Минуло пять месяцев.
Проблемы, копившиеся внутри убежища, наконец вырвались наружу нарывом.
Скучивание множества рас и народов с диаметрально противоположными интересами на ограниченном клочке земли неизбежно порождало искры.
Раса шла на расу.
Народ враждовал с народом.
Культуры сталкивались в непримиримых противоречиях.
И обстановка накалилась до предела, когда из-за постоянных демонических атак окончательно вышли из строя солнечные опреснительные установки.
...Запасы питьевой воды подошли к критической черте.
— Мы достигли предела. Воды в водохранилищах плотины почти не осталось.
Голос Евы констатировал сухую сводку.
Эд молча кивнул, глядя на зловещую цифру «15%», пульсирующую на голографическом дисплее.
При таких темпах, даже если ввести жесточайшее нормирование, вся доступная вода иссякнет меньше чем за месяц.
— Время пришло. Пора принимать решение.
— Да, брат.
Медлить больше нельзя ни секунды.
Если не решить вопрос с водой, эта твердыня — последний оплот человеческой цивилизации — в мгновение ока превратится в преисподнюю. Люди начнут резать друг друга за глоток влаги, породив цепную реакцию самоуничтожения.
— Как продвигается доводка Дум Бастера?
— Готовность сто процентов. Но я продолжаю оптимизировать контуры на случай непредвиденных нагрузок.
Впрочем, Эд предвидел подобный исход задолго до кризиса и отнюдь не сидел сложа руки.
Зная, что рано или поздно ему придется выйти наружу, он неотступно трудился над колоссальным боевым доспехом, способным стать его ультимативным оружием.
«Опыт создания Титана тогда невероятно помог».
Титан был первопроходцем. Исполинский каркас, надетый на Ислобертена — древнего владыку големов, пробужденного душами Мирового Древа, — помог сокрушить Рыцаря Бедствия, вобравшего в себя всю мерзость Лилит.
Конечно, та победа была скорее заслугой неисчерпаемой энергии самого Эда, нежели чистой мощи машины.
И все же бесценный опыт конструирования первого титанического меха позволил воплотить проект Дум Бастера на принципиально ином качественном уровне.
После бесконечных калибровок абсолютное оружие было доведено до совершенства.
— При таком уровне готовности... можно выдвигаться.
На самом деле Дум Бастер стоял на боевом взводе еще месяц назад.
Но Эд тянул со штурмом до последней капли воды лишь потому, что отчаянно жаждал побыть со своими близкими хотя бы немного дольше.
Ему хотелось вкусить тепла этого мира еще чуть-чуть, понимая, что эти мгновения могут оказаться последними.
— Ева, начинай финальную подготовку. Я готов.
— ...Хорошо.
Настал час прощания.
Он шагнул навстречу предначертанному финалу.
Оставалось лишь убедить тех, кто был ему дорог.
— ...Даже не думай пороть эту чушь!
Услышав решение Эда, лицо Изабеллы застыло маской гнева.
Не только она — Эния, Шарлотта, Адела и Сефилия смотрели на него взглядами, полными категорического неприятия.
— Это форменное самоубийство. Пойти в одиночку за барьер против всей их оравы — это просто пойти и сдохнуть!
...Эд не мог оспорить ее слова.
Чтобы одолеть одного лишь Ваала, им пришлось выложиться до последней капли сил. Объявить, что теперь он собирается в одиночку выйти против нескольких столь же чудовищных Архидемонов разом, звучало как чистое безумие.
С их точки зрения, его поступок казался непостижимым.
— Я ни за что не отпущу тебя одного! Если ты идешь — мы идем с тобой! Без тебя это место все равно обречено! ...Чем сидеть сложа руки и смотреть, как мы медленно угасаем от жажды, я лучше сдохну на поле боя плечом к плечу с тобой!
Изабелла сверлила его яростным взором, готовая принять смерть прямо сейчас.
Эния, Адела и Шарлотта безмолвно поддерживали ее, их глаза пылали решимостью.
Лишь Сефилия и Ева, заранее знавшие о неотвратимости этого шага, хранили скорбное спокойствие.
— ...Это исключено. На вашем текущем уровне... вы не протянете против них и секунды. Вы ведь помните, чего нам стоила победа над Ваалом?
Но Эд был непреклонен.
Он понимал их чувства, но их нынешней силы было слишком мало против владык преисподней.
