— Привет.
Я поздоровался с ней как ни в чем не бывало. Мы не разговаривали с Чин Ёсо так долго, что я даже не помнил, когда это было в последний раз.
Я потерял сознание после того, как остановил ведьму Регулус, вселившуюся в Йену, а сразу после пробуждения отправился на поиски Ён и снова отключился.
После этого я довольно долго провалялся в лазарете, прежде чем с трудом смог вернуться...
"..."
Чин Ёсо не ответила на мое приветствие. Она лишь угрожающе уставилась на меня глазами, налитыми кровью. Если подумать, ее лицо выглядело довольно изможденным, словно она толком не спала. Что ж, в последнее время произошло немало событий.
— Ты даже не ответишь на приветствие? И для начала, не могла бы ты отпустить мою руку...
— БАХ!
Прямо у моего правого уха раздался грохот тяжелого удара. Скосив глаза, я заметил слегка вмятую поверхность. Разве пол в тренировочном зале не должен быть сделан из композитной стали, чтобы предотвратить повреждения?
— Сначала объяснись.
Ее голос, пропитанный враждебностью, снова потребовал ответа. К этому моменту я тоже начал слегка раздражаться. Я не из тех, кто выкладывает всё только потому, что на него лают. Я бы и сам нормально объяснил, если бы она не вела себя подобным образом.
Впрочем, не могу сказать, что не понимаю ее чувств. Вероятно, она разочарована во мне. В ее глазах я, должно быть, выгляжу никчемным бабником.
Тем, кто внезапно сделал свою самую любимую старшекурсницу матерью-одиночкой.
Так что дело не в том, что Ёсо мне разонравилась. Это просто мелкий инцидент. В конце концов, она мой друг. И я уверен, что она чувствует то же самое.
Судя по тому, что, несмотря на ее гнев, я не чувствую от нее никакой настоящей враждебности.
— ...А что, если я откажусь?
— Ха.
Когда я ответил сухо, Чин Ёсо издала презрительный смешок. Затем, пристально глядя на меня, она холодно пробормотала:
— Тогда, полагаю, тебе придется остаться в таком положении. И, возможно, принять пару ударов, которые могут прилететь в твою сторону.
— Кто сказал, что я позволю тебе ударить меня? Ты даже волоска с моей головы не тронешь.
— Посмотрим. Никогда не знаешь наверняка, пока не попробуешь. По крайней мере, я могу сделать так, чтобы ты лишился возможности жить полноценной мужской жизнью. В качестве наказания за то, что позволяешь нижней половине тела брать верх.
Она ответила на мою провокацию своей. Каждое ее слово звучало леденяще угрожающе. Мы инстинктивно искали повод: мне нужно было размять затекшее за последние дни тело, а Ёсо — остудить разгоряченную голову.
Объяснения могут подождать. Нам не нужно было говорить это вслух, чтобы понять друг друга. Мы с ней и так хорошо знакомы. Вот почему Ёсо, должно быть, ждала здесь.
Потому что знала, что я приду ее искать.
Больше слов не требовалось. С пустым выражением в глазах Ёсо резко обрушила кулак, словно вбивая гвоздь. Она целилась не в пол тренировочного зала, а прямо мне между бровей.
— БАХ!
Я увернулся от удара, вовремя отклонив корпус. Воздух всколыхнулся от запоздалого звука удара. Извернувшись всем телом, я вырвался из ее захвата, тут же заломил Ёсо плечо и прижал к полу.
Наши позиции мгновенно поменялись.
— Ты все еще не ровня мне. Так что теперь...
— ВЖУХ!
Не говоря ни слова, Ёсо ловко вывернулась из моего захвата. Затем она подпрыгнула, обхватила мою шею ногами и использовала это как рычаг, чтобы взмыть в воздух. Куда сильнее удушья мне запомнились два мягких бугорка, прижавшихся к затылку.
— Фух. Снова поймала?
Ёсо за моей спиной беззвучно шевелила губами. В ее голосе сквозило торжество от того, что она полностью меня обездвижила.
— Это захват, из которого невозможно выбраться, стоит только в него угодить. Ты сам меня этому научил. Каково это — испытать на себе прием собственного сочинения?
— ...Впечатляет.
Моя похвала не была пустой. Я не ожидал, что ее бойцовские навыки уже достигли такого уровня. Мне потребовались месяцы, чтобы дойти до этого. Я сотни раз страдал, попадаясь в такие же захваты старших сестер.
Они гладили меня по голове, пока я был в захвате, дули в уши или прижимали свои тела к моему, вызывая неприятные ощущения.
Мои руки до сих пор дрожат, когда я вспоминаю унижение, которое тогда терпел. И все же Ёсо прорвалась на этот уровень всего за несколько недель.
У нее определенно неоспоримый талант.
— Хм...
Ёсо тихо хмыкнула в ответ на похвалу. Возможно, ее настроение немного улучшилось. Тем не менее, хватка на моей шее только усилилась. Дыхание стало тяжелым, а перед глазами начало темнеть.
Если я не смогу вырваться из этого захвата, победа Ёсо будет практически предрешена.
Если я не смогу вырваться.
— Даже если ты так говоришь, я тебя не отпущу. Просто тихо теряй сознание, — сказала Ёсо, усиливая хватку.
