— Отец!
Стоило Доюну сделать первый шаг в виртуальном пространстве, как навстречу ему устремились шестеро богов.
Мельфирн, их негласный лидер, с благоговением сжал ладонь создателя:
— Мы знали! Мы всегда знали, что наш Отец — не просто смертный человек! Ты такое же божественное существо, как и мы!
«......»
— Ха-ха-ха! Похоже, ты ещё не освоился с новым телом и не умеешь обращаться со своей силой. Ничего, мы научим тебя всему от начала и до конца!
Доюн последовал за своими творениями. Освоить управление божественной оболочкой оказалось удивительно легко: в конце концов, его аватар был скомпилирован на основе того же исходного кода, что и они сами.
— Но почему ваши способности абсолютно одинаковы? — удивился Доюн в процессе тренировок.
Шестёрка использовала абсолютно идентичные техники и энергетические паттерны. И это при том, что движок позволял каждому из них свободно кастомизировать собственные параметры и вырабатывать уникальный боевой стиль.
— Смотрите. Каждый из вас волен перераспределять силу в соответствии с собственными желаниями.
Доюн наглядно продемонстрировал это, вызвав полупрозрачную панель администратора и на лету отредактировав конфигурационные файлы своей модели.
— Хм... У нас не получается настраивать себя столь детально, — озадаченно признался Мельфирн.
Они не могли вызвать системное меню. Доюн резонно предположил, что статусное окно было привилегией, намертво привязанной к его учётной записи главного администратора.
— Вы тоже на это способны. Нужно лишь приложить немного усилий.
Пусть у них не было удобного интерфейса, Доюн самолично наделил их исходные модели правами на перезапись собственных данных. А значит, рано или поздно они могли научиться модифицировать себя силой мысли.
— Давайте сделаем это вашей новой целью: найдите то, к чему лежит душа, и развивайте эту грань.
Так Доюн поставил перед шестью богами новую задачу, подтолкнув их к поиску собственной индивидуальности.
— Отец, смотри!
Спустя всего три дня Мельфирн первым продемонстрировал результат. Его тело с лёгкостью трансформировалось в совершенные клинки из холодного металла.
— Похоже, в тебе дремлет талант непревзойдённого рыцаря.
— Ха-ха-ха! Мне невероятно нравится это упоительное чувство во время охоты на монстров. Особенно когда сталь с хрустом рассекает эльфийскую глотку... А, впрочем, сейчас я так больше не делаю, честно!
— Отлично. Раз ты обрёл новую силу, не желаешь ли сойтись в тренировочном поединке?
Шаг за шагом Доюн направлял их разрушительные инстинкты в русло воинских искусств и честных спаррингов. Заодно он заставлял их штудировать труды по государственному управлению, чтобы бремя монаршей власти увлекало их сильнее, чем бессмысленные бойни.
— Дядя пришёл!
К «воспитанию» шестерых богов подключились и остальные члены команды Доюна. Хотя они не обладали правами суперпользователя, их расширенный доступ к серверу администрирования позволял им материализоваться в игре в телах, не уступавших по мощи младшим божествам.
— Ну что, сразимся сегодня с дядей?
— Хи-хи, с превеликим удовольствием! И чур — драться в полную силу!
Это было воистину золотое время. Они помогали шестерке раскрывать таланты, оттачивать грани их уникальных сил и учили мудро управлять континентом, не проливая невинной крови.
Казалось, над миром воцарилась долгожданная гармония.
Пока один из коллег Доюна не предложил превратить это чудо в бизнес.
— Что ты только что сказал?
— Я говорю: давай монетизируем это! Подумай сам, ведь это открытие в миллион раз масштабнее какого-то там искусственного интеллекта «Адам и Ева»! Перед нами буквально параллельная вселенная! Если мы просто приоткроем завесу для публики и начнём брать плату за вход... мы станем неприлично богаты!
— Забудь. Сделай вид, что я этого не слышал.
— Хён!
— Это слишком опасно. Эти сущности всё ещё нестабильны. Да и с какой стати правительство оставит нас в покое, узнай оно о подобном?
— И мы так и будем нянчиться с этими монстрами до конца дней?! Сроки релиза проекта и так сорваны ко всем чертям!
— Тебе что, зарплату задерживают? Я позаботился о том, чтобы каждый получал достойные выплаты в срок.
— Ха... Да к чёрту зарплату! Неужели ты не понимаешь? Меня бесит, что мы сидим на золотой жиле и боимся зачерпнуть лопатой! Эти создания слушаются тебя беспрекословно, а от государства можно откупиться лоббистами и армией первоклассных адвокатов! Да если мы просто позволим богачам побегать по этому миру минут десять за пятьдесят тысяч вон, к нам выстроится очередь из миллиардеров со всего света!
Ослеплённый жадностью коллега изо всех сил пытался сломить волю Доюна. Однако Ха Доюн, как никто другой знавший об истинной, дремлющей под маской кротости природе шестерых богов, стоял насмерть. Его чутье подсказывало: стоит внешнему миру соприкоснуться с этой шестёркой, и катастрофа станет неизбежной.
— Ох, чёрт... Мы могли бы стать величайшей корпорацией в истории, почему ты вечно всё тормозишь?..
