Внезапная смена принадлежности.
За одно мгновение численность Отряда Лазурного Неба возросла с тридцати одного до сорока четырёх человек.
— Неужели покинуть Союз Мурима настолько просто?
— Разумеется, нет. Обычно необходимо пройти несколько процедур. Однако они не всегда являются обязательными.
Командиры отрядов, старейшины совета и главы таких подразделений, как Верхний Зал, Зал Хаман и Управление Сохранения, обладали определёнными самостоятельными полномочиями, позволявшими сначала действовать, а затем отчитываться.
Особенно значительной властью командиры отрядов обладали во время выполнения заданий. В неё входили немедленное освобождение от должностей и изменение структуры подразделения.
Именно на это рассчитывали Сун Учжоль и бойцы Отряда Сонпхун.
Пусть Пёгун и погиб, здесь по-прежнему находился командир одного из Восьми Боевых Отрядов, участвовавший в том же задании. С его разрешения они могли немедленно выйти из состава Восьми Боевых Отрядов. Хотя Тын Чонъю оказался бы в затруднительном положении, поскольку фактически полностью распустил Сонпхун, никаких нарушений установленного порядка не возникло бы.
— Ну... Я дал разрешение, но не думал, что они действительно это сделают.
Несмотря на небрежный тон, Тын Чонъю в действительности не испытывал особого беспокойства.
Его неслучайно называли Чудаковатым Героем Громового Дракона. Героем он был потому, что хранил в сердце справедливость, а чудаковатым — потому, что методы его и впрямь отличались крайней необычностью.
Напротив, ошеломлённым выглядел заместитель командира Отряда Грома, являвшийся ближайшим помощником Тын Чонъю.
После присоединения Сонпхуна силы обеих сторон достигли равновесия.
Пусть людей Намгун У всё ещё было немного меньше, чем у клана Токко, по сравнению с разницей между ними и всем кланом Токко это отставание не заслуживало внимания.
Оставалось лишь сопоставить мастерство бойцов обеих сторон.
Возобновив прерванное движение, Намгун У произнёс:
— Госпожа Сон, прошу вас остаться с Отрядом Грома.
— Что? Но я...
— Так будет лучше. Иначе проблемы могут возникнуть и у секты Хэншань.
— Но по такой логике бойцы Сонпхуна тоже должны...
— Воины Союза Мурима полностью отказываются от прежней принадлежности. Буддийские и даосские последователи разрывают связи со своими религиозными общинами, а имена членов кланов вычёркиваются из родовых книг. Это предотвращает противоречия между прежними обязательствами и долгом перед Союзом Мурима.
После объяснения Сун Учжоля Сон Чхэчжи наконец поняла, почему дядя никогда не участвовал в семейных событиях.
По той же причине в Союзе Мурима было мало колдунов. Мастера боевых искусств ревностно охраняли тайны своих техник, но сообщество колдунов отличалось ещё большей скрытностью.
Союз Мурима позволял колдунам полностью разрывать прежние связи — подобное никогда не разрешили бы, если бы за Союзом не стояла более высокая цель.
Однако благодаря этому бойцы Сонпхуна могли без каких-либо сомнений присоединиться к Намгун У и Отряду Лазурного Неба.
Сон Чхэчжи, напротив, всё ещё принадлежала секте Хэншань, поэтому не могла последовать их примеру. На этом её сопровождение должно было закончиться.
— Отряд Лазурного Неба!
ГРОХОТ!
На призыв Намгун У отряд ответил оглушительным топотом.
Могучая дрожь, способная докатиться до самых гор Тэпха, подобно ударам боевого барабана возвестила о начале битвы.
— Вперёд!
§
— Вы не собираетесь нападать?
На вопрос Чин Чхольмёна Токко Пхиль лениво ответил:
— Возникнут проблемы, если вмешается Союз Мурима.
Подобно тому как Отряд Грома, являвшийся частью Союза Мурима, не мог напасть на людей клана Токко, сам род Токко тоже желал избежать столкновения с Союзом.
Это было маловероятно, но если Тын Чонъю и Отряд Грома встанут между двумя группами, превратив себя в живой щит, вместо полноценного сражения возникнет тупиковое противостояние.
— Лучше дождаться, пока первый шаг сделают они. Торопиться незачем. Они всё равно не смогут бесконечно прятаться за Союзом Мурима и избегать боя.
Едва Токко Пхиль закончил говорить, как противостояние завершилось.
Даже без усиления внутренней силой до них донёсся крик Намгун У, а следом прогремел топот ног, объявивший всему миру об их решимости.
— Приближаются.
Ответ сил клана Токко на мастеров, которые мчались вперёд, словно каждым шагом призывали молнию из земли, оказался тихим и холодным.
Раздался леденящий металлический звук покидавших ножны мечей.
Чистый, но отчего-то зловещий звон воплощал сам дух клана Токко.
Сражение началось ещё до того, как две стороны приблизились друг к другу.
И когда все звуки слились воедино...
Началась битва.
§
Зрелище почти сотни людей, собравшихся в одном месте, чтобы убивать и погибать, выглядело скорее опустошающим, чем величественным.
Ни одна сторона не находилась в идеальном состоянии. Отряд Лазурного Неба пережил несколько сражений и был истощён, а преследователи клана Токко без остановки преодолели две тысячи ли от Хэфэя в Южной Чжили до Цзиньчжоу в провинции Шэньси.
Однако никто не жаловался.
Никто не оправдывался невыгодными условиями.
В вопросах жизни и смерти подобные оправдания ничего не значили.
— Ха-а-ап!
ГРО-О-ОМ!!