— Не волнуйся. Я присмотрю за тобой. Но все, что произойдет тем временем, — твоя ответственность. Понял? Все, что случится из-за того, что ты напортачил... А!
— Не волнуйся. Я присмотрю за тобой. Но все, что произойдет тем временем, — твоя ответственность. Понял? Все, что случится из-за того, что ты напортачил... А!
Воспользовавшись тем, что она отвлеклась от преждевременной победы, я вывернул суставы и вырвался. Все суставы в моем теле взмолились о пощаде. Мне было любопытно, что она собиралась сказать дальше. «Все, что случится тем временем»? Она собиралась разрисовать мое лицо, пока я без сознания, в качестве мести?
— Фух.
Мое плечо, вывихнутое из-за резкого освобождения, безвольно повисло. Я вправил его на место, не поморщившись. Ёсо стиснула зубы, глядя на меня с разочарованием.
Она вновь стремительно сократила дистанцию, взметнув ногу в круговом ударе. Похоже, она целилась мне в подбородок, но ее длинная, журавлиная нога лишь слегка чирканула по переносице.
Как только я увернулся от атаки, я сократил дистанцию и нырнул в объятия Ёсо. Мой сжатый кулак явно целился чуть ниже ее пупка. Увидев это, Ёсо фыркнула и крикнула:
— Я так и знала! Ну и извращенец же ты...!
И Ёсо изогнулась, словно предвидела это. Конечно, именно на это я и рассчитывал. Она уже должна знать мой любимый прием. Мы спарринговали не один раз.
Я тут же изменил угол наклона руки. Вместо удара в живот я обхватил ее шею.
И, используя свой вес и инерцию, я швырнул ее на пол тренировочного зала.
— БАХ!
— Кх...
Ёсо издала сухой кашель. Она с трудом поднялась, но уже была практически беззащитна.
Я снова сжал кулак и нацелился чуть ниже ее пупка. Даже если она знала, что удар последует, она была не в том положении, чтобы заблокировать его.
— ПУХ!
— Кхе-хук...!
Я нанес два или три удара подряд. Ее тело затряслось от толчков, лишая возможности прийти в себя. Впрочем, я сдерживал силу — это же дружеский спарринг, а не смертный бой с врагом.
Я забрался на живот лежащей Ёсо. Из этого положения я прижал ее ноги обоими коленями. Обеими руками я крепко схватил ее за запястья.
Чтобы предотвратить дальнейшее сопротивление.
— Хаа, хаа...
— Хе-хук...
Тяжелое дыхание, пропахшее кислым потом, наполнило тренировочный зал. Мы оба вымокли так, будто попали под ливень. Я чувствовал, как пряди мокрых волос прилипают к щекам.
Из-за тонкой одежды кожа Ёсо была видна. От смущения я намеренно смотрел только на ее лицо. Мы были так близко, что я чувствовал тепло ее дыхания.
— Я победил, верно?
— ...Угх.
Вместо того чтобы признать поражение, Ёсо повернула голову в сторону. Только тогда ее глаза обрели блеск, словно она пришла в себя.
Возможно, из-за поражения в столь унизительном положении ее лицо раскраснелось так, словно она была пьяна.
— Ты немного успокоилась?
Я достал бутылку воды из холодильника в углу и предложил ей. Ёсо, сидевшая на корточках, прикрыв тело полотенцем, молча приняла ее.
— ...Хм.
То, как она нарочито надула губы, выдавало, что гнев ее уже утих. Сделав глоток, она робко вернула мне бутылку и спросила:
— Так... что происходит на самом деле?
— О чем ты?
— Ха, ты до сих пор прикидываешься дурачком?
Я переспросил ее, допивая остатки воды из бутылки, которую она мне отдала. Ёсо широко раскрыла глаза от недоверия.
— Ты знаешь, как я волновалась? Человек, который обещал вернуться, внезапно оказался в больнице, а я даже не могла войти в палату из-за старшекурсницы Ён Минхи...
"..."
— Когда я тайком пошла проверить, ты уже встал и куда-то ушел? И это место было базой повстанцев??
Ёсо выпалила слова быстро.
— Потом ты снова пострадал и снова попал в больницу... и даже после возвращения в Колыбель не прислал ни весточки...
— Погоди...
— И что еще?? Дочь?? Папа???
Казалось, у Ёсо накопилось много обид. Услышав это, я немного понял ее негодование.
— Ты должен нормально объяснить. Только не говори мне, что у вас со старшекурсницей Соён действительно... такие отношения...
Глаза Ёсо снова теряли фокус. В конце концов, одного спарринга в день достаточно.
Но как бы это сказать...
— ...Она моя дочь, да.
"..."
От этой фразы Ёсо застыла на месте. Ее глаза, которые до этого смотрели на меня пустым взглядом, теперь наполнялись влагой.
Казалось, нужно больше объяснений, прежде чем возникнут недопонимания. Я поспешно открыл рот и торопливо добавил уточнение:
— Но это не то, о чем ты думаешь... ничего такого не было.
— А?
На это Ёсо резко подняла брови, словно говоря: «О чем ты вообще?» Теперь она смотрела на меня с таким выражением, будто глядела на мусор.
Нужны были еще объяснения.
Намного больше.