Цок, цок, цок...
Внушительная карета, запряженная крепким вороным конем, притягивала взгляд даже издалека. Сделанная из северного черного дерева, закаленного холодными зимними ветрами, она излучала пугающее величие.
Вокруг кареты, образуя непроницаемый барьер, двигались рыцари с суровыми лицами и мощным телосложением; их волосы были черны, как смоль.
Благодаря этому даже бандиты или монстры, порой подстерегавшие редких путников, не смели нападать на карету и поспешно уступали дорогу.
На фоне этой массивной кареты крошечная фигурка девушки выглядела особенно контрастно. Лили, юная леди из герцогства Ира, с трудом переносила поездку, от которой ее внутренности буквально выворачивало наизнанку.
Кочка.
Еще одна.
— Ур-гх! Черт возьми.
Путь от территории Ламиэлли до Севера занимал почти две недели верхом. Однако из-за отвратительного физического состояния юной леди путешествие в карете растянулось уже на три недели.
— Угх-х-х...
Лили пластом лежала внутри кареты, тихо постанывая. Служанка, присматривавшая за ней, наблюдала за госпожой с беспокойством.
— Вам плохо?
Ее речь была сухой, почти по-военному отрывистой. Лили, чье лицо напоминало лик покойника, с трудом повернула глаза в сторону Карен.
Служанка обладала телосложением ничуть не уступающим мужскому, и Лили до сих пор не могла к этому привыкнуть, несмотря на то, что видела ее каждый день.
— ...Уф, я серьезно чувствую, что умираю... Мы уже приехали?
— Почти на месте. Еще совсем немного, правда.
— Черт... Ты вчера говорила то же самое. Такими темпами эта карета станет моим гробом... Она ведь сделана из черного дерева, так что подходит идеально. Черт. Если я умру здесь, просто похорони меня в карете. А, нет, на Севере слишком холодно, похорони меня в Ламиэлли.
Ее тело стало намного слабее, чем когда она была на континенте Дэйв. Она начинала задыхаться от малейшего движения, а чрезмерное использование способностей приводило к обморокам.
Более того, прямо перед отправлением в Академию Ламиэлли она не только покорила горы Лайос, но и выжала из своих сил последние капли — неудивительно, что ее тело было в таком состоянии. Даже сейчас ей казалось, что суставы скрипят, словно вывихнутые.
— Леди Лили, разве я не говорила? Все это потому, что вы не тренируетесь. Посмотрите на эти худые руки! Разве это человеческие руки?!
— ...Будь ты проклята... А твои руки человеческие? Ты же огр.
— О! Как и ожидалось... Ваша витиеватая брань ничем не уступает северянам! Вы даже комплименты делаете через проклятия! Благодарю. Однако, возможно, вам стоит начать базовые тренировки, которые вы откладывали, уже сегодня.
Лили сузила глаза и уставилась на Карен.
«Чертовы фанатики мышц... Если бы не мое состояние! Если бы я все еще была на континенте Дэйв, я бы справилась с тобой одним пальцем!»
Маны здесь было так мало по сравнению с континентом Дэйв. Если бы мана была в изобилии, она бы не стала такой слабой. Она чувствовала себя глубоководной рыбой, выброшенной на сушу.
— Я сама справлюсь... Так что, пожалуйста, заткнись... Это мое единственное желание в жизни.
— Вы так говорите, но даже обед нормально не съели! Еда — это тоже часть тренировки!
Лили посмотрела на служанку холодным взглядом.
«Нет... Черт возьми. Как можно называть едой целого поросенка на человека? На континенте Дэйв, если мы ловили хотя бы одного кролика, тридцать человек собирались, чтобы разделить похлебку, идиотка...»
На самом деле ей не хотелось вспоминать прошлое, но в такие моменты Лили не могла не думать о времени, проведенном на континенте Дэйв.
При мысли о Севере можно представить заснеженные горы с дефицитом еды, но это было не так. Северяне, рожденные с черными волосами, обладали врожденным иммунитетом к магической энергии и выживали, питаясь монстрами.
— ...А, конечно, я понимаю, почему у вас нет аппетита. Мясо, которое подавали ранее, было слишком пресным! Впервые в жизни ела такое безвкусное мясо!
Карен нахмурилась, вспоминая обед. Какой бы полезной ни была пресная еда, на Юге с этим явно переборщили.
Благодаря врожденной пассивной устойчивости к магической энергии, они считали магию, которая была бы смертельным ядом для обычных людей, естественным вкусом мяса.
— Южане... правда едят такое мясо каждый день...?
Затем, словно ее осенило, глаза Лили расширились.
— А! Тогда, если мы будем продавать здесь мясо орков, приготовленное по северным рецептам! Мы могли бы сколотить состояние!
