— Я сам поведу войска! Разорву этого ёбаного выскочку на части и скормлю псам!
Адольф не мог успокоиться. Да и с чего бы? Почти каждая неудача, сорвавшая его победное шествие, так или иначе была связана с Максом и домом Селтрин. Они давно перестали быть досадной помехой. Теперь это были его главные враги.
От давления, исходившего от наследного принца, придворные побледнели и старались лишний раз не дышать. Лишь Гэлбрейт не изменился в лице.
— Боюсь, Ваше Высочество, сейчас у нас нет сил для нового похода. Вы и сами это понимаете.
После недавнего поражения армия ещё не пришла в себя. Собрать другое крупное войско было попросту не из кого. Как бы Адольф ни бесился, спорить с этим он не мог.
Бах!
Он с размаху ударил кулаком по подлокотнику. Чиновники вздрогнули. Гэлбрейт даже не моргнул: принцу нужно было выпустить пар, только и всего.
— И что ты предлагаешь?
Голос Адольфа звучал уже ровнее.
— Ничего.
— Ничего?
Принц сощурился. По залу прокатилась немая тревога: советник, казалось, только что сам сунул голову в петлю.
— Именно. Сидеть и ждать. Гонец сообщил, что владения барона Моубрея пали, верно?
— Ну и что?
— Вы не забыли, чьи земли лежат дальше к югу?
Лицо Адольфа изменилось. Безумцем он был, дураком — нет.
— Ламберты... Вот оно что.
Дом Ламберт считался сильнейшим воинским родом центральных земель. Адольф давно пытался перетянуть их на свою сторону, а Гэлбрейт лично потратил немало времени, чтобы заручиться поддержкой графа.
— Предоставьте всё им, — уверенно продолжил мудрец. — Во владениях Ламбертов наступление Селтринов захлебнётся.
Придворные заметно оживились.
— Разумеется! Ламберты!
— Эти ублюдки не посмеют лезть на их стены!
— Получается, беда обернулась нам на пользу, Ваше Высочество!
Ламберты славились лучниками. Поговаривали, даже рядовые солдаты у них стреляли не хуже опытных бойцов. При обороне крепости такое преимущество стоило целой армии. Если Селтрины решатся на штурм, они умоются кровью.
— Ладно, — процедил Адольф, сжимая кулак. — На этот раз пусть разбираются Ламберты. Остальным восстановить порядок в войсках и готовиться к следующей битве.
— Да, Ваше Высочество!
Мы шли от победы к победе, и всё же именно мне пришлось остановить наступление.
— Дальше пока не идём.
Те, кто не знал местности, переглянулись.
— Почему? — спросил Гвен, бывший королевский рыцарь. — Сейчас самое время давить, пока враг не опомнился.
— Верно, — поддержал его Дункан. — Мы сейчас в ударе.
Я усмехнулся.
— Слышали о доме Ламберт? Следующие владения принадлежат им.
— Тем самым Ламбертам? — нахмурился Гвен.
— Которые помешаны на луках? — уточнил Дункан.
Название рода оказалось знакомо обоим. Ничего удивительного: Ламберты были единственным знатным воинским родом, который сделал ставку не на мечи и копья, а на стрельбу.
— Взять их крепость будет трудно, — сказала Милия.
— О-они станут драться до конца, — мрачно добавил Хэнк. — Под стрелами к стенам даже не подойти.
Норман осторожно предложил:
— Возможно, разумнее повернуть назад.
До сих пор мы побеждали почти без потерь, а наша армия после каждого сражения только росла. С Ламбертами такой лёгкой прогулки не вышло бы. Даже победа обошлась бы слишком дорого. А если штурм провалится, мы потеряем всё, что успели завоевать.
— Сейчас отступим — ничего не лишимся, — признал Дункан.
Он любил лезть в драку, но не был тупым бараном и умел отличать смелость от бессмысленной резни.
— У тебя ведь есть план? — первой догадалась Регина.
Она смотрела на меня слишком уж понимающе. Как всегда, видела насквозь.
Все ждали ответа.
— Отправим посла.
— Только не меня! — Дункан отшатнулся так, будто я уже надел на него погребальный саван. — С этими мои угрозы не сработают. Ещё и пинком под зад выставят.
— А кто сказал, что поедешь ты?
— Тогда кто?
— Я готова, Спаситель, — сразу сказала Милия.
Но сила здесь была не нужна.
— Я поеду сам.
На миг стало тихо, а потом заговорили все разом.
— Ч-что?!
— Ты с ума сошёл?!
— Старший, ты вообще понимаешь, что делаешь?
— Макс, это плохая идея.
— С-старший... Так нельзя...
Их можно было понять. Я командовал всей армией Селтринов. Я был королём на шахматной доске: потеря меня означала поражение. Формально меня можно было заменить, но череда наших побед держалась на моих решениях. На деле замены у них не было.
— Успокойтесь. Я знаю, что делаю.
— И что же ты задумал? — спросил Дункан.
— Не скажу.
— Чего?
— Планы потому и работают, что о них не болтают.