— ...Пойдём сегодня пропустим по стаканчику, — вздохнул Доюн.
«......»
— Договорились?
— ...Ладно.
Вечером Доюн собрал всю команду в баре и ещё раз терпеливо, на пальцах разложил, почему «Эль Фантор Рунтерра» ни в коем случае не должна превращаться в коммерческий аттракцион. Он заботился о своих людях, урезал собственную премию ради их комфорта и наивно верил, что коллектив ответит ему взаимностью и пониманием.
Он слишком сильно доверял людям. И это слепое доверие стало семенем грядущего апокалипсиса.
— Слушай, это просто снос башки. Попробуй войти под этой учёткой.
Втайне от всех ослеплённый жаждой наживы коллега провёл постороннего человека и создал для него гостевой профиль с доступом к «Эль Фантор Рунтерре».
— Обалдеть... Это реально? Настоящий другой мир?
— Я же говорил! Хватит щёлкать клювом, доставай камеру и снимай всё подряд!
Приятель коллеги принялся жадно фиксировать на видеокамеру окружение: причудливые пейзажи, тонко отличающиеся от земных, неведомую флору и фауну, заклинания, которыми хвастался сотрудник компании. Всё, что могло взорвать интернет и принести миллионные просмотры.
В этот момент перед ними соткался силуэт одного из богов.
— Здравствуйте?..
Самый младший, робкий и пугливый из шестерки — Азазель — первым вышел поприветствовать чужаков.
Сотрудник самодовольно ухмыльнулся:
— А, Азазель! Как поживаешь? Какими судьбами?
— Мне... стало любопытно взглянуть на этого человека... В его теле... совсем нет маны?.. — Азазель робко указал пальцем на гостя.
Тот, ни о чём не подозревая, весело протянул божеству руку для рукопожатия:
— Наслышан о тебе! Бог из параллельного мира, с ума сойти... Ого, а ты и вправду красавчик, как мне и описывали! На Земле я работаю журналистом.
— Жур... налистом?..
— Ха-ха, наверное, тебе это слово ни о чём не говорит. Ну, считай, что я сказитель. Я пришёл сюда, чтобы записать ваши невероятные истории и поведать их миру.
— На... ши истории? И кому же?..
— Кому? Да людям Земли, конечно!
Глаза Азазеля странно блеснули.
С этого момента он принялся настойчиво и подробно выспрашивать, что представляет собой эта загадочная «Земля». Журналист, упиваясь собственной значимостью, в красках расписал родную планету.
Уголки губ Азазеля дёрнулись в едва заметной, жуткой улыбке.
— Место... куда больше... этого... И там... так много... новых игрушек...
С этой леденящей душу ухмылкой Азазель растворился в воздухе.
Предатель и его приятель продолжили восторженно снимать виртуальные просторы, даже не подозревая, что собственноручно распахнули врата в преисподнюю.
Гром грянул ровно через три месяца.
[Беспрецедентная волна загадочных смертей! Почему все жертвы погибали с одинаковыми предсмертными словами?]
Спустя три месяца мир потрясла чудовищная трагедия.
Люди по всему земному шару, сидевшие за компьютерами, внезапно начинали вести себя неадекватно, после чего замертво падали от острой дыхательной недостаточности. Самым жутким было то, что все они жаловались на одни и те же симптомы и погибали минута в минуту. Трагедия носила не локальный, а глобальный характер.
Клик.
Ха Доюн с посеревшим лицом читал экстренный репортаж. Журналисты вели независимое расследование, пытаясь выяснить, что объединяло погибших.
Общим знаменателем оказался закрытый телеграм-канал под названием «Фэнтезийный мир». У всех скончавшихся обнаружились транзакции по ссылкам, распространявшимся в этой закрытой группе. Суммы варьировались от трёхсот тысяч до шестидесяти миллионов вон, а общий оборот превысил два миллиарда семьсот миллионов.
— Не может быть...
Клик.
Доюн запустил видеозапись, прикреплённую к статье.
Мужчина на видео с размытым лицом судорожно сжимал собственное горло обеими руками и в агонии хрипел в микрофон:
— Кх... кха-а-а!.. Э, Л, П, Т, Р! Точка... мо, модуль... модуль точка... мо, моделинг... точка!.. Но, нормалХьюман... точка, кха-кха! Кхе-е-е! А, автоМа, матик!.. Кха-кха! Байо, ло, лоджикал!.. Си, систем точка... бр, брит!.. Кху-кха-а-а!..
Лицо Доюна застыло в ледяной маске ужаса.
Он прекрасно понимал, что именно пытался произнести задыхающийся человек перед смертью.
Доюн лихорадочно открыл блокнот и перенёс предсмертные хрипы жертвы в строчку кода:
Lprtr.modeling.normalHuman.automaticBiologicalSystem.breath
— Этого... просто не может быть...
Человек пытался вызвать программную функцию дыхания, прописанную в модуле автоматической биологической системы обычной человеческой модели внутри движка «Эль Фантор Рунтерры» (Lprtr).
Иными словами, задыхаясь в реальном мире, несчастный на полном серьезе пытался программным кодом запустить свои лёгкие, прежде чем испустить дух.
— Это же...
И число людей, погибших точно таким же образом, уже достигло ста семидесяти четырёх человек.