— ...Идиотка, обычные люди умрут, съев это... И разве на Севере есть другие рецепты, кроме как сжечь и обуглить?
Она вспомнила крылья падшего ангела, которые когда-то принес Зик Клейман, назвав их «курицей». Тогда у нее была некоторая устойчивость к магической энергии, поэтому вкус показался ей пикантным.
Но нынешняя Лили не обладала такой удобной способностью. Из-за этого она бесчисленное количество раз была на грани смерти, будучи вынужденной есть мясо монстров с самого детства. А поскольку северяне ценили упорство и силу духа, если кто-то заболевал от еды, его заставляли есть еще больше, чтобы «преодолеть» болезнь.
Тело Лили задрожало.
Если бы она не придумала, как очищать магическую энергию, она бы попрощалась с миром, который сама же и воссоздала, не прожив и десяти лет.
— ...Ах, ну правда, до чего же все запутано?
— Простите?
— Нет, ничего... Забудь.
Лили покачала головой.
«В романе, который я написала, монстров даже не существовало...»
То, что она написала, было романтическим фэнтези. Роман, полный клише, где мужчины ссорились из-за одной женщины — ничего особенного.
Во время их путешествия за Доисторическим бардом Зик иногда кое-что ей рассказывал.
О том, что он больше никогда не будет играть в «игры», хотя это было его единственным хобби... Если бы он знал, что будет так страдать, он бы никогда не играл.
— Тогда что ты будешь делать, когда вернешься...?
Спросила его тогда Святая.
— Ничего. Просто буду отдыхать.
— Разве это не будет чертовски скучно? Если так, почему бы тебе просто... не остаться здесь со мной...
— Эй, с чего бы мне скучать? У меня есть телефон, я могу читать на нем романы... А, подожди. Это тоже опасно. Хм... Да, что же мне делать...?
Зик Клейман обдумывал эту глупую проблему с самым серьезным лицом в мире.
— Сначала мне нужно понять, чего делать не стоит. Писать романы... Ну, этого я точно не буду. И всего, что связано с играми, тоже избегу... Хм... Может, ТВ или кино...? Хм... Но пока нет смерти и крови, все должно быть нормально, верно?
— Существует такой мир?!
Воскликнула она в изумлении.
Среди бормотания Зика было то, что она не могла просто проигнорировать. Мысль о том, что есть мир, где никто не умирает и не проливается кровь.
— Да, это называется романтическое фэнтези.
Зик ответил с несколько недовольным лицом на внезапный выпад Святой.
— Романтическое фэнтези?
Глаза Святой засияли.
— Значит, люди там не умирают?
— Ну, не совсем. Есть романы, где сцены смерти иногда появляются, но максимум один или два персонажа? Там уход в монастырь и выполнение работы по дому считается суровым наказанием.
— Это... суровое наказание?
— Да, ведь романтическое фэнтези в первую очередь о любви.
С того момента, как Святая родилась в этом мире, она несла миссию, слишком тяжелую для тела юной девушки.
Она никогда не слышала и не видела мира, где главной темой была бы простая и сладкая любовь между людьми.
Ужасающий мир, где первое, за что благодаришь при пробуждении, — это то, что ты жив, а второе — что вокруг не разбросаны трупы других.
Третьего не было, потому что не было еды.
Это был континент Дэйв.
Поэтому для нее смерть была слишком обыденной и ожидаемой. Она никогда не думала о мире без кровопролития.
С тех пор, когда у нее появлялось время, Святая умоляла Зика рассказывать ей о романтическом фэнтези.
Хотя Зик поначалу отказывался, говоря, что это не тот жанр, который ему особенно нравится, если она настаивала, он неохотно рассказывал ей о различных клише.
В такие моменты Святая могла забыть о суровой реальности и мечтать в сладких фантазиях.
— Леди Лили! Леди Лили!
— А!
Глаза Лили распахнулись, когда служанка энергично потрясла ее за плечо. Учитывая ее плохое физическое состояние, она, должно быть, потеряла сознание, сама того не заметив.
— ...Вздох, ну правда... Вот почему Его Светлость не хотел отпускать вас из герцогства... После того как вы так долго лежали без движения, первое, что вы делаете, — это восхождение на гору и зачисление в академию...
Карен упрекнула свою госпожу с лицом, полным беспокойства.
— Мы уже все решили. Держи язык за зубами. К тому же отец не хотел выпускать меня из-за моих волос и глаз. Как я выгляжу сейчас? Я все еще кажусь золотой?
— ...Нет. У вас великолепный черный цвет. Но поддерживать его...
— Я сказала, что сама с этим справлюсь. Больше ни слова.
Ха-а...
Лили глубоко вздохнула.
— Мы прибыли в Ламиэлли!
Услышав громовой голос снаружи, Лили крепко сжала свой маленький кулак.
«Зик Клейман... Только подожди... Ублюдок».