Я ухмыльнулся. Возразить им было нечего, хотя тревога никуда не делась.
Тут вмешалась Регина:
— Что обо мне подумают, если я отпущу жениха одного?
Она говорила всерьёз. Теперь уже переполошились люди Эренбертов.
— Госпожа, что вы такое говорите?!
— Нет! Ни за что!
— Если вы решите ехать, сначала придётся пройти по моему трупу!
У Эренбертов Регину берегли как королевскую особу. Стоило мне подвергнуть её риску, и этот род сожрал бы меня живьём.
— Нет, — поспешно сказал я. — С тобой мы только вызовем подозрения.
— Почему?
— Потому что тебя знает вся империя. Увидев лучшую мечницу Севера, Ламберты решат, что мы затеяли внезапный удар. А я хочу договориться без крови.
Регина немного подумала и кивнула.
— Разумно. Тогда я останусь и буду ждать.
Люди Эренбертов дружно выдохнули. Вот же сволочи. Что станет со мной, им было плевать; главное, чтобы их драгоценная госпожа не поцарапалась.
Вот она, семейная любовь.
— Хорошо.
Я сжал руку Регины и сразу почувствовал на себе десяток недобрых взглядов. Это были, разумеется, Эренберты.
Да вы издеваетесь? Мне уже и невесту за руку взять нельзя?
— Старший, будь осторожен, — попросила одна из младших.
— Если с тобой что-нибудь случится, я тебя не прощу, — добавила другая.
Вот младшие — совсем другое дело.
— Не волнуйтесь. Вы забыли, с кем имеете дело?
Я улыбнулся и в одиночку отправился к замку Ламбертов.
Академия святой Леферии. Кабинет главы академии.
Мир захлёбывался в гражданской войне, но Арифер сохраняла спокойствие. Не потому, что ей было всё равно. Просто она понимала: бросаться в бой самой сейчас нельзя.
Перед ней стояли Эсрон и Марианна, Рыцари-хранители и ближайшие помощники Святой.
Арифер спросила жестами:
— В центральных землях тоже начался хаос?
— Да, Святая, — ответил Эсрон. — Культисты Тёмного бога, которые годами прятались по норам, подняли головы.
Новость застала Церковь врасплох, а положение оказалось хуже первых донесений.
— Насколько всё серьёзно?
— Они уже захватили множество владений. Несколько малых государств могут пасть в ближайшее время.
Посланник Красного Дождя явился к главам культа и указал им на редкую возможность. Те быстро поняли, о чём речь: империя погрязла в междоусобице и больше не могла вмешиваться в дела соседей. После этого культисты начали открытое восстание.
Они веками копили силы именно в центральных землях. Место было удобным: здесь не было ни единой державы, способной навести порядок, зато существовали десятки мелких стран, которые без конца грызлись между собой. Теперь империя была занята собственной войной, а королевство опасалось оголять границу. Лучшего часа для мятежа культ и желать не мог.
Арифер удивлённо подняла брови.
— Настолько плохо?
— Похоже, они хотят создать собственную державу, — сказал Эсрон.
Он назвал это державой, но речь шла о стране, целиком подчинённой культу. Для Церкви такое было недопустимо.
— Тогда нужно немедленно поднять святое воинство Священного города...
— Нет, — перебила его Арифер.
— П-почему?
— Мы не можем увести войска из Священного города. Этого от нас и добиваются.
— Кто?
— Красный Дождь.
Эсрон замолчал. Красный Дождь стремился воскресить Тёмного бога, а важнейший фрагмент этого божества хранился именно в Священном городе.
— Собери силы Церкви за пределами города, — велела Арифер.
— Будет исполнено, Святая.
Теперь Церковь подчинялась сторонникам Арифер, а не папе, поэтому приказ можно было выполнить без проволочек.
— С вашего позволения.
Эсрон вышел. Арифер перевела взгляд на Марианну.
— Что происходит в империи?
Марианна передала все собранные сведения. Выслушав её, Святая слегка улыбнулась.
— Наш одарённый ученик снова отличился.
Макса Селтрина она считала человеком исключительных способностей. Когда-то Арифер даже открыла ему правду о себе и в знак доверия пожала руку.
— Да, брат Макс удивительный человек, — согласилась Марианна.
Однако на её лице лежала тень. Арифер поняла причину.
— Перед отъездом из Священного города Макс встречался с тобой. Полагаю, речь шла о доме Ламберт?
Марианна была старшей дочерью этого рода и младшей сестрой нынешнего графа. Когда она ушла служить Церкви, брат плакал и до последнего пытался её удержать.
— Да.
— Он просил тебя о чём-то?
— Я...
— Не отвечай, если не можешь.
Арифер мягко покачала головой. Марианна закрыла глаза, затем снова посмотрела на Святую.
— Я лишь надеюсь, что помогла семье сделать правильный выбор.
— Тогда скажу одно.
— Я слушаю.
— Верь себе.
Арифер улыбнулась. Тяжесть, давившая Марианне на сердце, немного отступила.
Да. Я поступила правильно.
Она крепко сжала кулак.