Он напомнил о Ваале, Буре Конца, которого они одолели лишь чудом и хитростью. Если бы тот архидемон не попал в заранее расставленный капкан и развернул свою мощь на сто процентов, мир уже лежал бы в руинах.
Изабелла глухо возразила:
— ...Дело вовсе не в этом! Как... как ты можешь требовать, чтобы мы просто стояли и смотрели, как ты уходишь на верную смерть?! Даже если твоя жертва спасет нас... думаешь, мы сможем жить с этим дальше?! ...Как нам жить без тебя?.. Всем нам, каждому в этом убежище... ты нужен...
— ......
— Умоляю тебя, не делай этого. В этой жизни... я просто хотела жить ради тебя одного...
...Эд видел, что перед глазами Изабеллы вновь встают кошмары ее прошлых воплощений.
Бесчисленные циклы, неизменно заканчивавшиеся трагедией из-за ее слепоты и гордыни.
— ...Все в порядке. В этот раз все будет иначе. Я обязательно вернусь.
Финал его плана не предусматривал его гибели.
Жить в этом мире рядом с теми, кого он любит.
Такова была последняя глава, которую он начертал для себя.
Эд посмотрел на них взглядом, в котором не было ни капли лукавства:
— Повторяю еще раз. Я иду туда не умирать. Я обязательно вернусь к вам.
— ......
— Я предвидел этот кризис задолго до его наступления. Я подготовился ко всему, до мельчайших деталей. Так что я вернусь. Я просчитал каждый шаг, включая мое возвращение.
— ......
— И когда я вернусь, я больше никогда не поставлю вас перед фактом в одиночку. Обещаю. Клянусь вам.
Вечный одиночка, вынужденный тащить непомерную ношу спасения на своих плечах.
Но если после этой битвы он сможет наконец сбросить груз своей миссии, он обретет долгожданный покой. И больше никогда не станет объявлять о мучительном расставании тем, кто отдал ему свои сердца. Отныне они будут решать любые проблемы вместе.
— Возвращайся. Сколько бы времени это ни заняло, я знаю, что ты вернешься.
Адела произнесла это с затаенной нежностью и грустной улыбкой.
Пусть он уже не был тем самым «Джеком», ее вера в его клятву была нерушима. Ведь он уже вернулся к ней однажды, пусть и под именем Эдгара Фикса.
...Затем заговорила Изабелла:
— ...Если... если все, что ты говоришь, правда... Если все, включая твое возвращение, является частью твоего чертова плана...
— ......
— ...Только попробуй опоздать. Если ты заставишь нас ждать слишком долго, вся та скверна, которую ты выжигал из меня с таким трудом... может вернуться вновь. Я не ручаюсь за себя... Ты обязан вернуться и удержать меня... Понял меня?!
Эд молча кивнул.
Он прижал к себе девушку, отчаянно сдерживающую подступающие слезы, и мягко погладил ее по спине. Кто бы мог подумать, что гордая ледяная ведьма станет столь ранимой и беззащитной?
— Не тревожьтесь. Я вернусь к вам.
Эд по очереди обнял каждую из стоявших перед ним женщин.
Шарлотту, Аделу и Сефилию, недавно ставшую его законной супругой.
Они обменялись короткими, полными скрытой боли словами напутствия.
Лишь реакция Евы выбивалась из общего ряда:
— Хватит разводить излишнюю драму. Мы прогнали миллионы симуляций. С точки зрения статистики, вероятность твоего возвращения крайне высока.
— ......
— Так что сражайся в полную силу. Чтобы повысить шансы на успех хотя бы на доли процента, критически важно нанести врагу максимальный урон.
Ева с ледяным спокойствием желала ему победы.
Эд улыбнулся.
С тех пор, как она была всего лишь примитивным механическим манипулятором «Фикс», и до того дня, как превратилась в совершенного секретаря-андроида...
Она оставалась его главной опорой. Смог бы он вообще зайти так далеко без ее бесстрастных расчетов?
— Я скоро буду.
Эд крепко обнял своего верного помощника.
Ева на мгновение вздрогнула от неожиданного тактильного контакта, но тут же мягко обняла его в ответ и коротко кивнула.
Топ... топ... топ...
Попрощавшись со всеми, Эд направился в глубокие технические катакомбы.
Туда, где ждал своего часа Дум Бастер.
