— Ха... ха...
«Я жив?»
Пёгун поспешно проверил собственные чувства.
Зрение работает нормально.
Слух действует.
Обоняние частично притупилось.
Осязание передаёт сигналы боли.
Яркое ощущение того, что он всё ещё жив.
Сделав вдох и выдох и завершив проверку состояния, Пёгун вновь сосредоточился на стоявшем перед ним враге.
Юноша был поразительно красив — стоило увидеть его единожды, и забыть подобное лицо становилось невозможно. Его одежда выглядела простой, но явно отличалась исключительным качеством. Несомненно, перед Пёгуном находился молодой господин из прославленного рода.
И всё же он совершенно не помнил внешности этого юноши.
Это было важно, поскольку Пёгун являлся командиром Отряда Сонпхун — не знавшего равных в выслеживании и поиске подразделения среди Восьми Боевых Отрядов Союза Мурима — и запомнил лица всех известных личностей боевого мира.
«Но сейчас важно не это.»
Опознание противника принесло бы значительное преимущество, однако попытки строить догадки о совершенно неизвестном существе лишь напрасно растратили бы время и душевные силы.
«Главное, что он враг. И невероятно могущественный...»
Пережить предыдущий удар удалось лишь благодаря чистой удаче.
Хотя существо выглядело человеком, Пёгун не ослаблял бдительности, и доведённая до рефлекса техника уклонения сработала сама собой.
«Смогу ли я уклониться от следующей атаки?»
О блокировании он даже не задумывался.
Это было очевидно невозможно.
Даже если ему каким-то чудом удастся принять удар, не сумев полностью отвести его силу в сторону, он немедленно получит внутренние повреждения.
Кроме того, боевые искусства Пёгуна были сосредоточены на уклонении, а не на блокировании и последующих ответных атаках.
— Господин, кто вы такой? Если вам нужны трофеи из этих Врат Призраков, забирайте всё! Мы не станем вмешиваться!
Пёгун крикнул это, прекрасно понимая, что предложение, вероятно, не сработает, но всё равно решив попытаться.
Он не возражал, даже если его просьбу отвергнут.
Если удастся хотя бы немного отвлечь внимание противника, уже этого будет достаточно для получения преимущества.
Но, возможно, юноша раскрыл его поверхностный замысел.
Он принял новую стойку.
Какую-то форму.
Волны энергии, исходившие от его тела, заставляли содрогнуться.
Рассеянная демоническая энергия, оставшаяся после Призраков-Перевёртышей, начала закручиваться вокруг юноши.
Неужели он овладел каким-то искусством Злого пути или демонической техникой?
Учитывая молниеносную энергию первого удара, возможно, он изучил нечто вроде печально известного «Демонического Искусства Пурпурной Молнии».
Пёгун изменил область действия своего «Пути Странствующего Ветра».
Область охвата — круг диаметром в десять чжан.
Он настроил технику так, чтобы тело мгновенно реагировало на любое изменение воздуха, не дожидаясь осознанного приказа.
Воздух, заполнявший пространство в десять чжан, фактически превратился в продолжение тела Пёгуна.
И тогда он заметил нечто странное.
Он должен был понять это с самого начала, но ударная волна первой атаки оказалась слишком подавляющей.
«Этот человек... не дышит?»
Основой боевых искусств является внутренняя сила, а источником внутренней силы — дыхание.
Поэтому боевые искусства в своей основе и являются дыханием. Дыхательные методы составляют огромную часть всех боевых искусств.
Но мастер, который не дышит?
Либо он изучил тёмные искусства какой-то секты Злого пути...
Либо...
«Он не человек.»
В тот миг, когда Пёгун пришёл к такому выводу, неизвестный юноша начал двигаться.
Рука вытянулась вперёд.
По внешнему виду движение являлось безупречно отточенным приёмом мастера, достигшего Непревзойдённой ступени.
— Кх!
Удар в форме полумесяца рассёк пространство, где только что стоял Пёгун. Если бы он в последний момент не отклонился назад при помощи техники «Железный Мост», тело разрубило бы надвое.
«Это ещё не всё! Следующий удар уже приближается!»
Чудовище.
Пёгун понял это инстинктивно.
Противостоять этому существу было невозможно.
