После острой боли Дугу Байтянь быстро поднялся. Сейчас от двух запечатанных пещер исходило слабое красное сияние. Туманный свет, словно поднимающаяся кровь, заполнял каждую пядь пространства рядом.
«Печать демонов» и «Печать святых» теперь переливались соблазнительным красным светом, словно живые, дрожали. Окружающие каменные стены тоже слегка закачались.
А из двух чёрных пещер доносились странные завывания, словно злые души ада выли. Звук был пронзительным, леденящим кровь.
Дугу Байтянь отрегулировал дыхание, приведя тело в пиковое состояние, и шаг за шагом пошёл вперёд. Когда он вошёл в это кроваво-туманное сияние, перед ним возникли вереницы видений.
Десятки могущественных боевых святых после того, как запечатали это место, тихо переговаривались:
— Это древние телепортационные формации. Они соединяют десятки мест на континенте…
— Мы не отступаем. Сейчас мы вместе погружаемся в сон только для того, чтобы восстановить силы…
— Когда все восстановятся и достигнут великого совершенства, настанет день нашего возвращения. Битва разразится в тот момент.
— Сами запечатываем себя, сами снимаем печать. Когда мы сами снимем печать, наше мастерство достигнет великого совершенства…
— Никто не может закрыть небо одной рукой. В этом мире никто не должен считать себя богом. Если кто-то возомнит о себе, решит, что он владыка этого мира, возможно, он посмеётся какое-то время, но рано или поздно навеки погибнет…
— Тот берег — это берег для всех, а не для немногих. Раз Тот берег больше не земля обетованная, то и продолжать существовать ему незачем.
— Последняя битва через десятки тысяч лет пусть уничтожит Тот берег.
— Среди нас есть те, кто пришёл с Того берега, и те, кто всегда жил на континенте Тяньюй и никогда не бывал на Том берегу. Но наша цель одна — свергнуть так называемое «небо». В этом мире не должно быть «неба», стоящего над людьми…
— Мы расходимся в разные стороны, встретимся через десятки тысяч лет.
Фигуры перед глазами постепенно побледнели. Дугу Байтяня охватило потрясение. Оказывается, было так много идущих против неба. Хотя это были лишь слабые тени, лишь следы, оставленные десятки тысяч лет назад, он всё же ощутил мощь тех десятков боевых святых. Культивация каждого была ужасающей. Несомненно, они были сильнейшими в истории, боевыми святыми среди боевых святых, боевыми демонами среди боевых демонов, сильнейшими из идущих против неба!
В душе Дугу Байтяня поднялась безбрежная героическая страсть. Всё это время он думал, что в одиночку противостоит всему Тому берегу. Лишь сегодня он обнаружил, что на этом пути против неба у него так много соратников.
Постепенно бледнеющие тени казались ему немного знакомыми, но он пока не мог вспомнить их имена. Несомненно, десятки тысяч лет назад он сам стоял вместе с этими людьми и участвовал в самозапечатывании в подземном дворце.
— Некоторые всё ещё спят и до сих пор не проснулись. Некоторые уже давно проснулись и даже пережили несколько не очень крупных битв против неба.
— Я перерождаюсь, я стремлюсь к силе. Наша цель одна — сокрушить Тот берег, разрушить так называемое «небо».
— Есть люди с Того берега и люди с континента Тяньюй. Минъюэ с Того берега, Лунная Богиня…
Голова Дугу Байтяня, похоже, становилась всё яснее. Он вспомнил многое из прошлого.
— Тот берег действительно интересное место. Там были всевозможные практикующие. Увы, изначально это была чистая земля среди людей, но в конце концов разложилась. Абсолютная власть разлагает абсолютно. Похоже, везде одинаково. Некоторые сильные с высокой культивацией заблудились в собственных желаниях, возомнили себя богами, небом, решили, что могут вершить судьбы живых существ.
— Хе, везде одно и то же. Где есть угнетение, там есть сопротивление. К тому же существует группа сверхсильных одного уровня с разными устремлениями. Тот берег должен погибнуть…
Дугу Байтянь в одно мгновение понял некоторые вещи, которые раньше никак не мог осознать. Он с трудом шёл вперёд в кроваво-красном сиянии и остановился, лишь снова дойдя до двух чёрных отверстий.
Раньше эти две пещеры были для него такими таинственными. Он даже думал, что это действительно врата ада. Когда тайна раскрывается, всегда остаётся чувство «и только-то». Сейчас Дугу Байтянь испытывал именно это. Хотя он ещё не полностью понял прошлое, этого было достаточно.
Всё здесь было лишь для отвода глаз.
Он когда-то участвовал в запечатывании этого места, и печать на него не действовала. Это было заранее оговорено теми десятками непревзойдённых мастеров. Возможно, однажды кто-то по каким-то причинам придёт сюда, поэтому телепортационные формации здесь не были уничтожены.
— Надеюсь, внизу меня не разочаруют! — Он без колебаний прыгнул в печать демонов.
Это было путешествие в абсолютной тьме, без единого лучика света. В бесконечном мраке в ушах Дугу Байтяня был только свист ветра.
Неизвестно, сколько он падал, но наконец его ноги коснулись земли.
Перед ним открылось светлое место. Те же нефритовые стены, те же жемчужины, но это был совершенно не тот подземный дворец. Это было другое удивительное место, зал под залом, таинственная область, куда за десятки тысяч лет ступали очень немногие.