Пройдя по изолированному тоннелю, доступ в который имели лишь единицы, он отключил контуры блокировки.
С тихим шипением пневматики тяжелая бронедверь отъехала в сторону, открывая гигантский ангар.
Там, занимая все пространство колоссального зала, покоились узлы и агрегаты абсолютного шедевра магической инженерии.
— Фух. Наконец-то пришло время надеть эту штуку.
Эволюция его брони прошла долгий путь: от ранних версий костюма «Дьявол» до сокрушительного экзоскелета «Дум».
Но подлинным апофеозом механики оставался пилотируемый колосс.
Не грубая груда металла, наспех прикрученная к каменному телу голема.
А истинный, безупречный стальной гигант, созданный исключительно силой инженерного гения.
ТРЕСК!
Процедура развертывания Дум Бастера началась.
В воздухе распахнулся пространственный разлом. Десятки титановых сегментов со свистом вылетели наружу, устремляясь к телу Эда.
Броня облегала его шаг за шагом: черненый титан сковал конечности, намертво сопрягаясь в единый композитный контур базового костюма.
Щелкнули герметичные замки шлема, ожили тактические дисплеи.
ВЖ-Ж-Ж-Ж! ГУЛ... ГУЛ... ГУЛ...
Едва базовый костюм замкнул свои цепи, лазурный реактор маны в центре груди взвыл на запредельных оборотах.
Синхронизировавшись с ним, вспыхнули силовые установки исполинского доспеха, покоящегося на стапелях.
Машина ожила. По черненой броне пробежали пульсирующие неоновые жилы питания.
Клац... клац-клац...
Сотни тяжелых бронеплит взмыли в воздух.
Словно наделенные собственным разумом, титанические сегменты начали стремительное схождение вокруг оператора.
Угловатые формы складывались в совершенный силуэт стального бога.
ВЖУХ!
Эд взмыл вверх и погрузился в самое сердце гиганта — в капсулу управления, оставленную точно по его меркам.
Он встал на свое место, завершая интеграцию систем.
Словно батарею вставили в идеально собранный механизм.
ГУЛ... ВЖ-Ж-Ж-Ж...
Но он не был обычной батареей.
Он был неисчерпаемым источником колоссальной энергии, спрессованной из эмоций почти тысячи прожитых жизней.
Он мог свободно управлять исполином, для запуска которого в этом мире попросту не существовало подходящего источника питания.
Он вдохнул жизнь в боевую машину, вобравшую в себя венец науки и магии — истинного Бога Войны.
ГРОХОТ... ТЯЖЕЛЫЙ РОКОТ!
Эд направил первобытную мощь сотен циклов в энергоканалы стального колосса.
Восьмидесятисемиметровый механический бог поднялся во весь гигантский рост под оглушительный скрежет сервоприводов.
Дюзы маршевых реактивных двигателей на его спине исторгли ревущие столбы пламени, готовясь к взлету.
ГРОМ! ГРОХОТ! ПУФ-Ф-Ф!
Титанический мех Дум Бастер свечой ушел в зенит.
Взлет исполинского стального исполина увидели миллионы людей, укрывшихся в крепости.
От одного лишь импульса реактивной тяги содрогнулись горы, а чудовищный рев разорвал небеса над убежищами.
Люди высыпали на улицы, в благоговейном шоке задрав головы к пылающему следу в небе.
В этот миг динамики шлема щелкнули, пропуская голос Евы, а перед глазами развернулась ее голограмма.
ПИК.
[Трансляция налажена. Камеры фиксируют полет Дум Бастера на всех экранах крепости.]
Ева показала ему картинку: миллионы экранов в убежищах вспыхнули единым сигналом.
Эд усмехнулся и ответил:
— Отличная работа. Ну что ж, устроим им шоу напоследок. Без всяких сожалений.
[Так точно. Именно этого я и ждала.]
Дум Бастер вобрал в себя весь доступный капитал, людские ресурсы и гений своего создателя.
И сейчас, при поддержке искусственного сверхразума Евы, Эд собирался преподать владыкам ада урок того, что способны сотворить безграничные деньги и передовые технологии.
Он подарит миру фейерверк, каждая секунда которого стоила десятки миллиардов.
И станет тем самым нерушимым символом.
Великим знаменем, способным сплотить остатки человечества поверх любых рас, наций и религий.