.
— О-о чем...?
— Два года назад... что случилось в моей деревне...
Казалось, теперь он немного успокоился.
— Ты тоже была замешана в том инциденте?
— Нет, нет!! Ни в коем случае!
Ён Мин-ха тут же энергично замотала головой, отрицая это.
— Я ничего не знала, вообще ничего...!
Независимо от ситуации, она категорически не хотела такого недопонимания.
— Я-я же говорила... я узнала обо всем лишь несколько недель назад, когда нашла дневник отца в главном доме...
"..."
— Ч-честно, мне было не особо дело до жизней простолюдинов, но даже я бы точно выступила против такого...
— Тогда этого достаточно.
— А...?
— Я сказал, этого достаточно.
Ён Мин-ха была озадачена его простым ответом. И Ю Джинхён продолжал настаивать, несмотря на ее вопросы.
— Ты не можешь уйти от меня, старшекурсница. Что бы ни случилось. Никогда.
— Но...
— Я сказал тебе заткнуться.
— М-м-м...
Ён Мин-ха сглотнула. Вскоре длинные, прямые пальцы Ю Джинхёна потянулись к ее волосам.
Осторожно взъерошив их, словно расчесывая, он затем мягко погладил ее по щеке.
— М-м...
Ён Мин-ха слегка вздрогнула от ледяного прикосновения.
— Никогда больше не говори таких вещей. О том, чтобы уйти или что тебе нужно время...
"..."
— Я еще добр к тебе. Если ты снова заговоришь о такой чуши...
Его рука скользнула вниз по линии шеи и наконец остановилась на талии. Затем, слегка сжав ее и притянув ближе, он прошептал низким голосом:
— Я сделаю так, что ты не сможешь уйти силой.
— ...Ик.
Слово «сила», которое он произнес, напротив, дало ей твердое чувство безопасности. И только тогда Ён Мин-ха наконец была освобождена из его крепкой хватки.
Хотя она чувствовала легкое сожаление, ей стало невероятно легко, словно тяжелые оковы были разбиты.
Она чувствовала себя глупо из-за того, что последние несколько дней переживала, что ее бросят.
Ён Мин-ха хотела тут же броситься в его объятия и снова насладиться этим чувством контроля.
Но она все еще не могла этого сделать.
Потому что только что узнала еще об одной вещи.
И это было самым важным источником тревоги.
Конечно, в основе всего лежала естественная привязанность, но его одержимость ею также можно было рассматривать как фрагмент того, что он пережил в прошлом.
Колеблясь, Ён Мин-ха убрала протянутую руку и низко склонила голову.
— Правда...
Затем она снова осторожно открыла рот.
— Правда... ты меня не бросишь...?
— Этого не случится. Даже если ты сама решишь меня бросить.
— А что, если Пэк Соён... намеренно обманула тебя...?
При этих словах движения Ю Джинхёна внезапно застыли.
И Ён Минхи крепко зажмурилась.
Эта драматическая реакция была именно той возможностью, о которой так беспокоилась Ён Мин-ха.
Ю Джинхён выглядел растерянным. Казалось, он не понимал, о чем говорит Ён Мин-ха.
— Вдруг... почему это имя...?
— Я объясню эту часть.
И вдруг. У входа в больничную палату послышался другой голос.
Повернув голову, Ю Джинхён сразу узнал, кто это.
Давний друг командира и его помощник. Мок Джину, директор филиала Бюро разведки, неловко почесывал бороду.
— Директор филиала?
— Мы снова встретились.
Обменявшись краткими приветствиями с Ю Джинхёном, он перевел взгляд на Ён Мин-ха и слегка кивнул ей.
— Что ж, я должен извиниться перед юной леди из Чжокхва.
Ён Мин-ха остро взглянула на него. Хотя это не было враждебностью, позитивных чувств тоже не наблюдалось.
Это была естественная реакция, учитывая, что именно он подкинул ей новую причину для беспокойства.
Проигнорировав ее взгляд, Мок Джину продолжил:
— Прошу прощения, что прерываю ваше уединение... но не могли бы вы выйти на минутку? У меня есть разговор к этому парню.
"..."
Хотя Ён Мин-ха выглядела несколько недовольной, в конце концов она кивнула.
Приведя себя в порядок, она перевела взгляд на Ю Джинхёна.
И нерешительно сказала:
— Подумай об этом... хорошенько.
— Постой...!
Прежде чем Ю Джинхён успел ее схватить, Ён Мин-ха поспешно вышла за дверь и исчезла.
Постояв мгновение в оцепенении, Ю Джинхён повернулся к вошедшему Мок Джину.
В его глазах, когда он смотрел на Ю Джинхёна, переплетались сложные чувства.
С одной стороны — сочувствие и жалость, с другой — игривость, чтобы прикрыть его.
— Ого, Хён, ты... довольно напористый...
Теперь, когда они остались одни, Мок Джину наконец заговорил с преувеличенной ухмылкой.
Ю Джинхён, который уже полностью пришел в себя, смущенно отвел взгляд.
— ...Ты слышал?
— Кхм, прошу прощения. Я не подслушивал специально. Твой голос был просто таким громким... он эхом разносился по коридору...
— Пожалуйста, забудь об этом. И...
— БАХ! БАХ!
Как раз когда Ю Джинхён собирался сменить тему.
Еще один неопознанный взрыв недалеко от столицы прервал их разговор.
Только когда вокруг стало тихо, он заговорил снова.
— ...И что это вообще значит? Это объяснение...
— Тебе лучше успокоиться и сначала лечь.
Мок Джину удержал порывистого Ю Джинхёна.
— Давай по порядку. У тебя ведь и так полно вопросов, не так ли?