Изменилось бы что-нибудь, находись Пёгун в наилучшем состоянии? Не имей он ран и усталости, а его запас внутренней силы был бы полон, появился бы у него хоть какой-нибудь шанс?
«Нет. Даже тогда мне было бы трудно просто сбежать.»
Как настоящий мастер, Пёгун отчётливо видел разделявшую их пропасть.
Чем больше человек знает, тем яснее понимает собственную несостоятельность.
В «Книге обрядов» сказано: «Лишь начав учиться, понимаешь, чего тебе недостаёт».
Учение позволяет осознать собственные изъяны.
Люди, только достигшие высшего класса и научившиеся высвобождать внутреннюю силу за пределы тела, могут ненадолго подняться на вершину невежества и решить, что превосходят всех окружающих.
Но со временем, познав необъятность мира, они падают в долину отчаяния.
Лишь тем, кто поднимается из этого разочарования и взбирается по склону просветления, дозволено достичь следующей ступени.
Пёгун был одним из тех, кто шёл по этому пути.
Он понимал.
Нечто, принявшее облик молодого человека, станет конечной точкой его тридцативосьмилетнего жизненного пути.
Но разве одной жизни недостаточно?
— ХА-А-А-А!
С боевым криком он стряхнул страх и отчаяние.
Отряд Сонпхун являлся первой линией обороны Союза Мурима.
Именно они раньше всех обнаруживали врагов и быстрее остальных направляли течение событий.
С того мгновения, когда Пёгун вступил в этот отряд и поклялся соблюдать его традиции, он был готов умереть.
— Так это ты.
Хозяин этих Врат Призраков.
Король чёрных Врат.
Чудовище, достигшее вершины среди Призраков-Перевёртышей и наконец сумевшее безупречно воспроизвести человеческий облик.
И тут Пёгуну пришла ещё одна мысль.
Не зная, невозможно понять.
Не обучаясь, невозможно осознать и восполнить собственные недостатки.
Тогда у кого этот Призрак-Перевёртыш, этот Хозяин Врат, научился принимать такой облик?
«Виновник... или подкрепление?»
Кто-то из Культа Понсе, открывшего эти Врата Призраков.
Либо человек, пришедший им на помощь.
Пёгун склонялся к первому варианту.
Потому что не узнавал его.
Если бы сюда прибыло подкрепление, разве среди него не должен был оказаться хотя бы один человек, знакомый ему в лицо?
Если перед ним находился совершенно неизвестный человек, правильнее было считать его врагом.
Поэтому вместо того, чтобы дарить бойцам Отряда Сонпхун ложную надежду, Пёгун решил пожертвовать собой и выиграть для них хотя бы немного времени.
— Хуп...!
Восемь Боевых Отрядов всегда существовали рядом со смертью.
Поэтому командир подобного подразделения неизменно оставлял один последний приём.
Заключительная форма «Искусства Движения Бесстрашного Ветра» — «Неистовый Ветер, Ясная Луна».
Когда последний неистовый ветер утихает, небо наконец очищается и восходит луна.
Это был последний танец «Искусства Движения Бесстрашного Ветра».
Сжигая Врождённую Истинную ци, Пёгун устремился к Хозяину Врат Призраков.
Он и прежде двигался достаточно быстро, чтобы оставлять за собой остаточные образы, но теперь превзошёл даже этот предел.
Небесный Владыка Ветра из буддийских учений.
Божество-хранитель с красновато-чёрным телом, сжимающее в руке знамя.
Зачем искать его где-то ещё?
Небесный Владыка Ветра находился прямо здесь.
Тело Пёгуна, превратившего даже Врождённую Истинную ци во внутреннюю силу и высвобождавшего энергию из каждой части тела, окрасилось в красновато-чёрный цвет.
Астральная энергия, тянувшаяся за взмахами рук и ног подобно хвосту кометы, ничем не отличалась от развевающегося знамени, описанного в буддийских учениях.
Пламя жертвоприношения, сжигавшее остаток его жизни и наполнявшее это мгновение невиданным прежде сиянием, бушевало внутри тела Пёгуна жарче, чем когда-либо.
Лязг! Грохот! Скрежет!
Человеческое тело и тело чудовища.
Это была свирепая битва безумцев, в которой невозможно было понять, кто из них являлся чудовищем, а кто человеком.