Сейчас Дугу Байтянь был вне себя от волнения, с трудом владел собой. Десятки таинственных телепортационных формаций находились в десятках разных нефритовых комнат и вели в разные места континента.
По его памяти, эти телепортационные формации были наследием древнейшей эпохи. Говорят, они остались от бессмертных и богов. Но с течением времени бессмертные и боги исчезли, и лишь некоторые божественные следы сохранились до наших дней.
«Близкое кажется далёким, далёкое кажется близким». За телепортационными формациями находились места сна десятков могущественнейших боевых святых. Те мощные колебания исходили именно оттуда.
— Невероятно, ауры мастеров за десятки тысяч ли ощущаются так, будто они передо мной!
Древние знаки рядом с телепортационными формациями: Восточное море, Южные пустоши, Западные хребты, Северное море, вершина Юньшань…
Среди десятков мощных духовных сознаний одно было самым сильным, самым ужасающим. Он жаждал узнать, кто это, где именно спит этот сверхстрашный тип.
Когда Дугу Байтянь вошёл в одну из каменных комнат, он застыл. Рядом с телепортационной формацией были два древних знака: «Долина Долголетия».
Мощные, ужасающие колебания исходили именно оттуда, причём они постоянно менялись. Иногда слабые, полные доброжелательности, иногда неукротимые, яростные, словно желавшие уничтожить небо и землю…
— Долина Долголетия… Я переродился оттуда… Там должно быть место сна моих восьми прошлых жизней в старости или перед смертью. Там должно быть место, где я находился. Но почему сейчас оттуда исходят такие сильные колебания?
— Прошлых восьми жизней не должно быть. Разве они не погибли? Разве я не побеждающий небо девятого перерождения? Кто я, кто он? Кто сейчас в Долине Долголетия?
Дугу Байтянь был и потрясён, и растерян. Он не знал, что делать. Он смотрел на телепортационную формацию перед собой и погрузился в раздумья…
Лишь спустя очень долгое время он пришёл в себя.
— Неужели кто-то скрывается в моём «месте сна»? Кто это?
Тут из глубины прохода повеяло знакомым чувством. Дугу Байтянь перестал размышлять и быстро бросился туда.
— Дворец Лунной Богини… Минъюэ…
Перед ним возвышался великолепный зал, вырезанный из белого нефрита. На вратах сияли три древних знака: «Дворец Лунной Богини».
— Дворец Лунной Богини… действительно здесь. Минъюэ тоже одна из десятков непревзойдённых мастеров… Её место сна здесь…
В этот миг Дугу Байтянь вспомнил ещё многое. Он не совершенствовался постепенно, а выбрал девять жизней и девять смертей, самый опасный путь против неба. Минъюэ не могла оставить его и тоже переродилась, но вместе с этим пришло столько страданий…
Дугу Байтянь попробовал толкнуть закрытые белые нефритовые врата, но они не шелохнулись. Он усиливал нажим, даже бил обеими ладонями, но не мог сдвинуть врата ни на волос. Это был замкнутый зал, войти можно было, похоже, только через врата, но они были такими прочными. А на вратах была лишь огромная замочная скважина — единственное, что могло открыть врата.
Сон и явь смешались. Картина перед глазами совпала с тем, что он видел раньше во сне. Дугу Байтянь вытащил Демонический Клинок из-за спины, вставил его в огромную замочную скважину и легонько повернул.
Бум!
Ослепительное сияние вырвалось из всего Дворца Лунной Богини, Дугу Байтяня отбросило, белые нефритовые врата распахнулись. Его взгляд прошёл сквозь многочисленные дворы и, казалось, проник в самую сияющую, самую ослепительную белую нефритовую комнату. На белой нефритовой кровати в комнате лежала женщина, потрясшая его до глубины души. Она была поразительно похожа на Ситу Минъюэ. Она тихо лежала там с необычайно спокойным выражением лица, но в ней, похоже, не было ни малейших признаков жизни. В его голове грянуло, и с губ сорвалось: «Цинъюэ».
Тем временем белые нефритовые врата закрылись, прервав его взгляд и отрезав от него тот образ, что не давал ему покоя.
— А-а…
— Почему вы не даёте мне войти, почему снова закрылись?! — Дугу Байтянь быстро поднялся и снова вставил Демонический Клинок, но теперь его никак не удавалось повернуть.
Всё это было точно как в том сне, и результат был тот же.
В этот момент снаружи белого нефритового зала поднялись ауры бесчисленных сильных: светлые, тёмные, те, что приносят душе покой и умиротворение, и те, что заставляют трепетать от страха… Все они окружили зал.
Дугу Байтянь сильно испугался. Сжимая Демонический Клинок, он быстро обернулся. При внимательном ощущении он понял, что эти ауры сильных пришли через телепортационные формации.
— Старики, я пришёл сюда в девятый раз. Вы все уже проснулись? — громко сказал Дугу Байтянь.
Ауры сильных в зале забурлили, и весь зал, казалось, задрожал.
В этот момент в сердце Дугу Байтяня закричал голос:
— Сила девяти жизней… сила девяти жизней… Долина Долголетия… Долина Долголетия… скорее туда…
Дугу Байтянь в одно мгновение словно что-то понял. Он глубоко взглянул на Дворец Лунной Богини и широкими шагами ушёл.