Алебарда, Ломающая Драконов, закружилась в руках Ли Хоёна, высвобождая гром.
Его астральная энергия, принявшая облик жёлтого дракона, рассекла пространство. Навстречу ей Владыка Меча Ледяной Души Чин Чхольмён направил клинок. Его энергия меча была прозрачной и голубой, словно иней, оседающий на одежде.
ТРЕСК!!
Вместо привычного взрыва, сопровождавшего столкновение энергий, по воздуху разнёсся резкий звук разбивающегося льда.
Созданная ледяной энергией сила меча Чин Чхольмёна раскололась перед астральным жёлтым драконом Ли Хоёна.
И всё же выражение Чин Чхольмёна не изменилось. Его свободная рука описала круг. Словно подчиняясь этому движению, осколки разбитой энергии заострились и устремились к Ли Хоёну.
Это поразительно напоминало технику, которую Намгун У продемонстрировал во время битвы с Демоническим Императором Пяти Инь.
Однако Ли Хоён, достигший запредельного уровня после долгих странствий в качестве вольного мастера, искусно защитился. Сотканный из энергии жёлтый дракон обвился вокруг его тела и остановил летящие осколки.
Они обменялись всего тремя ударами.
Тем временем окружающее сражение уже переросло в полномасштабную битву.
— Слева!
ЛЯЗГ!
— Снизу!
ГРОХОТ!
Братья Ян двигались как единое тело, безупречно отражая удары мечей, направленные с разных сторон.
Но не только они демонстрировали выдающееся мастерство.
— С дороги!!
Чхок Мухон орудовал древковым оружием, которое было даже длиннее Алебарды, Ломающей Драконов. Размахивая кавалерийским копьём с клинками на обоих концах, он продвигался вперёд, вкладывая в каждое движение накопленный опыт.
Широкие размашистые удары не позволяли противникам с мечами приблизиться из-за меньшей дальности их оружия.
А серп на цепи и ветер меча в это время поражали врагов, воспользовавшись открывавшимися промежутками.
Трое членов Отряда Ёнму доказывали, что не одни братья Ян способны двигаться как единое целое.
— Что ж, тогда начнём?
Великодушное и свободное присутствие.
Аура Сун Учжоля напоминала поток ветра, который вырвался из пещеры и теперь свободно нёсся по бескрайнему миру.
Призрак Чёрного Меча молча направил на него клинок.
Это отличалось от его сражения с Кым Сином.
Теперь не требовалось произносить слова, чтобы прощупать противника. Оба уже признали друг друга равными мастерами, способными отнять чужую жизнь.
Свист!
Клинки рассекли воздух, устремившись к жизненно важным точкам противников.
Пути мечей двух мастеров полностью игнорировали друг друга.
Пожертвовать плотью, чтобы раздробить кость.
Их клинки были готовы принять рану, лишь бы нанести противнику смертельный удар.
Призрак Чёрного Меча полагался на опыт, накопленный за долгие годы после достижения мастерства, а Сун Учжоль применял техники, которым его лично обучил Гвак Тан.
Они предугадывали пути вражеских клинков и прокладывали собственные.
Словно участвуя в заранее отрепетированном представлении, оба ни разу не позволили мечам столкнуться, превратив сражение в погоню двух лезвий.
На поле боя, где каждый выкладывался полностью...
Лишь двое людей приближались друг к другу так спокойно, словно вышли на обычную прогулку.
Намгун У и Токко Пхиль.
Когда их взгляды встретились, каждый сосредоточился исключительно на собственной роли, полностью доверив подчинённым их сражения.
Токко Пхиль вздохнул.
— Какая жалость.
Он мгновенно понял, в каком состоянии находился Намгун У.
Издалека Токко Пхиль предполагал, что мастер его уровня мог намеренно скрывать энергию, но ошибся.
Тело Намгун У не позволяло ему сражаться с Токко Пхилем насмерть, используя полную силу.
— Я надеялся распутать нить недавно найденного просветления.
Стена Сферы Преображения оказалась вдвое выше той, которую он преодолел при достижении запредельного уровня, и остановила Токко Пхиля на полпути.
Чтобы преодолеть её, он хотел сразиться с Намгун У, хотя тот считался мастером, стоявшим на целую ступень выше.
Даже рискуя смертью, мастера боевых искусств мечтали продвинуться дальше по своему пути.
Лишь обладающие подобным безумием и отчаянием способны открыть Небесные Врата и достичь области божественного постижения.
В этом смысле Токко Пхиля действительно можно было назвать прирождённым мастером боевых искусств.
Насколько велики были его ожидания, настолько же глубоким стало разочарование при виде нынешнего Намгун У.
Однако и Намгун У разделял желание испытывать собственную силу в противостоянии с другими и использовать такие битвы как ступени для дальнейшего роста.
— Нападайте. Используйте всё, что у вас есть.
Взгляд Токко Пхиля обострился.
Какой смысл скрывался за подобной провокацией?
Но сколько бы он ни смотрел, тяжёлые внутренние повреждения Намгун У невозможно было скрыть.
— Прекрати. Твоё тело этого не выдержит.
На предложение просто отказаться от сражения Намгун У спокойно ответил:
— Неужели я так выгляжу?
Собственное состояние Намгун У понимал лучше любого другого.
Внутренние повреждения?
Тяжёлые.
Если бы Намгун У находился на более низкой ступени, ещё до достижения единства сущности, энергии и духа, он, возможно, уже умер бы.
Но, несмотря на настолько серьёзные раны...
Намгун У всё ещё был жив.
Его поддерживала новая сила.
И этого было достаточно.
— Тогда я нападу первым.