За один вдох они несколько раз успевали обменяться нападениями и защитой.
Когда Пёгун выбросил кулак, противник благодаря истинному восприятию изогнул тело, скользнул вперёд и направил навершие меча в открывшийся бок.
Тело Пёгуна взмыло в воздух.
Пусть он и не мог в буквальном смысле летать по небу, это движение больше напоминало полёт, чем прыжок.
Мгновенно заняв верхнее положение, Пёгун обрушил пятку на затылок Хозяина Врат Призраков.
Наполненный силой техники «Молот Тысячи Цзиней» удар падал, словно собирался расколоть утёс, но взметнувшийся снизу меч рассёк ногу Пёгуна, несмотря на защищавшую её астральную энергию.
Чирк!
— Кх...!
Его разрезали даже сквозь астральную защиту.
К счастью, та послужила щитом, поэтому рана оказалась не слишком глубокой, но теперь применение техники шагов и ударов ногами стало затруднено.
А для Пёгуна, который едва удерживал темп только благодаря скорости, это означало поражение.
— Нет! Ещё не всё!
Всего одна нога.
Только и всего.
К тому же её не отсекли полностью, а лишь глубоко разрезали.
Неужели противник не владел техниками внутреннего удара?
Хотя меч рассёк астральную защиту и ткань, внутренняя сила Хозяина Врат не ворвалась в тело Пёгуна, чтобы разрушить его изнутри.
По ноге постепенно поднималась холодная зловещая энергия, свойственная демонической ци, но по сравнению с бесчисленными кризисами, которые ему довелось пережить, это было мелочью.
В одно мгновение Пёгун надавил на собственные точки, останавливая кровь, а затем при помощи обращающейся внутренней силы насильно соединил разорванные мышцы и нервы, словно схватил клинок противника голыми руками.
Подобное было возможно лишь потому, что он использовал Врождённую Истинную ци — чистую сущность человеческой жизненной силы — как внутреннюю энергию.
И всё же поражение казалось неизбежным.
В этом противостоянии, где единственная ошибка означала смерть, душевные силы Пёгуна стремительно утекали, словно вода из бездонного сосуда.
Но лицо Хозяина Врат Призраков оставалось совершенно безразличным.
Существо, которое даже не дышало, но при этом обладало словно неисчерпаемой энергией.
В затяжном бою преимущество неизбежно останется за ним.
Бойцы Отряда Сонпхун, заметившие столкновение Пёгуна с Хозяином Врат, больше не могли сосредоточиться на собственных противниках.
С мучительными выражениями на лицах они беспомощно наблюдали, как их командир сжигает собственную жизнь.
— Командир...!
Голос Сун Учжоля, наполненный мучительным отчаянием, поглотил последовавший громовой взрыв.
Надежда.
Ради надежды, ставшей настолько тонкой, что даже сравнение с нитью казалось преувеличением, Пёгун добровольно жертвовал жизнью.
И всё же...
Почему Небеса были настолько жестоки?
Увидев вдалеке человека, приближавшегося с чудовищной скоростью, Сун Учжоль бессильно опустил руки.
Молодой мужчина, совершенно неотличимый от того, с кем сейчас сражался Пёгун.
— Какой ужас... Два Хозяина у одних чёрных Врат...
Даже появление двух или более Хозяев у синих Врат привело бы к огромным потерям, а для чёрных Врат даже слово «катастрофа» казалось слишком слабым.
Можно ли сравнить это отчаяние с появлением белых Врат Призраков, которых Сун Учжоль никогда не видел?
Если бы только его мастерства не хватало...
Если бы его техника глаз была хуже...
В отличие от Сун Учжоля, остальные бойцы Сонпхуна не заметили существо, приближавшееся с невероятной скоростью.
Они могли бы погибнуть, до последнего сохраняя надежду благодаря собственному неведению.
Но...
Оценка Сун Учжоля оказалась совершенно ошибочной.
Второй Хозяин Врат, который, как он думал, единственным ударом сметёт их всех.
В тот миг, когда извлечённый им демонический меч, наполненный зловещей энергией, окончательно подтвердил его принадлежность к Хозяевам Врат...
Окутанный молнией демонический меч рассёк тело первого Хозяина Врат Призраков.